| [ |
mood |
| |
чашка чая после сна и туалета |
] |
| [ |
music |
| |
приятное сопение в супружеской кровати |
] |
Наблюдая стремительно разрущающегося Битова
Или Борю Бергера, идущего по жизни без подстраховки,
Думая о стареющих родителях,
Заказывая некрологи (Гаспаров, Топоров, Мелитинский) в газету
Я вдруг отчетливо вижу как пройдет моя жизнь.
Не считая бомжей и новостей в новостях,
в ленте друзей и по дружескому телефону
мы переживем несколько очень трагических смертей,
и только пару красивых уходов - как праведники уходят.
Так ушла моя бабушка - сходила в туалет (очистилась), легла спать и не проснулась.
Так ушла другая моя бабушка - впав в беспамятство, чтобы нам не было больно.
Жизнь мерится смертью, чужими смертями и, потом, твоей смертью.
И ещё жизнь мерится любовью, твоими любовями и людьми, которых ты любишь.
Однако, любви всегда меньше, чем смерти. Потому что любишь ты меньше, чем умирают.
Ещё случится несколько внеплановых потрясений,
и парочка плановых эстетических впечатлений, по два, по три на каждый год,
ещё будет несколько ужасных високосных годов с катастрофами, которые опалят, но не коснутся.
Ещё будет несколько событий, радикально поменяющих наше представление и мире
и о нас самих в этом мире.
И мы все будем говорить: "ну надо же, ну надо же..."
И бежать в магазин за продуктами и мыть посуду после продуктов.
Кто-то прославится, кто-то опаскудится, кто-то прославится и опоскудится,
Кого-то забудут.
Кого-то забудут, кто-то исчезнет, потом его вспомнят, потом снова забудут, потом он появится с ребенком на руках или новой книгой.
И мы будем говорить: "Ну, надо же, новый Гоголь явился, новый Гришковец или новый Шабуров..."
А кто-то будет всё время рядом и всё время на виду, вот как сейчас, или рядом, но в тени, или вовсе не рядом,
но ты думаешь о нём или вот я думаю о ней, или не думаю,
но в моих снах и мечтах она становится ближе.
И нам начинает казаться, что мы её (или его) понимаем.
Будет несколько красивых историй и несколько красивых романов, которые кончатся разрывами.
Будет несколько возвращений из эмиграции и похорон культовых персонажей, после которых культ их пойдет на убыль.
Или, напротив, станет предметом культа, не знаю, какая разница.
Мы будем чаще бывать на кладбищах и узнаем столицу с этой стороны, тьфу-тьфу-тьфу, чтобы дольше не.
Не потому что чьи-то фанаты, а потому время пришло собирать червивые камни.
Первый раз - в качестве исключения, почти из любопытства, потеряешь невинность, а потом как прорвёт...
Ловлю себя на том, что в последнее время я всё чаще думаю о смерти.
Представляю все эти инсульты и все эти инфаркты, что не божья кара, а неправильный образ жизни,
который уже не изменишь,
Представляшь лежащего в коме, кропотливый уход, неторопливое послушанье,
Думаешь про чужие уходы, так как страшно про свой, да и не знаешь про свой ничего.
Вот и думаешь про то, что случится с другими, пока что с другими. Потому что с другими
Я проснулся, включил комп, Лена в аське напоминает, что бывшей жене сегодня исполняется ну неважно сколько.
Ей самой, моей Лене, моей младшей, исполняется тридцать, а мне 37. Семаджик мигает, что у Генки сегодня тоже сколько-то там.
Буду считать, что пишу поздравление, что ли.
Когда я думаю о своей жизни, я думаю об этом перемещении из Ростикса в Ростикс, о комплексных обедах за пластиковыми столами,
О противно скрипящих по фальшивому мрамору стульях, о салфетках, которых бросают на поднос целую пачку, потому что не жалко.
Целая пачка салфеток! А еще зубочистка и одноразовый стаканчик. А если подумать о курице, в которую ты вонзаешься стареющими зубами?!
Будет ещё много Ростиксов, очень много компромиссных перекусов на бегу, съел - и порядок, заправился и побежал дальше,
Будет ещё много долгих печальных вечеров перед телевизором с отключенным телефоном,
Будет много задумчивых прогулок по осенней Усиевича, когда в голову не приходит ни одной мысли,
Будут беглые вылазки на море, в музеи, домой в Челябинск, свои и чужие тексты, новые соседи, старые страхи...
Будет несколько громких убийств, незаметных уходов, которых никто не заметит,
Будет пара триумфов и масса полезных мелочей, прибрахлённых в квартиру.
Будет новая квартира. Ох, будет ли? Надеюсь, что будет.
Будет дом и плита. Я хочу, чтоб плиту.
Даже если сожгут.
А я хочу, чтобы сожгли и развеяли.
А как же плита?
А как же надпись "Не очень-то и хотелось?"
Не знаю, пока не решил, не придумал.
У меня еще будет время придумать.
У меня еще будет время решить.
У меня ещё есть время, у меня время есть, то есть, завтракать, потом мыть посуду.
И переходить, блаженно щурясь, к водным процедурам,
намыливая голову мятным шампунем
и
вспоминая о стремительно разрушающемся Битове
или Бергере, идущем по жизни без подстраховки...
|