Войти в систему

Home
    - Создать дневник
    - Написать в дневник
       - Подробный режим

LJ.Rossia.org
    - Новости сайта
    - Общие настройки
    - Sitemap
    - Оплата
    - ljr-fif

Редактировать...
    - Настройки
    - Список друзей
    - Дневник
    - Картинки
    - Пароль
    - Вид дневника

Сообщества

Настроить S2

Помощь
    - Забыли пароль?
    - FAQ
    - Тех. поддержка



Пишет воскресный папа ([info]lj_kassian)
@ 2013-08-30 18:19:00


Previous Entry  Add to memories!  Tell a Friend!  Next Entry
По следам сегодняшней конференции РАН задал вопрос Михаилу Гельфанду, почему мне станет сытнее жить, если распределением ассигнований на науку будут заниматься не чиновники РАН, а лично М.Гельфанд: http://prahvessor.livejournal.com/401027.html?thread=4541571#t4541571

Копия текста вопроса:

Михаил, слушал ваше выступление из зала. В устной версии вы больше внимания уделили критике конкретных случаев неэффективного и непрозрачного расходования средств в структуре РАН. И вообще, покусывание различных научных организаций за коррупционные финансовые схемы (РАН, КИ и т.д.) -- ваш конек.

Не знаю, всегда ли, но в большинстве случаев ваша критика справедлива и по делу.

Второй ваш пойнт в этой связи -- пропаганда концепции Ливанова, что денег на науку сейчас в России выделяется достаточно, но просто их неправильно распределяют. Как вывод отсюда: мол, я-то, Михаил Гельфанд, -- честный принципиальный человек, который знает, как правильно финансировать науку и делить деньги.

ОК, с радостью допущу, что так. Однако есть следующая проблема.

Почти целый год функционировал т.н. Координационный совет оппозиции, членом которого вы являетесь. Выскажу парадоксальную мысль: КСО -- это любопытный социологический эксперимент. Кроме того, онлайн заседания КСО ярко высвечивают различные особенности его членов.

Внутри КСО было несколько случаев воровства и распила.

Первый явный случай -- аренда зала. Первые 7 заседаний бюджет одного заседания составлял 100-150 т.р. Это запредельно высокая сумма, как ясно любому, кто имеет опыт организации таких мероприятий. (И только что, стоило на место ответственного секретаря придти невороватому человеку, как бюджет одного заседания КСО волшебным образом сократился в 7-8 раз: до 20 т.р.)

Когда я посмотрел на такие завышенные бюджеты и понял, что имеет место хищение, я написал вам как знакомому мне члену КСО с просьбой обратить внимание на явный случай коррупции. Вы ответили, что не видите признаков коррупции и не собираетесь поднимать этот вопрос на КСО и вообще расцениваете мой вопрос как "подъёбку" в ваш адрес (sic).

Случай второй. Бюджеты болотных митингов, организуемых КСО в Москве, составляют несколько миллионов рублей за митинг (3,5 млн р., например). Деньги общественные, собираются всем миром в виде добровольных пожертвований на кошелек члена КСО Ольги Романовой. Несколько миллионов -- это очевидно завышенная сумма, что ясно всем, кто имеет опыт организации митингов в Москве. При этом организаторы болотных митингов финотчетов старались не публиковать.

Разговоры разговорами и подозрения подозрениями, но, наконец, в июне 2013 г. такой Михаил Аншаков из Общества защиты прав потребителей произвел вполне детальные расчеты по одному из митингов. Оказалось, что бюджет на организацию митинга 3 млн руб. завышен примерно в 6(!) раз по сравнению с рыночными московскими ценами.

На следующем заседании КСО (№9, 15 июня 2013) в повестку дня был включен пункт о разборе информации Аншакова с требованием детального отчета о трате общественных денег от Романовой, Немцова и кто еще из КСО входил в группу по организации митинга.

Однако Михаил Гельфанд вместе с таким Сергеем Давидисом очень активно выступили за исключение этого пункта из повестки дня, назвав его среди прочего "провокацией" (стенограмма и видеозапись заседания). В результате вопрос о неэффективной трате и предположительном хищении нескольких миллионов общественных денег членами КСО просто не был рассмотрен. КСО продолжает делать вид, что такой проблемы вообще не существует.

Подытоживая мы видим следующее: Михаил Гельфанд активно попрекает своих врагов (РАН, КИ) коррупцией. И при этом не менее активно защищает своих друзей от аналогичных обвинений в коррупции.

Я как гражданин и как член структуры РАН через активное избирательное право в принципе могу влиять на кадровый состав различных руководящих органов. Объясните мне, почему я должен хотеть видеть вас на месте нынешнего в определенной степени коррумпированного научного руководства? А если Институт языкознания, где я работаю, окажется за пределами круга ваших друзей, не станет ли нам еще более голодно, чем сейчас?


(Читать комментарии) (Добавить комментарий)