|
|
Пишет petrowsky (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} petrowsky)@ 2009-06-17 19:39:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Наверное, каждому от природы достался свой, особенный дар, о котором догадывается мало кто из окружающих. Кто-то умеет молниеносно перемножать в уме четырехзначные числа, кто-то - вязать языком морские узлы на черенке вишни... У меня тоже есть дар, впечатляющий и бессмысленный, непредсказуемый и независящий от моей воли:
в любое время дня и ночи, на любом участке суши - я притягиваю к себе самых невероятных фриков.
Возможно, когда-нибудь я напишу обо всех них - безумных и потерянных, пытающихся донести до мира свою горькую, абсурдную и непостижимую правду. Они пройдут перед глазами читателя неровным сумрачным строем - несущие на плечах всю скорбь мироздания, тяготимые абстинентным синдромом и сексуальными перверзиями, отчаявшиеся постичь бездонность прошлого и нереальность будущего.
Я постараюсь найти пару добрых слов для каждого.
Для рецидивиста по кличке Зуек, с которым я допивал чекушку водки на тонущей в февральской слякоти станции Карань. Его кожа напоминала на обрывки старых газет, и он притащил с собой незнакомого пьянчужку-олигофрена, найденного на обочине дороги. Грабитель и убийца, проведший большую часть жизни на зоне, Зуек называл меня братом, признавался в любви и путанно говорил о том, что наконец-то появилась молодежь, из которой будет толк.
Для бродяжки с испитым лицом, которая, с трудом держась за поручень, стояла возле меня в полупустом вагоне донецкого трамвая №8. "Я же была дипломаткой... Дипломаткой, да, - бормотала она сквозь слезы. - Все просрала, все. Дипломатка ебаная!.."
Для всклокоченного старичка-эмигранта, которого жирная продавщица выталкивала из русского магазине в Бруклине. "Молодой человек, - кричал мне он - не бойтесь их! Фотографируйте все, берите все. Здесь все можно - это фри кантри!"
Для широкоплечего охранника-гомосексуалиста по имени Юра, который рассказывал мне о кошмаре, еженощно творящемся на железнодорожном вокзале Днепропетровска. "Тут опасно, тут бывает столько крови... Может, все-таки, пойдем ко мне? - смущенно говорил он и делал минутную паузу, обдумывая следующую фразу. - Выпьем вина, у меня безопасней... А ты знаешь, я когда-то был связан с шоу-бизнесом... Автопарк Верховной Рады... Там со мной работал стилист..."
...Если я когда-нибудь вспомню всех и найду силы написать о них - получится не роман и не повесть. Нет, это будет маленький музей человеческой инаковости, галерея бродяг, затерявшихся в непроходимых джунглях сансары.
А пока - я просто с благодарностью принимаю каждую нежелаемую встречу, каждое прикосновение к источнику разнообразия образов и судеб.
...Вчера ночью, гуляя с другом Даниилом по проселочной дороге на южной границе города, я был вовсе не удивлен, встретив двух взволнованных женщин неопределенного возраста. Одна из них имела весьма пышные формы и пахла алкоголем. Вторая отличалась от первой лишь тем, что была без штанов и босиком. Обычное дело, две работницы главного склада некоего донецкого предприятия отдыхали у прохладных вод местного ставка. И к концу вечера трудного дня растеряли своих кавалеров, детали гардероба и остатки солидности, присущей честным женам и матерям. А теперь умоляют посланных им Провидением приличных молодых людей провести их - сквозь угрожающе темный лес - к месту обитания людей, - туда, откуда можно вызвать такси.
Женщину без штанов звали Светой (брюки вскоре нашлись в кустах на берегу - но надевать их Света, по лишь ей ведомым мотивам, так и не стала). Ее подруга по несчастью назвалась Ирой. Ира беспрестанно жаловалась на больное сердце и ругалась со Светой, которая то и дело останавливалась, порываясь набрать номер какой-то общей подруги. Во время одной из таких сцен я присел на дорогу. Ира наклонилась ко мне и быстро всунула в руку мятую бумажку. Я пытался вернуть купюру - как автостопщику, мне чужда идея о необходимости платить тому, кто добровольно разделил часть твоей дороги, - но моя попутчица не взяла деньги назад.
Когда мы вышли к свету и, наконец, распрощались - я выяснил, что в руке у меня сто гривен. Серьезные деньги для пятисот метров, пройденных по июньскому лесу - но получать и тратить их было как-то неловко. Я подумал: если бы эта сотка была у меня три часа назад - я бы купил бутылку "Старого Кахети" и предложил выпить за знакомство олдовому рокеру, которого встретил в посадке возле своего дома. Его седой хаер был завязан в хвост, рядом бегала маленькая остроносая собачка, а в динамике телефона играл Hotel California...
