Кто скучает по сталинизму? Понятное дело – пещерные коммунисты, Зюганов и Ампилов, некоторые разновидности социалистов и просто любители жесткой руки. Они выносят портреты диктатора на свои демонстрации (а иногда и на чужие!), обклеивают ими троллейбусы и трамваи и тяжело вздыхают: «Вот тогда был порядок». Им сладко думать, что при том «порядке» они сидели бы в начальственных кабинетах и отдавали суровые приказы. На самом деле, они, возможно, просто сидели бы, вовсе не в кабинетах. Про такую возможность они предпочитают не думать.

Мы относимся к угрозе возвращения к сталинизму весьма легкомысленно. Все это кажется невероятным – не те ныне времена, не то общество. Действительно, трудно представить, что наша страна снова погрузится в такой омут. Но кто, скажите, мог представить себе в 1914 году, что через три года в стране законодательно запретят свободу прессы и парламентаризм, а через 13 лет здесь будут бушевать политические репрессии? Тогда это казалось невероятным. Как и теперь.

При той скорости, с которой сегодня Госдума издает репрессивные законы, сколько лет нам понадобится для того, чтобы дойти до уровня 1937 года? По-моему, если мы их не остановим, то очень немного. Кто бы лет пять назад мог совершенно серьезно ожидать, что в Госдуме будет обсуждаться проект закона о защите чувств верующих? А какие законы будут обсуждаться в Госдуме через год?

О 37-м годе мечтают не только отмороженные коммунисты, но и вполне себе респектабельные правительственные эксперты. «Бодрящая морозная свежесть 1937 года — вот что сегодня нужно оборонке и всей стране», - говорит в интервью изданию «Ладно.ру» директор Центра анализа стратегий и технологий, член общественного совета при Минобороны, член президиума общественного совета Военно-промышленной комиссии при Правительстве РФ, издатель журнала «Экспорт вооружений» Руслан Пухов. «Свежесть 1937 года» понадобилась г-ну Пухову для того, чтобы вытащить оборонную промышленность из того упадочного состояния, в котором она теперь находится.

Не буду обсуждать, насколько успешной была военная промышленность в 1937 году, и как это позволило подготовиться к грядущей войне – дело не в этом. Дело в том, что жесткое государственное управление, основанное на массовых репрессиях и судебном произволе, видится спасительным для страны не какому-нибудь престарелому чекисту, тоскующему по временам своей карательной молодости, а человеку, родившемуся через 35 лет после того года, о котором ему теперь так мечтается. И окончил он не Высшую школу КГБ и ВПШ, а факультет международной информации МГИМО и франко-российскую Магистратуру по политическим наукам и международным отношениям. И не в мрачных сороковых или застойных семидесятых, а в послеперестроечных девяностых. И за язык его никто не тянул – само вылезло! Сказал от души.

Другие свою тоску по ежовым рукавицам пока не афишируют. Держат в себе. До поры до времени. А может, Руслан Пухов проговорился не случайно, почувствовав, что настало время возвращения к методам «эффективного менеджера»? Правительственные эксперты тонко чувствуют перемены, особенно, когда новый ветерок приносит «морозную свежесть».