Я - слуга, но работы для меня нет. Я робок и не проталкиваюсь вперёд, я даже не проталкиваюсь в одном ряду с остальными, но это только одна из причин моей безработности, а может и вообще с ней не связано, во всяком случае главная причина в том, что меня не зовут на службу. других зовут, хотя они не больше этого добивались, чем я, да, наверное даже никогда и не имели желания, чтобы их позвали, тогда как у меня по оно по меньшей мере иногда очень сильно.

Итак, я лежу на койке в комнате для прислуги, гляжу на балки потолка, засыпаю, просыпаюсь и уже опять засыпаю. Иногда я иду в трактир напротив, там подают кислое пиво, бывало, я вылью от отвращения стакан этого пива, но потом пью опять. Я люблю сидеть там, потому что за из-за маленького закрытого окна можно глядеть в окна нашего дома незаметно для всех. Много не видно, сюда на улицу выходят, я думаю, только окна корридоров, к тому же не тех корридоров, которые ведут в комнаты господ. Может я и ошибаюсь, но кто-то однажды сказал это, хотя я не спрашивал, и общее впечатление от этого фасада подтверждает это. ТОлько изредка окна открываются, и когда это случается, их открывает слуга, и он затем облокачивается на подоконник, чтобы посмотреть вниз. Значит, это корридоры где его не могут застигнуть врасплох. Впрочем, я не знаком с этими слугами, слуги, всегда работающие наверху, спят не в моей комнате.

Однажды, когда я вошел в трактир, на моём наблюдательном месте уже сидел гость. Я побоялся лучше рассматривать его и хотел сразу развернуться в дверях и уйти. Но гость подозвал меня к себе, и оказалось, что он тоже слуга, которого я уже где-то видел, но никогда прежде с ним не говорил. "Почему ты убегаешь? Сядь сюда и пей. Я плачу." Итак я сел. Он спрашивал меня о чём-то, но я не мог ответить, я даже не понял вопросов. Поэтому я сказал: "Ты наверное жалеешь, что пригласил меня. Тогда я уйду." и уже собирался встать. Но он дотянулся рукой через стол и придавил меня: "Оставайся", сказал он, "Это же было только исытание." Кто не ответил на вопросы, тот его выдержал."