Шекспиры наших дней
В позапрошлом эпизоде The Sopranos -- там, где Кристофер, Тони и Адриана выясняют отношения по поводу несостоявшегося секса между последними, -- есть один момент, достойный осмысления. Крис, страдающий от ревности и позорных слухов, избивает и выкидывает из дому только что выписанную из госпиталя Адриану. Сцена избиения весьма зверская, чтобы у зрителя не возникало никаких вопросов, -- прямо-таки showcase of abuse, просящийся в хрестоматию современных американских стереотипов и кодовых понятий. А потом происходит самое интересное. Закладывающая на досуге мафиозных родственников в ФБР Адриана является на очередную тайную встречу с разбитой донельзя физиономией, чем вызывает сочувствие своей агентши. Когда Адриана начинает оправдывать Криса, та в узнаваемом современном стиле возмущенно заявляет, что это "психология заложника", от которой, мол, надо избавляться. И вот тут следует неожиданное возражение: ничего такого ужасного -- вот если бы я его застала в подобной ситуации, я бы его вообще убила!

Налицо прямое противопоставление двух образов мышления -- одного, пропитанного цивилизованностью и политкорректными стереотипами, и другого -- живого и непосредственного, свободного от искусственных построений и, несмотря на свою страшноватость, все-таки требующего понимания и сочувствия. Даже на уровне дискурса, непосредственная и страстная речь Адрианы контрастирует со штампованными фразами агентши. В зрителе борются два уровня понимания, тянущие его в противоположные стороны, -- базовый, связанный со страстью и инстинктом, и цивилизованный-надстроечный, с "корректными" идеями равноправия, ненасилия и проч. Это на самом деле вполне в русле основного конфликта данного сериала, просто здесь круг вовлеченных в него проблем расширяется неожиданным образом, смело и, как кажется, плодотворно.