on the road
Уехал на север, вернулся с юга. Маршрут: Петербург — Хельсинки — Стокгольм — Йончопинг — Мальмё — Копенгаген — Гедсер — Росток — Берлин — Варшава — Минск — Петербург.

Подвозили:
Шведский полуяппи Ларс.
Шведский плотник, возвращавшийся из Стокгольма после отделочных работ в ресторанчике своих друзей. По вечерам он диджей на мотоцикле; в прошлом году был в Москве на гастролях, но запомнил только огромных секьюрити в темных очках.
Шведский коммивояжер, торговец оборудованием для инвалидов. Раньше работал в негосударственной организации, которая занималась поставками этого оборудования в Петербург.
Три объемные шведские девицы. Посадили нас в крытый кузов джипа и, кажется, поставили рекорд по скорости в окрестностях Линчопинга.
Шведский инженер, занимающийся установкой отопительных систем, которые черпают тепло из земной коры. Приводил многочисленные экономические обоснования, впоследствии расшатанные немецким специалистом по graywater processing (см. ниже).
Шведский рабочий из глубокой северной провинции на раздолбанном «Саабе». В основном улыбался.
Шведская дама, почти не говорившая по-английски. Ездила в соседний город на совет общины. На заднем сиденье — букет роз.
Шведский дальнобойщик с пустой фурой для леса. Рассказывал про условные сигналы, гордо демонстрировал GPS — «Я всегда знаю, где нахожусь!».
Еще один шведский дальнобойщик, коренной араб. 18 лет назад приехал из Багдада. Показывал фотографию дочери в платке, не мог вспомнить, сколько ей лет, ругал Саддама. Часто звонил приятелям и, кажется, тоже ругал Саддама, но по-арабски.
Датская королева бензоколонки. Жаловалась, что в Дании нельзя покупать быстрый автомобиль, потому что иначе все деньги будешь тратить на штрафы («Муж в прошлом году схлопотал десять билетиков!»). Хвалила шведскую образовательную систему — мол, там-то дети не шляются по улицам с баллончиками краски. Врет, шляются.
Датский столяр в вагончике с прицепом. Ездил на север Копенгагена по рабочим делам, а теперь возвращался на юг разговаривать с приятелем за жизнь. Пил кофе с булочкой. «Вот смотрите — ограничение скорости 110, а у меня прицеп, поэтому я должен ехать 80. Далеко я уеду?» — и жал 130.
Датский фермер. Спрашивал, знакомы ли мы с Лениным. Рассказывал, как его польский друг оформлял ресторанчик и нарисовал на стене голого Ленина. Пояснял, что это шутка. Распространял аромат навоза — или это с полей пахло?
И, наконец, немецкий специалист по graywater processing, который ездил из Берлина в Копенгаген чинить неправильно собранный агрегат  — «Надо было сварить, а они привинтили!». Матерый человечеще! Юношей отправился в Западный Берлин, чтобы по семейной традиции закосить армию. Там поступил на социологический факультет. Жил в сквотах. Поскольку нужно было зарабатывать, стал водопроводчиком. Понял, что это интереснее социологии, и университет бросил. Теперь имеет клиентов в Китае и Зимбабве. Детей не имеет — «В мире и так многовато народу».

В Берлине все цветет, и ходят симпатичные девушки всех возрастов и национальностей.

Все поезда в Петербург оказались забиты, поэтому пришлось сесть на автобус за 60 евро.

Мир большой, а жизнь прекрасна.