| Константин Коровин "Живопись. Театр" |
[30 Mar 2012|12:33am] |
«Красный гаолян» на Яндекс.Фотках
На афишу выставки пошла девушка с красным фонарём, которую вывесили совсем у входа в первом же выставочном помещении, вместе с другими знакомыми эмблематическими картинами Коровина («Хористка», «Северная идиллия», незадачливый рыбак и прочие практически жанровые сценки с неизбывным передвижническим прононсом), а всех входящих встречает и вовсе классический портрет Коровина работы Серова.
На этом обычные сюжеты, связанные с именем Коровина оказываются практически исчерпанными.
Ну, да, да, есть ведь ещё и стереотипный статус (звание, ярлык) «первого русского импрессиониста», развитие которого и начинаешь искать уже в первых работах и с которым начинаешь разбираться в самую первую очередь (выставки ведь для людей, обладающих общим набором знаний делаются, а дальше, бороться с этими самыми стереотипами или подчёркивать их - зависит от выбора экспозиционной стратегии).
И вот что важно – принципиально стилистика Коровина не особенно изменилась.
За исключением, может быть, пары-другой, совсем уже саврасовских работ, густая, пастозная разлапистая живопись насыщенных и отнюдь не светлых тонов, была присуща Коровину с самого начала.
Где-то в самом начале мелькнет парижский пейзаж с солнцем-монеткой, сделанным точно так же, как в знаменитой картине Моне про впечатление (той самой, что дала название всему направлению, а ныне висит в Мормоттане), затем в середине экспозиции возникает ряд особенно хаотично блестящих мазками видов Больших бульваров, которые, впрочем, выглядят точно такими же простужено потемневшими, как и виды русского Севера.
Сюда Коровин неоднократно ездил вместе с Саввой Мамонтовым, мечтавшим проложить железную дорогу от Архангельска и дальше, так что его пейзажи с едва ли не материализованным густым (наваристым) воздухом выглядят иллюстрацией к книгам путевых очерков Михаила Пришвина.
Северная русская природа возникает на ретроспективе неоднократно, прослаивает её с гораздо большим значением и выхлопом, нежели реакции на западные веяния, отчасти импрессионистические, отчасти экспрессионистские, но не совпадающие ни с одной из общепринятых искусствоведческих классификаций, и, наконец, достигает пика в декоративно-монументальных панно, сделанных для ярмарки в Нижнем Новгороде, а, затем, долго висевших на Ярославском вокзале.
Художественное решение выставки, выстроенное длинными, сплошными коридорами без просветов, как раз и работает на эту идею неимпрессионистичности Коровина; тогда как общепринятые французские образцы экстравертны и как бы стремятся к сухости и лёгкости, коровинский стиль кремовых розочек с торта, напротив, землист и влажен, то есть, ощутимо тяжёл и почти всегда, вещь-в-себе, интровертен.
Если французское масло стремится к прозрачности акварели, но коровинское масло – к непрозрачности и непроницаемости гуаши.
( дамский угодник )
|
|