Михаил Лаптев
* * *
Ядро утра шершаво и сердито,
и оси космоса качаются во мгле.
Красавица, младая дочь бандита
спит параллельным сном в березовом стволе.
О чечевице, о, о чечевице
она мечтает в беспокойных снах.
Ее мутит, ей хочется напиться.
О, губ иссохших прелесть!.. И монах
к дуплу приносит ледяную воду,
заплаканную, как бедро свободы,
и пьет ее она до ломоты в зубах,
и вместе с солнцем в мир идет неловко,
в мир дня, где у шизов татуировка —
любимый вождь из-под смирительных рубах.
* * *
Я дочь назову Клементиной —
пусть будет она ледяной.
Пусть будет она осетина
угрюмой и верной сестрой.
Я дочь назову Доброгневой —
о, в имени этом — смола!
Пусть будет она словно небо,
пусть будет она весела.
Я дочь назову Иоанной —
о, властный, о, бежевый зов!..
В просторе невнятном, туманном
я вижу лишь дебри и сов.
* * *
Декабрь — словно обморочный месяц,
и вечера — как затяжной прыжок.
И женские сапожки лихо месят
лиловый электрический снежок.
май 1988 г.