122 года спустя.
"Начальника, начальника, просыпайтеся!" - дородная секретарша с выпученными глазами беспардонно оборвала чудесный сон. Как обычно, я с трудом пытался сообразить, что стряслось. Наконец, мой взгляд натолкнулся на передовицу вчерашнего "Коммерсанта", что валялся на столе рядом с ухмыляющейся мордой президента Голицына.

"На Ургу!

Русские войска изменят первоначальный маршрут следования на ежегодные учения Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и пройдут через территорию округа Урга. Об этом сообщил осведомлённый источник в Генеральном штабе. В администрации округа нам отказались подтвердить или опровергнуть эти сведения.

Округ Урга был арендован Россией сроком на 999 лет по договору 1975 года. В последние время, некоторые политики, приближённые ко двору Богдыхана в Карокоруме стали требовать пересмотра договора об аренде. Поэтому проход войск через территорию округа может являться акцией устрашения.

Ежегодные учения ШОС состоятся в эти выходные в китайской провинции Ганьсу. В учениях примут участие 65 тысяч военнослужащих из России, Дании, Италии, Португалии, Австрии, Франции, Великобритании, Испании, Нидерландов, Швеции и Североамериканской Конфедерации."

"Только бы успеть!" - повторял я про себя, судорожно натягивая штаны и ошалело несясь вниз по лестнице. Когда я выбежал на улицу, меня чуть не оглушил рёв пронзавших небо трёх бесхвостых бомбардировщиков "Илья Муромец". Затем, расшугав убогие самодвижущиеся повозки местного населения, по улице покатились танки, всяческая бронетехника и артиллерия. Этот железный поток уже час наводил ужас на несчастных туземцев, когда рядом остановился невзрачный чёрный автомобильчик, которого я и ждал.

Из него вылез холёный юнец, вся внешность которого выдавала в нём титулярного советника. "Поздравляю" - протянул он своим омерзительно-сладеньким голосочком. "С чем?" - буркнул я в ответ. "Намедни тайный комитет Верховной Думы одобрил сооружение в вашем округе пятнадцати игорных домов" - подмигнул он - "Сегодня мы напугали туземцев, а завтра мы их купим". Затем он протянул мне свою напедикюренную ручонку. Я её жать не стал. Тогда он всучил мне чемоданчик с образцами какой-то новой купюры и был таков. Видимо, это и был официальный предлог его визита.

Вернувшись в контору, я стал размышлять. Если здесь будут игорные дома, значит будет и новый наместник. Как пить дать, кто-нибудь из "родовитых". Вроде того сладкоголосого с напедикюренной ручонкой. А куда мне деваться? Со связями у меня негусто, способностей к предпринимательству - никаких. Максимум, что мне светит - место мелкого чиновника в Петербурге или представителя Русско-американской компании в какой-нибудь экзотической заднице...

Чтобы хоть немного отвлечь себя от грустных мыслей, я включил телеприёмник и настроил его на волну потешного "Channel One". Там, как всегда по четвергам, Prohan и Dougie бухтели что-то про возрождение имперской мощи северо-американской державы и разоблачали козни её разномастных врагов - как внутренних, так и внешних. Россию, как всегда, винили во всех вероятных и невероятных бедах. Всё никак не могут горемычные yankees простить нам того, что в гражданской войне мы поддержали Dixie... Потом там появился некто Parshee - ветеран береговой охраны. Этот оказался оригиналом. Всё твердил о том как вредит Америке её чересчур мягкий климат. А затем начались "Latest news", где битых полчаса обсасывали тот факт, что журнал "Новое время" признал президента Североамериканских штатов "человеком года". Вот дурачки-то! Президент-то, может, и их, а журнал-то наш!

И тут я снова задумался. Конечно, эти yankees смешны и нелепы. Ну а мы-то чем лучше? Мы сильнейшая держава в мире, но, пожалуй, наше могущество идёт на спад. Ведь мы уже в конец зазнались. Вот, например, зачем нужно было устраивать сегодняшнее бряцание оружием? Туземцы, конечно, испугаются, но одновременно затаят злобу. И когда-нибудь это нам припомнят. Может, уже завтра. Может, лично мне.

Мне стало совсем грустно. Я достал чемоданчик с образцами новой купюры. Это была сторублёвка. На ней по-прежнему красовалась физиономия Павла Пестеля. Только цвета немного поменяли.

"Господи!" - подумал я - "Вот бы тогда Николай Павлович повесил всех заговорщиков!"