О Постум, Постум, беглые года
стекают вниз. А старость зубы точит.
А смерть неукротима -- не отсрочишь,
хоть трижды соблюдай

 

 

законы благочестия, хоть враз
три сотни каждый день вали двурогих --
Плутона не умаслишь. Многих, многих,
кто был покруче нас,

 

 

он усмирил летейскою волной.
И всем, кто рад еще Земли подаркам,
маячит впереди она -- монархам
и нищим под стеной.

 

 

И пусть не тронет ни кровавый Марс,
ни хриплой Адриатики громады,
пусть осенью от ветряного хлада
хранят жилища нас,

 

 

но мы увидим -- с черною ленцой
Коцит катится. Льются, льются муки
бесславных Данаид. Сизифа руки --
на камне под скалой.

 

 

Оставишь дом, жену свою, и вниз
из вековых деревьев лишь единый
недолгого проводит господина
проклятый кипарис!

 

 

И вот, наследник твой уже пошел
срывать запоры с погребов неверных!
И брызжет драгоценный сок Фалерна
на мозаичный пол.