Русские иллюзии
Одна из старейших русских иллюзий: «Земля наша велика и обильна», народу много и все можем сделать сами. Отсюда и страсть к автаркии, и нежелание вникать в суть торговых обменов, попыток их понимания и использования.

Иллюзии уже 700 лет, но только в последние 150 лет по иллюзии были болезненные удары, причем из этих 150 лет почти половину срока (1917-1987 гг.) иллюзия вспыхнула с новой силой.
Разберемся с генезисом заблуждения.

Исток современной России - Московское княжество, нечерноземье, зона рискового земледелия. Чтобы сохранить основы цивилизации требовалось большое напряжение сил (см. Ключевского). И одним из выходов было создание мощной военно-феодальной структуры, оседлавшей денежные потоки (дань в Орду, пошлины с новгородцев). Уже примерно через 160 лет указанная структура дала первый крупный результат для создателей – объединение русских земель, еще через 50 лет – удалось вырвать от Литвы крупный кусок южнорусских земель, а еще через порядка 50 лет еще один крупный успех – ликвидация Казанского, Астраханского и Сибирского ханств, огромное приращение земель как плодородных (Поволжье), так и «просто богатых» «мягкой рухлядью» (Сибирь). Этот период – от Ивана III по Ивана Грозного – ключевой для становления русской ментальности – жестокие войны с расширением территории, сдвижением центра тяжести на юг, овладение крупным торговым путем (Волга), монополизация государством внешнеторговых связей и появление «бездонного» кладезя пушнины в Сибири.

Ключевой алгоритм: военные сверхусилия и победы – интеграция побежденных посредством царских пожалований – увеличение могущества государства (более обильные земли, больше экспортных товаров, контроль над торговыми путями).

Но особенность данного этапа состояла в победах над достаточно слабым противником – разрозненными остатками Золотой Орды.

Уже первые столкновения с более мощными образованиями, поддерживаемыми извне (Швеция, Польша, Крым) показал недостаточность первой русской схемы.

Практически весь 17 век ушел на поиск новой схемы, причем во второй половине века случилась «нечаянная радость» - запорожский бунт и отпадение днепровской украины от Польши.

Здесь традиционная схема, включавшая «интеграцию побежденных посредством царских пожалований» дала первый сбой. Казаки были хотя и «простецы», но аппетиты имели поболее степных мурз, желавших кочевых вольностей. Да, разлагающее влияние Европы сказалывалось на аппетитах, в результате чего Украина бунтовала почти 50 лет (по Мазепу включительно).

Тем не менее, к концу 17 века искомая формула таки была найдена: привнесли заимствование западного опыты и приглашение иностранных специалистов при усилении центральной власти. В результате почти весь 18 век был веком побед. Результаты были все те же – еще большее приращение плодородной землицы, овладение торговыми путями, инкорпорация побежденных. Но 18 век имел итог и другой итог – страны «посредники» - Швеция, Польша, Крым были ликвидированы как самостоятельные акторы, и России пришлось уже лицом к лицу столкнуться с европейскими гигантами – Великобританией, Францией, Австрией и набирающей силу Пруссией. Заметим, что итогом 18 века явилась ликвидация более слабой европейской периферии соотношение сил которой по отношению к европейскому ядру было примерно такое же как 300 лет до этого обломков Золотой Орды к Швеции и Польше.

Пик активности второй русской схемы и одновременно ее звездный час – Отечественная война 1812 г. Победив самую мощную европейскую армию, Россия получила приращения в виде Польши и Финляндии (чуть раньше от Швеции), с которыми уже не знала что делать. С одной стороны посыпались традиционные царские пожалования (конституции обоим приращения, пожалования элитам), а с другой стороны чисто военно-феодальными методами эксплуатировать было нельзя. Нужны методы были именно капиталистические. Блестящий пример давала Англия по отношению к Ирландии, но именно феодальные пережитки не просто тормозили, но перекрывали все возможности для правильной эксплуатации Польши и Финляндии.

Практически весь 19 век (после Венского конгресса 1815 г) – постепенный упадок второй русской модели. Да, были завоеваны Кавказ и Закавказье, присоединены Казахстан и Средняя Азия, но такого блестящего эффекта, как в 18 веке уже не было. Не было, поскольку завоевывались земли в ином климате, с иной природой (горы, пустыни), с требовательной элитой, все время косившейся в сторону Альбиона, да и вообще южный выход России к периферии важных торговых путей южной Азии сам по себе активизировал происки европейских государств. В общем от всех завоеваний 19 века было больше мороки, чем толку, более того не было даже значительной (как Поволжья или Новороссии) русской колонизации завоеванных земель

При этом весь 19 век под крылом военно-феодального режима царизма крепли вполне буржуазные национализмы. Ярчайшие примеры – Польша и Финляндия, значительно отставали Кавказ и Украина.

Поражение в русско-японской войне, случившейся в ходе борьбы за Северный Китай и Корею, поставило почти окончательно точку на второй русской модели. Расширение и войны при ослабленном ядре неизбежно вели к краху. Окончательный финал второй русской модели был в Первой мировой войне – попытка даже минимального выхода за собственные границы обернулась полным государственным крахом.

Третья русская модель была связана с большевиками. Им пришлось пойти на неизбежное – предоставление независимости Польше и Финляндии более 100 лет откармливаемым царизмом за счет великорусского ядра.

Сначала о коренном недостатке третьей модели. В попытке удержаться у власти большевики стали с царской щедростью раздавать привилегии «только что завоеванным» в ходе Гражданской войны окраинам – Белоруссии, Украине, Кавказу и Средней Азии. Все делалось с прицелом на мировую революцию и соблазнение части элит. Но никто не соблазнился. Вообще никто!!! Даже самая последняя попытка соблазнения – Карело-Финская ССР (1940-1956) кончилась абсолютным пшиком, это стало почти ясно в 1940 г., а полностью ясно к 1944 г. Тем не менее, даже не в угаре мировой революции или ее ожидания, но просто в угаре фракционной борьбы, от РСФСР оказались отторгнуты Казахстан и Киргизия. Причина всех этих отторжений проста – руководить по капиталистически коммунисты не умели, не могли и не хотели, а для военно-феодального руководства на местах нужны местные паны и ханы. И опять же русской крестьянской колонизации почти не было, если не считать ублюдочной Целины. Соответственно все более слабел контроль за местными элитами.

Тем не менее, советские успехи были в ряде случаев (до 1953-1961 гг.) на лицо – сильное государство, массовое среднее образование и отличное высшее образование позволили двинуть страну вперед, в результате чего по итогам ВМВ западная граница СССР стала почти такой же как у Российской империи в 1914 г. Межъевропейская и американо-европейская борьба нежданно-негаданно дали СССР потенциальную возможность быть гегемоном уже на значительной части Земли. Но именно тут в «эпоху крушения колониальной системы империализма» третья русская модель начала свой распад. Опять было тупое следование «местным особенностям», одаривание всех и вся, причем аппетиты одариваемых росли прямо пропорционально подаркам (США обещают даже больше плюс свободу!). И опять уже застарелая болезнь последних 150 лет – неумение наладить правильную торгово-капиталистическую эксплуатацию периферии.

Крах СССР стал закономерным итогом сверхрасходов, которые не обещали даже не сверхдоходов, а просто обычных доходов. Никому это было не интересно, и СССР тихо почил в бозе. Почил именно тихо, поскольку громко навернулся другой социалистический эксперимент – в СФРЮ, где на костях одного этноса хотели строить счастье для всех остальных. Опять же – победа в ВМВ и крах колониальной системы не дал ни крестьянской колонизации (как при доиндустриале), ни торгово-финансовой (как при индустриале) зависимости «социалистических стран и стран социалистической ориентации» от СССР – достаточно посмотреть на импотентность СЭВа и ту легкость, с которой европейские соцстраны бросились в Европу.

Какие из этого следуют выводы для сегодняшней России?
Расширение на военно-феодальной основе в современном мире не возможно, возможно расширение на торгово-капиталистической основе (пример - Китай). Бряцание оружием и вопли о стратегическом интересе, не подкрепленные возможностями торгово-капиталистической экспансии заведомо обречены на провал. В связи с этим заслуживает внимание последние дела Путина – ТС и ЕЭП – расширение, подкрпеленное экономической мощью России и которое усиливает эту мощь.

Вот почему абсолютна правильна российская политика в отношении Белоруссии – за красивые слова денег не давать, только за акции предприятий. Аналогичная политика будет вестись в отношении Украины. Чего стоят все «прорусские» политики мы все видели на примере Кучмы и Януковича – за свою местечковую самостийную власть готовы стоять до конца. Надо понимать хорошо, чем хуже дела на Украине (да, «обострение нужды и бедствий угнетенных масс»), тем лучше для России.

В отношении Средней Азии, Азербайджана и Грузии можно сказать только одно – только полная аннигиляция местных элит в результате мирового кризиса нужна России. Никакие режимы ведущие свой отсчет от 1992 г. (распад СССР) России там не нужны, не нужно вообще ничего, чтобы напоминало о прошлых суверенитетах и независимостях.

Методом проб и ошибок в последние 10 лет отстраивается четвертая русская парадигма, но одно понятно – «царские пожалования» должны иметь вид только определенных и временных уступок местным элитам на переходный период, а затем все должно приводиться к единому уровню. Не можешь держать уровень – получишь экономический кризис. Все просто и демократично – не можешь соответствовать высоким уровням – не соответсвуй, но потом не жалуйся, что будет «заповедник гоблинов».

И еще раз о главном уроке – метод «царских пожалований» годный в доиндустриальную эпоху совсем не подходит в эпоху индустриальную, т.к. аппетит растет, и растут возможности играть на противоречиях страны донора и ее соперника. И еще важный момент – формирование первой русской модели с ее пожалованиями приехавшим мурзам и князьям подразумевал наделение подарками в виде деревень внутри Руси, так что все выходки приезжего были на виду у местных, видевших главу в царе/великом князе. Расширение территории привело к тому, что давать льготы стали элитам жившем в своем этническом, а не русском этническом окружении, отсюда и рост своевольства, наглости и требовательности элит. И самые главные просчеты второй русской модели (c 19 века) и третьей модели - отказ от активной переселенческой модели, которая бы давала значительный русский слой на окраинах, так и деление наций на титульные и нетитульные – совет национальностей был только в ВС СССР, но их не было в ВС союзных республик.

Отмечу, что посылка дипломированных специалистов - это не переселенческая модель, а исключительно спосирование окраин, т.к. только крестьянство способно давать долговременный относительный прирост русского населения на окраинах.

И последнее - военно-феодальный принцип первых трех русских моделей был несовместим с финансово-экономической зависимостью - ну какие счеты могут между "братьями по оружию", что за "крысятничество"?