Крокодил
Немногие посвящены в страшную тайну. Дело в том, что российская литература мистически связана с крокодилами. Любопытно, что до революции образ Крокодила трактовался в русской литературе сугубо негативно. Вспомним, например, бессмертные творения Чуковского, где «яростного гада» изгоняли из Петрограда – «пусть едет к свои крокодильчикам». Однако со временем от отрицания крокодильства мы естественным образом перешли к культу источника чемоданной кожи.
Ибо предсказанный Чуковским бунт зверей состоялся, а вот Вани Васильчикова на них не нашлось. И уже в произведениях Эдуарда Успенского крокодил – сугубо положительное животное. Если у Чуковского он жрет людей, то у Успенского он совершенно перевоспитывается и даже дружит со странным зверем по фамилии Чебурашка.
Разве возведение крокодилом «домика для друзей» не отражает в полной мере идею социалистического строительства? Да и попытки отбиться от наседающей на них старомодной старухи Шапокляк более чем показательны. Последняя олицетворяет старый мир, его самые гнусные пережитки. Недаром Успенский придал старухе Шапокляк черты великой Астрид Линдгрен, проживавшей, как известно, в недружественной Советскому Союзу буржуазной Швеции.
Итак, крокодил – это центр русского литературного процесса в двадцатом веке. Вся история России начиная с 1917 года посвящена перевоспитанию крокодила, превращению его из злобного врага в удобный предмет домашнего обихода. Отдельные ксенофобы, эдакие «Вани Васильчиковы», еще в 1915 году кричали «смерть».
Но прогрессивная общественность сначала не позволила, а потом не допустила. Да, крокодил жрал всех подряд. Съел солнце. Но далее восторжествовал прогресс. Под надзором интеллигенции в лице доктора Айболита стал кушать исключительно нехороших людей и, наконец, стал подлинным вегетарианцем. Это произошло потому, что все самое вкусное было уже съедено, а на старуху Шапокляк не покусился бы даже голодный осьминог.
И, наконец, чрево крокодила стало плодоносить. Именно из одноименного журнала явился миру божественный Эдуард Успенский. Кто он, как не переваренный и вразумленный Бармалей?
Таким образом, крокодил не просто осуществился в реальности благодаря усилиям отдельных литераторов, но и сам стал источником целого направления в литературе.