ТОРГОВЕЦ

Франц Кафка,1913

Может, некоторые мне и сочувствуют, но я не замечаю. Из-за моего магазинчика у меня полно хлопот, от которых у меня болит во сне внутри за лбом и висками, но у меня нет от него никакого удовлетворения, такой он маленький.

Нужно делать распоряжения за несколько часов вперед, освежать память служащих, предостерегать от устрашающих ошибок, и вычислять моды будущего года, и не среди людей моего круга, а у недоступных частей населения страны.

Мои деньги у чужих людей, их отношения мне не могут быть ясны, несчастья, которые могут случиться у них, я не предчувствую, как мне от него уберечься?! Наверное, они стали расточительны и устраивают пир в саду трактира, а другие останавливаются на этом пиру на минутку перед бегством в Америку

Когда в конце рабочего дня магазин запирается, и я вижу перед собой часы, в которые я не смогу ничего делать для надобностей моего магазина, мое возбуждение, утром отосланное далеко вперед, обрушивается на меня словно обратный поток, и, не задерживаясь возле меня, бесцельно уносит меня с собой.

И я даже не могу воспользоваться этим настроением и могу лишь идти домой, ведь лицо и руки у меня грязные и потные, на голове у меня фирменная фуражка магазина, а сапоги поцарапаны о гвозди ларей. Так что я иду словно по волнам, щелкаю пальцами и глажу встречных детей по голове.

Но дорога слишком короткая. Вот я уже в моем доме, открываю дверь лифта и захожу внутрь.

Теперь я неожиданно вижу — я один. Другие, которым нужно подниматься по лестнице, при этом немного устают и ждут с частым дыханием, пока им не откроют дверь квартиры, имея при этом причину для злости и нетерпения, входят сначала в прихожую, вешают там шляпу, и только пройдя через несколько стеклянных дверей в свою комнату, остаются одни.

Я же сразу оказываюсь один в лифте, и гляжу, опершись коленями, в узкое зеркало. Когда лифт начинает подниматься, я говорю: "Будьте спокойны, ступайте обратно, вы хотите в тень деревьев, за занавесь окна, под свод листьев?

Я говорю сквозь зубы, и и перила лестницы скользят по молочному стеклу, словно падающая вода.

Летите прочь, пусть ваши крылья, которых я ни разу не видал, унесут вас в сельскую долину, или в Париж, если вас тянет туда. Наслаждайтесь же видом из окна, когда процессии выходят из всех трех улиц, не уступают одна другой и идут одна сквозь другую, и между их последними рядами снова показывается площадь. Машите платками, будьте восхищены, будьте тронуты, славьте проезжающую мимо прекрасную даму.

Переходите ручей по деревянному мосту, кивайте купающимся детям и изумляйтесь "ура" тысячи матросов на далеком броненосце.

Гонитесь за невзрaчным человеком и, затолкав его в подворотню, ограбьте его и потом, засунув руки в карманы, следите как он печально идет своей дорогой по левой улочке.

Полиция, врассыпную скачущая галопом, обуздывает лошадей и оттесняет вас обратно. Пускай, от пустых улиц она станет несчастной, я знаю. Пожалуйста, они уже едут парами прочь, замедляя ход в углах улиц и проносясь стремглав через площади."

Потом мне нужно вылазить, отправлять подъемник вниз, звонить в звонок, и служанка открывает дверь, я тем временем здороваюсь.