|
|
Пишет oper_1974 (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} oper_1974)@ 2011-09-01 20:00:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Осведомитель Особого Отдела,служба у немцев,и опять к нам,и никаких проблем.:)Февраль 1943г.
"Ахтырка, Грунь, Опошня. Я хорошо помнил эти места и людей... Андреев, Зотин, Медиков. В начале октября 1941 года мы шли в толпе голодных усталых окруженцев по ничейной земле. Питались плодами диких яблонь и груш да лесными орехами в прибрежных лесах по Ворскле.
Пришли в Грунь. Холодно, сыро, деревья роняют листья. На сельской площади пылает костер, рядом кабанья туша, разделанная наполовину. 10-12 небритых оборванцев хлопочут у огня. Наш брат - окруженцы.
Мои спутники обрадовались. То-то обогреемся, и пища готова. Но поднялась женщина и указала на дорогу: "Проваливайте!". Не нашлось нам места у чужого костра. Меликов едва не плакал от обиды.
+++
И вот снова Грунь, в снегу, зимняя. Сельская площадь не изменилась. На том же месте - два деревянных амбара с худой крышей, длинный забор, хаты.
4-я батарея остановилась. Люди прыгали на землю. Нужно рассредоточиться. "Мессершмитты" рыскают непрерывно, одна пара улетела, явилась другая. 1-е орудие вкатило во двор - тягач радиатором на выход, 2-е - под стеной амбара, там же 3-е и дальше - 4-е. Мой автомобиль остался на месте, под деревьями, в кронах еще держался утренний иней.
- Воздух!
"Юнкерсы"! Взревели двигатели, воют сирены. Землю сотрясают разрывы бомб.
В Груне - видно с бугра - машины штаба полка, 3-я, 5-я батареи, танк, какие-то повозки. Два десятка пикирующих бомбардировщиков и "мессершмитты" - их три пары - израсходовали бомбы, носятся над хатами и посылают одну очередь за другой бортовых пушек и пулеметов. Был ранен телефонист Слепцов, заряжающий 2-го орудия старший сержант Серебряков, переведенный из 5-й батареи.
Я наблюдал за бомбежкой со своего сидения в "хорьхе". Костыренко, Изместьев, Плюхин и радист убежали по команде "В укрытие!". В автомобиле остался только водитель - рядовой Кулешов Д. С., чего прежде он не делал. Вдруг он заволновался: "Товарищ старший лейтенант, разрешите выйти?".
Кулешов дернул дверцу - и в сторону от "хорька". Дребезжат целлулоидные стекла, в кабину хлынула влага, пар."Мессершмитт" стремительно падал, сверкала огненная струя. Кулешов будто присел, выпрямился и упал навзничь. Лед вокруг окрасился кровью. Погиб Кулешов.
Кулешову было лет 30-35, водил "хорьх", великолепный шофер, в 4-ю батарею попал путем довольно необычным. Месяц назад, 24-го января неподалеку от Касторного, в колонне пленных немцев - она двигалась навстречу 4-й батарее - мой ординарец ефрейтор Костыренко заметил знакомое лицо.
Ну... не может быть, ему показалось, в замерзшем стекле... Костыренко открыл дверцу, выкрикнул фамилию. Я остановил батарею. Неужели это Буриков, ефрейтор, каптенармус 2-й батареи? Бурикову часто доставалось от непосредственного начальника, старшины Каплуна, за то, что выдавал сверх положенной нормы рюмку водки замполиту батареи Ивану Петровичу Пономаренко. Старшина безошибочно определял падение уровня жидкости в бидоне. Но ведь и замполит для каптенармуса начальник. Старшина Каплун не желал считаться с уставами, когда речь шла о продовольственных ресурсах.
Вуриков подошел к машине. Разговорились. Лето прошлого года. Южнее г. Тим 28-го июня немцы прорвали оборону на участке 160-й СД. 595-й ИПТАП РГК, вместе с частями 6-й СД, в районе Старого Оскола попал в окружение. Непрерывные бомбежки, неразбериха, нехватка горючего. На рассвете 1-го июля в селе Казачьем 595-й ИПТАП, стоявший в колонне, внезапно атаковали танки, укрывшиеся еще с вечера во дворах.
Командир полка майор Купин И. В. в последнюю минуту приказал мне привести ближайшую 2-ю батарею "К бою" и прикрыть колонну. Подлинный героизм, проявленный личным составом огневых взводов, не мог предотвратить трагический исход нападения. Произвело три выстрела в упор только орудие старшего сержанта Семина Н. В. Погиб расчет под гусеницами танка, погибла 2-я батарея. Каптенармус, ефрейтор Буриков, в числе уцелевших, был взят в плен.
Ходили слухи, будто немцы в 1942-м году принуждали пленных артиллеристов к службе во вспомогательных и тыловых подразделениях. Буриков, спустя три недели после пленения, оказался на фронте, в зенитном дивизионе, который занял ОП в районе деревни Шилово, на западном берегу реки Воронеж в секторе 4-й батареи. В середине июля 1942 г. на участке Шилово наши части пытались форсировать реку Воронеж. Как только появлялись в воздухе ИЛы. зенитчики открывали огонь. Много раз 4-я батарея обстреливала их позиции.
По словам Бурикова, он знал, что 595-й ИПТАП на противоположном берегу реки. Откуда? Ему сообщили пленные пехотинцы из 206-й СД, когда вели их мимо позиций зенитчиков. В одном из огневых налетов Буриков был ранен осколком снаряда. Мысль вернуться к своим пришлось отставить.
Возле автомобиля толпятся орудийные номера. Буриков сбросил шинель немецкого зенитчика, оделся в свою. Но прежде чем сесть в кузов тягача, он обратился с просьбой взять еще одного пленного - Кулешова, за которого он - Буриков - готов поручиться.
Прошел день, другой. Ко мне на НП явился уполномоченный контрразведки полка Юрий Иванович Ласейчук. Я изложил дело Бурикова и ситуацию, хорошо уполномоченному известную. Обещанный прорыв с севера на Касторное ударной группировки войск 38-й армии не состоялся. Немцы, отступающие из района Воронежа, завладели снова Горшечным. В результате этого части 4-го ТК и 595-го ИПТАП оказались в окружении. До проверок ли тут? В 4-й батарее в орудийных расчетах по четыре человека, пять трофейных автомобилей. Батарейный механик сержант Божок не знаком с немецкой техникой. В течение 2-х недель я вынужден водить автомобиль. На марше - куда ни шло, а в боевых порядках? Кулешов - специалист. А Буриков - свой, я не верю, что он изменник, у пленного нет собственного мнения. Уполномоченный должен согласиться с этим. Бурикова заставляли силой стрелять по своим.
"Да, свой, - подтвердил Юрий Иванович и оглядел стоявших поодаль Бурикова и Кулешова, - правильно, не отправляйте, пусть штаб не горячится. Выберемся из окружения, я скажу командиру полка, а вы напишите рапорт".
С Юрием Ивановичем Ласейчуком у меня сложились дружеские отношения с первых дней службы в полку. Он храбрый и мужественный человек, интересы службы всегда ставил выше всех других. Впрочем, немаловажную роль сыграло и то, что Ласейчук узнал Бурикова, тот был в дни службы во 2-й батарее его негласным сотрудником.
Вскоре Ю. И. Ласейчук - я расскажу еще о нем - ушел на высшую должность. Его сменил новый уполномоченный. Приутихли сражения. Войска перешли к обороне.
В двадцатых числах марта 1943-го года пополненный 595-й ИПТАП занял ОП на Северском Донце на участке Печенеги - Мартовая. Новый уполномоченный донимал Бурикова допросами. Почему Буриков стрелял по своим? Не уклонялся и не агитировал других пленных? Под Воронежем кто именно, при каких обстоятельствах передавал Бурикову сведения о 595-м ИПТАП? И так далее.
Буриков жаловался. Я сообщил о Бурикове командиру 16-й ОИПТАБр полковнику Купину, он переговорил с начальником штаба артиллерии 40-й армии полковником Блохиным. Буриков был переведен в 1850-й ИПТАП 16-й ОИПТАБр РГК.
Позже в должности заместителя командира 1850-го ИПТАП я осматривал как-то полковые тылы. Нашел там Бурикова в должности писаря автомобильной службы. Он выглядел больным. Подполковник Карманов, начальник службы, направил Бурикова в санчасть, оттуда он попал в госпиталь и скончался там от туберкулеза легких, как мне говорили, когда я после ранения вернулся в полк. Родом Буриков откуда-то с севера, чуть ли ни из Вологды." - из воспоминаний ст.лейтенанта, командира 4-й батареи 595-го ИПТАПа РГК В.С.Петрова.
1-5:офицеры 595-го ИПТАП.
"Ахтырка, Грунь, Опошня. Я хорошо помнил эти места и людей... Андреев, Зотин, Медиков. В начале октября 1941 года мы шли в толпе голодных усталых окруженцев по ничейной земле. Питались плодами диких яблонь и груш да лесными орехами в прибрежных лесах по Ворскле.
Пришли в Грунь. Холодно, сыро, деревья роняют листья. На сельской площади пылает костер, рядом кабанья туша, разделанная наполовину. 10-12 небритых оборванцев хлопочут у огня. Наш брат - окруженцы.
Мои спутники обрадовались. То-то обогреемся, и пища готова. Но поднялась женщина и указала на дорогу: "Проваливайте!". Не нашлось нам места у чужого костра. Меликов едва не плакал от обиды.
+++
И вот снова Грунь, в снегу, зимняя. Сельская площадь не изменилась. На том же месте - два деревянных амбара с худой крышей, длинный забор, хаты.
4-я батарея остановилась. Люди прыгали на землю. Нужно рассредоточиться. "Мессершмитты" рыскают непрерывно, одна пара улетела, явилась другая. 1-е орудие вкатило во двор - тягач радиатором на выход, 2-е - под стеной амбара, там же 3-е и дальше - 4-е. Мой автомобиль остался на месте, под деревьями, в кронах еще держался утренний иней.
- Воздух!
"Юнкерсы"! Взревели двигатели, воют сирены. Землю сотрясают разрывы бомб.
В Груне - видно с бугра - машины штаба полка, 3-я, 5-я батареи, танк, какие-то повозки. Два десятка пикирующих бомбардировщиков и "мессершмитты" - их три пары - израсходовали бомбы, носятся над хатами и посылают одну очередь за другой бортовых пушек и пулеметов. Был ранен телефонист Слепцов, заряжающий 2-го орудия старший сержант Серебряков, переведенный из 5-й батареи.
Я наблюдал за бомбежкой со своего сидения в "хорьхе". Костыренко, Изместьев, Плюхин и радист убежали по команде "В укрытие!". В автомобиле остался только водитель - рядовой Кулешов Д. С., чего прежде он не делал. Вдруг он заволновался: "Товарищ старший лейтенант, разрешите выйти?".
Кулешов дернул дверцу - и в сторону от "хорька". Дребезжат целлулоидные стекла, в кабину хлынула влага, пар."Мессершмитт" стремительно падал, сверкала огненная струя. Кулешов будто присел, выпрямился и упал навзничь. Лед вокруг окрасился кровью. Погиб Кулешов.
Кулешову было лет 30-35, водил "хорьх", великолепный шофер, в 4-ю батарею попал путем довольно необычным. Месяц назад, 24-го января неподалеку от Касторного, в колонне пленных немцев - она двигалась навстречу 4-й батарее - мой ординарец ефрейтор Костыренко заметил знакомое лицо.
Ну... не может быть, ему показалось, в замерзшем стекле... Костыренко открыл дверцу, выкрикнул фамилию. Я остановил батарею. Неужели это Буриков, ефрейтор, каптенармус 2-й батареи? Бурикову часто доставалось от непосредственного начальника, старшины Каплуна, за то, что выдавал сверх положенной нормы рюмку водки замполиту батареи Ивану Петровичу Пономаренко. Старшина безошибочно определял падение уровня жидкости в бидоне. Но ведь и замполит для каптенармуса начальник. Старшина Каплун не желал считаться с уставами, когда речь шла о продовольственных ресурсах.
Вуриков подошел к машине. Разговорились. Лето прошлого года. Южнее г. Тим 28-го июня немцы прорвали оборону на участке 160-й СД. 595-й ИПТАП РГК, вместе с частями 6-й СД, в районе Старого Оскола попал в окружение. Непрерывные бомбежки, неразбериха, нехватка горючего. На рассвете 1-го июля в селе Казачьем 595-й ИПТАП, стоявший в колонне, внезапно атаковали танки, укрывшиеся еще с вечера во дворах.
Командир полка майор Купин И. В. в последнюю минуту приказал мне привести ближайшую 2-ю батарею "К бою" и прикрыть колонну. Подлинный героизм, проявленный личным составом огневых взводов, не мог предотвратить трагический исход нападения. Произвело три выстрела в упор только орудие старшего сержанта Семина Н. В. Погиб расчет под гусеницами танка, погибла 2-я батарея. Каптенармус, ефрейтор Буриков, в числе уцелевших, был взят в плен.
Ходили слухи, будто немцы в 1942-м году принуждали пленных артиллеристов к службе во вспомогательных и тыловых подразделениях. Буриков, спустя три недели после пленения, оказался на фронте, в зенитном дивизионе, который занял ОП в районе деревни Шилово, на западном берегу реки Воронеж в секторе 4-й батареи. В середине июля 1942 г. на участке Шилово наши части пытались форсировать реку Воронеж. Как только появлялись в воздухе ИЛы. зенитчики открывали огонь. Много раз 4-я батарея обстреливала их позиции.
По словам Бурикова, он знал, что 595-й ИПТАП на противоположном берегу реки. Откуда? Ему сообщили пленные пехотинцы из 206-й СД, когда вели их мимо позиций зенитчиков. В одном из огневых налетов Буриков был ранен осколком снаряда. Мысль вернуться к своим пришлось отставить.
Возле автомобиля толпятся орудийные номера. Буриков сбросил шинель немецкого зенитчика, оделся в свою. Но прежде чем сесть в кузов тягача, он обратился с просьбой взять еще одного пленного - Кулешова, за которого он - Буриков - готов поручиться.
Прошел день, другой. Ко мне на НП явился уполномоченный контрразведки полка Юрий Иванович Ласейчук. Я изложил дело Бурикова и ситуацию, хорошо уполномоченному известную. Обещанный прорыв с севера на Касторное ударной группировки войск 38-й армии не состоялся. Немцы, отступающие из района Воронежа, завладели снова Горшечным. В результате этого части 4-го ТК и 595-го ИПТАП оказались в окружении. До проверок ли тут? В 4-й батарее в орудийных расчетах по четыре человека, пять трофейных автомобилей. Батарейный механик сержант Божок не знаком с немецкой техникой. В течение 2-х недель я вынужден водить автомобиль. На марше - куда ни шло, а в боевых порядках? Кулешов - специалист. А Буриков - свой, я не верю, что он изменник, у пленного нет собственного мнения. Уполномоченный должен согласиться с этим. Бурикова заставляли силой стрелять по своим.
"Да, свой, - подтвердил Юрий Иванович и оглядел стоявших поодаль Бурикова и Кулешова, - правильно, не отправляйте, пусть штаб не горячится. Выберемся из окружения, я скажу командиру полка, а вы напишите рапорт".
С Юрием Ивановичем Ласейчуком у меня сложились дружеские отношения с первых дней службы в полку. Он храбрый и мужественный человек, интересы службы всегда ставил выше всех других. Впрочем, немаловажную роль сыграло и то, что Ласейчук узнал Бурикова, тот был в дни службы во 2-й батарее его негласным сотрудником.
Вскоре Ю. И. Ласейчук - я расскажу еще о нем - ушел на высшую должность. Его сменил новый уполномоченный. Приутихли сражения. Войска перешли к обороне.
В двадцатых числах марта 1943-го года пополненный 595-й ИПТАП занял ОП на Северском Донце на участке Печенеги - Мартовая. Новый уполномоченный донимал Бурикова допросами. Почему Буриков стрелял по своим? Не уклонялся и не агитировал других пленных? Под Воронежем кто именно, при каких обстоятельствах передавал Бурикову сведения о 595-м ИПТАП? И так далее.
Буриков жаловался. Я сообщил о Бурикове командиру 16-й ОИПТАБр полковнику Купину, он переговорил с начальником штаба артиллерии 40-й армии полковником Блохиным. Буриков был переведен в 1850-й ИПТАП 16-й ОИПТАБр РГК.
Позже в должности заместителя командира 1850-го ИПТАП я осматривал как-то полковые тылы. Нашел там Бурикова в должности писаря автомобильной службы. Он выглядел больным. Подполковник Карманов, начальник службы, направил Бурикова в санчасть, оттуда он попал в госпиталь и скончался там от туберкулеза легких, как мне говорили, когда я после ранения вернулся в полк. Родом Буриков откуда-то с севера, чуть ли ни из Вологды." - из воспоминаний ст.лейтенанта, командира 4-й батареи 595-го ИПТАПа РГК В.С.Петрова.
1-5:офицеры 595-го ИПТАП.
