|
|
Пишет obsrvr (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} obsrvr)@ 2007-03-20 13:41:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Англичане на Кубани
«Содействовать развитию промышленности в крае могут только иностранные капиталы. Они же главным образом могут пополнить собой ряды людей, сведущих в разных отраслях промышленности», — пишет в Санкт-Петербург губернатор Кубани. Письмо это датировано... 1896 годом.
Первые нефтяные фонтаны на Кубани, в долине реки Кудако, забили в 1866–1867 годах. Это вызвало значительный интерес на Западе. Вскоре отдельные иностранные предприниматели и фирмы стали арендовать нефтяные колодцы на Тамани и в Майкопском районе. Проникновение зарубежных предпринимателей в нефтяную промышленность происходило двумя способами: они либо добивались переуступки контрактов на арендованные российскими предпринимателями нефтеносные участки, либо становились компаньонами российских арендаторов, а затем и их правопреемниками.
Идти окольными путями приходилось из-за несовершенства тогдашнего законодательства. Так, французское акционерное общество «Русский стандарт — нефтяное товарищество», созданное в 1881 году с солидным капиталом в 4,5 млн франков, укрепилось на Кубани и стало монополистом по добыче и переработке нефти. Однако до 1892 года оно было вынуждено действовать через подставных лиц. Монополия «Русского стандарта» продлилась 30 лет.
После того как «Русский стандарт» свернул свою деятельность, в добыче кубанской нефти наступил застой. Некоторое оживление началось в 1906–1907 годах. Тогда российские инженеры Бунге и Шуров в компании с промышленником Селитренниковым приступили к систематическим научным изысканиям.
Результаты оказались обнадеживающими. Для промышленной реализации планов в 1908 году было создано «Бакинско-Черноморское товарищество». 30 августа следующего года из скважины глубиной в 34 сажени (около 72 метров) ударил мощный фонтан. За две недели он выбросил не менее 3 млн пудов нефти. Но нефтехранилищами заранее не запаслись. А потом случился пожар, который почти все «черное золото» превратил в дым.
Это событие стало сенсацией № 1 для нефтепромышленников всего мира. Начался так называемый майкопский бум. На Кубань мощным потоком хлынул и российский, и иностранный капитал — преимущественно английский. Бум развивался в исключительно благоприятной обстановке. Депрессия в западной экономике закончилась, а Россия выходила из застоя, вызванного последствиями Русско-японской войны и первой революции. Мировые цены на нефть держались высокие, а бакинские нефтепромыслы находились в упадке. Новый Клондайк сулил огромные барыши.
Англичане раскошелились на разведку, и кубанская нефть в предвоенные годы оставалась главным объектом британских инвестиций.
В Лондоне одно за другим стали создаваться акционерные общества по добыче майкопской нефти. Вскоре англичане уже владели 90% нефтеносных участков в регионе. Оставшиеся 10% принадлежали русским фирмам, но и их предприятия не были свободны от английского влияния. Только в 1910 году в Лондоне были зарегистрированы 20 компаний для добычи нефти в Майкопе с общим капиталом в 54,58 тыс. рублей. Большинство акций этих компаний стали котироваться на Лондонской бирже. В том же году на Лондонской бирже появились акции 13 российских нефтяных компаний, базировавшихся в Майкопском районе.
Общий капитал всех британских предприятий, открывших свою деятельность в России в 1910–1914 годах, составлял 209,3 млн рублей. 110 млн из них были направлены на добычу кубанской нефти, в том числе 90 млн — на предприятия в Майкопском районе.
Появлявшиеся в Англии фирмы почти сразу же оказались втянутыми в процесс концентрации и монополизации. Так, в 1911 году образовалась Англо-Майкопская корпорация, объединившая около полутора десятков майкопских обществ. В 1915 году Англо-Майкопская корпорация располагала капиталом в 10 млн рублей. На ее долю приходилось около 94% общекубанской нефтедобычи. В годы Первой мировой войны в результате слияния действовавших в крае английских фирм образовались «Майкопский союз», «Общество Черноморских соединенных нефтяных промыслов», а также смешанное русско-английское «Майкопское нефтепромышленное и торговое общество».
Успеху англичан во многом способствовало благожелательное отношение центральных и местных властей. Когда в июне 1910 года стало известно о готовящихся правительством мерах по ограничению деятельности иностранных компаний на Кубани, местные власти выступили с решительным протестом. В едином порыве слились Екатеринодарский биржевой комитет, Майкопская городская дума, Темрюкская городская управа, администрация войскового наказного атамана казачьих войск и Совет съездов представителей биржевой торговли и сельского хозяйства в Петербурге. Инициатива «федералов» быстро заглохла, тем более с учетом того, что портить отношения с потенциальным союзником в преддверии мировой войны было отнюдь не в интересах российского правительства.
Параллельно развивалось сотрудничество британских и российских нефтедобытчиков. В октябре 1911 года состоялся I съезд кубанских предпринимателей, посвященный проблемам нефтяной индустрии. В его работе с совещательным голосом участвовали представители британских компаний. Решения съезда на практике привели к кооперации усилий русских и англичан.
Всего в Англии для работы на Кубани было создано 66 компаний. Как это нередко бывает, на участках большинства из них «конь не валялся». Буровые работы вели 23 фирмы, добычей нефти занимались девять, а создать полноценную промышленную инфраструктуру смогли только шесть компаний.
В 1911–1912 годах англичане ввели в эксплуатацию два нефтепровода: Ширванская – Екатеринодар и Ширванская – Туапсе. Первый — длиной 104 версты (около 111 километров) с диаметром трубы 8 дюймов — считался основным и принадлежал Майкопской нефтепроводной и транспортной компании. Второй — протяженностью 97 верст (около 103,5 километра) — являлся собственностью «Майкопского анонимного общества транспортирования нефти». Впоследствии обе компании слились в одну. В 1914 году они приобрели право провести еще один нефтепровод в районе станицы Крымской с устройством резервуара и нефтекачки. Таким образом, вся транспортировка майкопской нефти сосредоточилась в руках одной Майкопской нефтепроводной и транспортной компании, входившей в Англо-Майкопскую корпорацию.
Нефтеперерабатывающая промышленность Кубани тогда состояла из Екатеринодарского и Ширванского нефтеперегонных заводов. Ширванский, построенный российской предпринимательницей Селитренниковой, вошел в строй в 1909 году. Вскоре завод Селитренниковой купило английское «Общество Черноморских соединенных нефтяных промыслов». Второй завод принадлежал российскому товариществу «Гукасов и К°», 60% капитала которого были английскими.
Накануне Первой мировой войны вся нефтеперерабатывающая промышленность Кубани была сконцентрирована в «Обществе Майкопских нефтеперегонных заводов» с капиталом в 50 тыс. фунтов стерлингов, входившем в ту же Англо-Майкопскую корпорацию. Производство оборудования для нефтепромыслов тоже было налажено англичанами. Русско-Кубанская промышленная нефтяная компания, получившая лицензию на деятельность в России в 1911 году, быстро построила машиностроительный завод «Кубаноль».
Нефтепроводы и заводы стимулировали добычу нефти. За четыре года, с 1908-го по 1912-й, она увеличилась почти в сто раз — с 1,6 до 152,2 тыс. тонн! Однако в 1913 году произошел резкий двукратный спад добычи — до 78 тыс. тонн.
Одной из главных причин этого спада, как выяснили геологи, было неправильное бурение, не учитывавшее особенностей месторождений в Майкопском районе, имевших форму «рукавообразной залежи», ранее неизвестной геологической науке. Выяснил это великий российский геолог Иван Губкин в 1912–1913 годах. Англичане ему не поверили и продолжали бурить по старым технологиям. Результаты оказывались плачевными.
Подкосила англичан и конкуренция со стороны разработчиков бакинской нефти. Тамошние нефтепромышленники разработали эффективную стратегию подавления английских конкурентов. Для этого крупные бакинские нефтепромышленники учредили акционерное общество «Колхида». «Колхида» скупила в Майкопском районе 90 десятин нефтеносных земель, но разворачивать добычу «черного золота» не собиралась. Целью «Колхиды» был подрыв позиций англичан. Применялись для этого и бурение в заведомо бесперспективных местах, и затопление грунтовыми водами нефтеносных участков, и демпинговая скупка перспективных площадей у мелких предпринимателей… Все это вместе взятое настолько дискредитировало кубанскую нефтедобычу, что наказной атаман даже разрешил казакам разбивать сады и огороды на нефтеносных землях.
Англичане продержались в Майкопском районе до 1919 года. Нефть к тому времени они добывали только на двух участках — осваивать другие не было возможности из-за разбушевавшейся Гражданской войны. А в следующем году нефтяная промышленность Кубани была национализирована советской властью. Ей достались построенные англичанами нефтепроводы, нефтехранилища и перерабатывающие заводы.
http://www.neftevedomosti.ru/press.a
«Содействовать развитию промышленности в крае могут только иностранные капиталы. Они же главным образом могут пополнить собой ряды людей, сведущих в разных отраслях промышленности», — пишет в Санкт-Петербург губернатор Кубани. Письмо это датировано... 1896 годом.
Первые нефтяные фонтаны на Кубани, в долине реки Кудако, забили в 1866–1867 годах. Это вызвало значительный интерес на Западе. Вскоре отдельные иностранные предприниматели и фирмы стали арендовать нефтяные колодцы на Тамани и в Майкопском районе. Проникновение зарубежных предпринимателей в нефтяную промышленность происходило двумя способами: они либо добивались переуступки контрактов на арендованные российскими предпринимателями нефтеносные участки, либо становились компаньонами российских арендаторов, а затем и их правопреемниками.
Идти окольными путями приходилось из-за несовершенства тогдашнего законодательства. Так, французское акционерное общество «Русский стандарт — нефтяное товарищество», созданное в 1881 году с солидным капиталом в 4,5 млн франков, укрепилось на Кубани и стало монополистом по добыче и переработке нефти. Однако до 1892 года оно было вынуждено действовать через подставных лиц. Монополия «Русского стандарта» продлилась 30 лет.
После того как «Русский стандарт» свернул свою деятельность, в добыче кубанской нефти наступил застой. Некоторое оживление началось в 1906–1907 годах. Тогда российские инженеры Бунге и Шуров в компании с промышленником Селитренниковым приступили к систематическим научным изысканиям.
Результаты оказались обнадеживающими. Для промышленной реализации планов в 1908 году было создано «Бакинско-Черноморское товарищество». 30 августа следующего года из скважины глубиной в 34 сажени (около 72 метров) ударил мощный фонтан. За две недели он выбросил не менее 3 млн пудов нефти. Но нефтехранилищами заранее не запаслись. А потом случился пожар, который почти все «черное золото» превратил в дым.
Это событие стало сенсацией № 1 для нефтепромышленников всего мира. Начался так называемый майкопский бум. На Кубань мощным потоком хлынул и российский, и иностранный капитал — преимущественно английский. Бум развивался в исключительно благоприятной обстановке. Депрессия в западной экономике закончилась, а Россия выходила из застоя, вызванного последствиями Русско-японской войны и первой революции. Мировые цены на нефть держались высокие, а бакинские нефтепромыслы находились в упадке. Новый Клондайк сулил огромные барыши.
Англичане раскошелились на разведку, и кубанская нефть в предвоенные годы оставалась главным объектом британских инвестиций.
В Лондоне одно за другим стали создаваться акционерные общества по добыче майкопской нефти. Вскоре англичане уже владели 90% нефтеносных участков в регионе. Оставшиеся 10% принадлежали русским фирмам, но и их предприятия не были свободны от английского влияния. Только в 1910 году в Лондоне были зарегистрированы 20 компаний для добычи нефти в Майкопе с общим капиталом в 54,58 тыс. рублей. Большинство акций этих компаний стали котироваться на Лондонской бирже. В том же году на Лондонской бирже появились акции 13 российских нефтяных компаний, базировавшихся в Майкопском районе.
Общий капитал всех британских предприятий, открывших свою деятельность в России в 1910–1914 годах, составлял 209,3 млн рублей. 110 млн из них были направлены на добычу кубанской нефти, в том числе 90 млн — на предприятия в Майкопском районе.
Появлявшиеся в Англии фирмы почти сразу же оказались втянутыми в процесс концентрации и монополизации. Так, в 1911 году образовалась Англо-Майкопская корпорация, объединившая около полутора десятков майкопских обществ. В 1915 году Англо-Майкопская корпорация располагала капиталом в 10 млн рублей. На ее долю приходилось около 94% общекубанской нефтедобычи. В годы Первой мировой войны в результате слияния действовавших в крае английских фирм образовались «Майкопский союз», «Общество Черноморских соединенных нефтяных промыслов», а также смешанное русско-английское «Майкопское нефтепромышленное и торговое общество».
Успеху англичан во многом способствовало благожелательное отношение центральных и местных властей. Когда в июне 1910 года стало известно о готовящихся правительством мерах по ограничению деятельности иностранных компаний на Кубани, местные власти выступили с решительным протестом. В едином порыве слились Екатеринодарский биржевой комитет, Майкопская городская дума, Темрюкская городская управа, администрация войскового наказного атамана казачьих войск и Совет съездов представителей биржевой торговли и сельского хозяйства в Петербурге. Инициатива «федералов» быстро заглохла, тем более с учетом того, что портить отношения с потенциальным союзником в преддверии мировой войны было отнюдь не в интересах российского правительства.
Параллельно развивалось сотрудничество британских и российских нефтедобытчиков. В октябре 1911 года состоялся I съезд кубанских предпринимателей, посвященный проблемам нефтяной индустрии. В его работе с совещательным голосом участвовали представители британских компаний. Решения съезда на практике привели к кооперации усилий русских и англичан.
Всего в Англии для работы на Кубани было создано 66 компаний. Как это нередко бывает, на участках большинства из них «конь не валялся». Буровые работы вели 23 фирмы, добычей нефти занимались девять, а создать полноценную промышленную инфраструктуру смогли только шесть компаний.
В 1911–1912 годах англичане ввели в эксплуатацию два нефтепровода: Ширванская – Екатеринодар и Ширванская – Туапсе. Первый — длиной 104 версты (около 111 километров) с диаметром трубы 8 дюймов — считался основным и принадлежал Майкопской нефтепроводной и транспортной компании. Второй — протяженностью 97 верст (около 103,5 километра) — являлся собственностью «Майкопского анонимного общества транспортирования нефти». Впоследствии обе компании слились в одну. В 1914 году они приобрели право провести еще один нефтепровод в районе станицы Крымской с устройством резервуара и нефтекачки. Таким образом, вся транспортировка майкопской нефти сосредоточилась в руках одной Майкопской нефтепроводной и транспортной компании, входившей в Англо-Майкопскую корпорацию.
Нефтеперерабатывающая промышленность Кубани тогда состояла из Екатеринодарского и Ширванского нефтеперегонных заводов. Ширванский, построенный российской предпринимательницей Селитренниковой, вошел в строй в 1909 году. Вскоре завод Селитренниковой купило английское «Общество Черноморских соединенных нефтяных промыслов». Второй завод принадлежал российскому товариществу «Гукасов и К°», 60% капитала которого были английскими.
Накануне Первой мировой войны вся нефтеперерабатывающая промышленность Кубани была сконцентрирована в «Обществе Майкопских нефтеперегонных заводов» с капиталом в 50 тыс. фунтов стерлингов, входившем в ту же Англо-Майкопскую корпорацию. Производство оборудования для нефтепромыслов тоже было налажено англичанами. Русско-Кубанская промышленная нефтяная компания, получившая лицензию на деятельность в России в 1911 году, быстро построила машиностроительный завод «Кубаноль».
Нефтепроводы и заводы стимулировали добычу нефти. За четыре года, с 1908-го по 1912-й, она увеличилась почти в сто раз — с 1,6 до 152,2 тыс. тонн! Однако в 1913 году произошел резкий двукратный спад добычи — до 78 тыс. тонн.
Одной из главных причин этого спада, как выяснили геологи, было неправильное бурение, не учитывавшее особенностей месторождений в Майкопском районе, имевших форму «рукавообразной залежи», ранее неизвестной геологической науке. Выяснил это великий российский геолог Иван Губкин в 1912–1913 годах. Англичане ему не поверили и продолжали бурить по старым технологиям. Результаты оказывались плачевными.
Подкосила англичан и конкуренция со стороны разработчиков бакинской нефти. Тамошние нефтепромышленники разработали эффективную стратегию подавления английских конкурентов. Для этого крупные бакинские нефтепромышленники учредили акционерное общество «Колхида». «Колхида» скупила в Майкопском районе 90 десятин нефтеносных земель, но разворачивать добычу «черного золота» не собиралась. Целью «Колхиды» был подрыв позиций англичан. Применялись для этого и бурение в заведомо бесперспективных местах, и затопление грунтовыми водами нефтеносных участков, и демпинговая скупка перспективных площадей у мелких предпринимателей… Все это вместе взятое настолько дискредитировало кубанскую нефтедобычу, что наказной атаман даже разрешил казакам разбивать сады и огороды на нефтеносных землях.
Англичане продержались в Майкопском районе до 1919 года. Нефть к тому времени они добывали только на двух участках — осваивать другие не было возможности из-за разбушевавшейся Гражданской войны. А в следующем году нефтяная промышленность Кубани была национализирована советской властью. Ей достались построенные англичанами нефтепроводы, нефтехранилища и перерабатывающие заводы.
http://www.neftevedomosti.ru/press.a
