|
|
Пишет pogan (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} pogan)@ 2004-07-21 17:57:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
ТИХВИН
...В запыленных ботинках, в провонявшем балахоне серого цвета, со спутанными волосами и трехдневной свинообразной щетиной я выполз на яркий солнечный свет из темной вонючей газели, из ада гремящего "Русского шансона". Я прибыл из Тихвина.
Но за четыре дня до этого ...
...я с небольшой спортивной сумкой на ремне бодро шагал вместе с моими товарищами по мощеной булыжником дорожке по направлению к Большому Мужскому Успенскому монастырю в центре притихшего от раскаленной жары Тихвина. Огромное количество милиционеров брезгливо осматривали нас, семерых звонарей из Петербурга, и отворачивались к своим непрерывно трещащим рациям.
Немного исторической справки:
ссылка на небольшую статью, для любознательных
Великий день для Тихвина, для всего Северо-Запада, для всей России и, возможно, для всего мира. 9 июня Тихвинскую икону Божией Матери должны доставить на вокзал города Тихвин, препроводить с шумным крестным ходом до самого монастыря, там установить ее на помост, отслужить молебен и подписать акт передачи иконы на вечное хранение в монастыре. Мы должны обзванивать все это. Икона должна быть встречена под колокольный звон, проведена под звон до монастыря, там эстафету звонов мы должны передать большой звоннице монастыря. Кроме того, в мероприятии будет учавствовать фактически все главное духовенство страны -- Патриарх Алексий II, Митрополит Петербургский и Ладожский Владимир, о. Константин, многие настоятели крупных и не очень храмов и тому подобное. Со стороны светского общества ожидался г-н Путин.
Я плохо разбираюсь в политике, кто там и что там, но мероприятие обещало быть по-настоящему грандиозным. К тому же большая редкость -- чтобы вызвали из Петербурга целую толпу звонарей. Кроме того, присутствовали три звонаря из Московского Кремля -- г-н Коновалов со своей группой, так же присутствовали два звонаря из Курска, один из Минска, один из Мариинского театра. Обычно такое количество звонарей необходимо во время проведения фестивалей, конкурсов и прочая, прочая, но чтобы для озвучивания мероприятия.... Все обещало быть супер масштабным.
Началось все с того, что нас не пустили в монастырь. Точнее, пустили, но сразу попросили уйти восвояси. Объяснили это тем, что к работе приступают взрывотехники -- они будут осматривать каждый миллиметр монастрыя в поисках ужасной бомбы.
Выгнали не только нас, маляров, уборщиц, журналистов, но и всю братию во главе с игуменом. Как после нам рассказывал послушник Антониево-Думского монастыря, менты с собаками прочесывали все кельи, проверяли все шкафчики и все опечатывали. Однако мы лишь наблюдали спор трудников монастыря с милиционерами, рядом с решеткой у входа.
Затем выяснилось, что нам дали не те пропуска, потом выяснилось, что даже самые крутые пропуска не действительны... Вызвали какого-то главного милиционера, долго дискутировали... Я даже не мог представить себе, что на самом деле это трехчасовое стояние у ограды рядом с воротами монастыря лишь начало настоящего столпнического подвига. Однако тогда мне представлялось это лишь какой-то унылой шуткой.
Ночью над Тихвином, примерно в час ночи, раздался громогласный рев Большого Успенского колокола. Это мы, наконец, проникли на звонницу, поднялись на крышу и привязали все веревки. Ансамбль из Москвы отрепетировал небольшой звон. Играли втроем -- Коновалов на зазвонных (маленьких) колокольчиках, а его ребята на средних и на басах. Одному человеку там не управиться -- каждый колокол (весьма внушительного размера) висит в своем собственном проеме, в некоторых проемах висят два колокола. Поэтому человек становится напротив проема и берет два или больше колоколов -- в зависимости от физической возможности. Всего колоколов на Успенской звоннице 14 -- два баса, пять средних, три подзвонных, четыре зазвонных. На всю репетицию (включая подвязывание канатиков к перилам ограды) ушло около сорка минут. После чего все звонари, усталые, довольные и перепачканные мелом, обтертые о мелованные кирпичные стены, спустились с колокольни и пошли по притихшему Тихвину в Центр социальной защиты, где нас уже ждал небольшой ночной ужин и чистые постели в палатах на 4-6 человек.
Утром, после обильнейшего завтрака и горячего душа (с вонючей водой) мы бодро ринулись на баррикады. Мы:
Петров Дмитрий -- бывший звонарь Спасо-Преображенского Собора (около Чернышевской, в Питере), ныне студент эстрадного отделения училища им. Мусоргского, по классу саксофона;
Владимир Кайчук -- старший звонарь Собора во имя Владимирской иконы Божией Матери
Иванов Андрей -- средний звонарь Собора во имя Владимирской иконы Божией Матери
ваш покорный слуга -- младший звонарь Собора во имя Владимирской иконы Божией Матери
Старостенков И. А. -- вице-президент АКИР (Ассоциация колокольного искусства России) по Северо-Западу
Малиновский Александр -- звонарь из г. Минск, устроитель звонниц на заказ.
У ворот монастыря (до него было 10 минут ходу пешком от нашего ночлега) нас уже поджидала команда Коновалов -- московских звонарей. И все мы бодро прошли через оцепление сонной милиции, через металлоискатели, через ругань с милиционерами (они куда-то задевали список с нашими именами), через еще одно оцепление, заграждавшее ход к звоннице, через поиски ключей от звонницы, занявшие около часа, через, через... через... Наконец, мы на крыше.
Эта крыша стала на четыре дня для нас домом родным. Пожалуй, теперь при слове "крыша" у моих коллег будет истеричный приступ икоты, так как ВСЕ ЭТИ ЧЕТЫРЕ ДНЯ мы стояли на крыше, смотрели то вдаль, то вниз, то вверх и ничего не делали. Звонили в основном москвичи, мы же были на подхвате. 9 человек на подхвате у трех, как вам это нравиться? На оцинкованной крыше мы чувствовали себя словно на сковородке. Клянусь, иногда даже пахло жареной курицей -- монастырская трапезная исключалась, шел пост. Два грязных стульчика поочередно испытывали вес наших изрядно вспотевших тел. Весь праздник мы видели именно так -- с глазами, красными от жары, сидя на стульчике на высоте пятого этажа, на раскаленной крыше, окруженные расплавленной серой краской, заляпанные расплавленной бардовой краской деревянных перил. Сухие пайки -- рыба в банке, помидор, огурец, бутылка воды, хлеб, бутик с сыром -- конечно, немного скрашивали это совершенно изматывающее и дичайшее сидение на крыше, но сколько радости испытывали все мы, когда пытка заканчивалась и мы бежали в столовку на обед или на ужин!
Иногда мы спускались с крыши и ходили по газону. Смотрели на все это духовенство, на жадных до иконы паломников. Потом снова забирались на крышу и слушали, как г-н Коновалов играет свой замученный звон.
Нет, у меня нет никаких претензий к Коновалову, Боже упаси! Это великолепный человек, умница, ответственный, и прочее. Мы в отличных отношениях с ним. Видимо, администрация города просто не рассчитала действительную необходимость в звонарях, и прибыло в три раза больше, чем нужно. Я же рассматривал это сидение на крыше в качестве отдыха от сидения за компьютером в офисе -- все-таки сидеть на крыше не так уж плохо! Однако другие звонари просто не знали, куда себя деть.
Владимир и Андрей встречали икону на вокзале звоном на специальной маленькой звоннице. На ней мы обучаем детишек игре на колоколах в нашем Соборе -- небольшая черная рама длиной в 2,5 метра, на опорах, несколько колоколов, самый тяжелый -- 20 с чем-то кило. Звонница была установлена в кузове "Газели", и медленно ехала вместе с почетным кортежем. Ребята, трясясь в открытом кузове, звонили в честь иконы.
Сама же икона прибыла в Тихвин в спецпоезде, состоящем что-то около пяти вагончиков. В этих же вагончиках ехало и все духовенство. Вокзал был оцеплен так, что на 200 метров не было ни одной живой души, кроме милиции. Толпа паломников во главе с иконой и духовенством через весь город прошла к монастырю, где г-н Коновалов встретил икону громоподобным благовестом. Умирающие от жары звонари внимательно следили за узлами канатов, чтобы если вдруг что-то отвалится, перехватить их и продолжить звон руками.
Цитата из эсэмэски, пришедшей на мой мобильник в процессе действа:
"Маратик, я смотрела передачу, хотела увидеть вас там на колокольне, но видела только какого-то толстого мужика в очках!"
Да, толстый мужик -- это г-н Коновалов. Я же спрятался за басовым колоколом и глаз не спускал с трещащей по швам деревянной доски, служащей педалью.
Я, пока читал эту эсэмэску, кушал хрустящий огурец, сидя на корточках под лестницей, ведущей на звонницу. Почему на корточках? Потому что стул был занят.
На второй день ожидался приезд Святейшества и подписание иконы на вечное хранение в монастыре. Святейшество прилетел на вертолете, сопровождаемый двумя вертолетами подержки. В этот же день в толпе молящихся и тусующихся были замечены Розенбаум и Михалков. Очень набожный парнишка, приехавший с нами (не буду показывать пальцами) рассудительно и с нотками гнева в голосе заметил:
"Чегой-то они все в алтарь ломанулись? Безобразие какое-то."
Действительно, в алтаре помимо духовенства тусовались (по-другому и не назовешь) какие-то светские лица. Видимо, богатые и ужасно набожные. Людей в алтаре было так много, что они чуть ли не вываливались за перила ограды -- как служили молебен в таких экстремальных условиях отцы, не ясно. Однако несмотря на такую толкучку, пятнадцать лениво зевающих паломников сидели на стадионе перед монастырем и глядели на шоу посредством огромного телеэкрана. Устроители, видимо, рассчитывали на прибытие огромной толпы со всех концов России, поставили на стадионе супер-мега экран для того, чтобы вся толпа имела возможность поглядеть на процесс передачи Иконы. При этом въезд в город был закрыт, и откуда именно ожидался наплыв людей, также не ясно.
Одиноко как-то вещал экран на весь огромный стадион. Нехорошо вещал.
Отзвонили мы и вприпрыжку помчались с колокольни на обед. Погода нас не подвела -- было жарко и сухо. К сожалению, в Тихвине особенно не погуляешь, это совсем небольшой городок, однако меня не покидало ощущение того, что я вообще в другой стране. Другие люди, другой акцент... Наверняка это мое раскаленное на крыше воображение предательски подводило меня.
Ночью в нашей импровизированной гостиннице начался самый настоящий дебош! Некие "светотехники", соседи, устроили мегапьянку, дебоширили всю ночь, били друг другу морды, угрожали персоналу гостинницы. Однако даже это не помешало нам прекрасно выспаться.
На третий день, сразу после Литургии. мы решили сделать запись звонов, сами. Мы сыграли штук 7-10 звонов, записали все это и пошли гулять по Тихвину. Пока мы записывали их, у меня шевелились волосы на голове, и совсем не из-за ветра, уверяю вас. дело в том, что пока мы отсутствовали на звоннице, телевизионщики из РТР и Культуры решили разместить на ней тарелки для передачи прямого эфира. Вот эти самые тарелки были расположены прямо на уровне голов звонарей. Как мы не старались пригибаться под ними, часть излучения все-таки на нас попала. Зато вечерний концерт Мариинского театра (вечером давали "Град Китеж", на самопальной сцене рядом с монастырским стоячим прудом), вероятно, удался на славу. Мы не были на этом событии. Да и недолюбливаю я г-на Гергиева с его прибамбахами....
После вечерней службы нас повезли на небольшую экскурсию в Антониево-Духовский монастырь, расположенный в 15 км от Тихвина. От этого монастыря остались лишь дичайшие развалины и один-единственный послушник лет этак пятидесяти. Этот самый послушник дружелюбно встретил нашу группку и рассказал удивительные вещи, которые имели место быть на месте монастыря. Очевидно было, что сам послушник относился ко всем этим непонятным вещам с недоверием.
Я не буду пересказывать его повесть, скажу лишь, что недалеку от монастыря расположено небольшое озеро. Рядом с берегом есть камень, который доходит почти до поверхности воды. Именно на этом камне, по легенде, Св. Антоний стоял много дней, надев на голову шапку с гвоздями, весом 8 фунтов. Мощи Антония нашли относительно недавно, году кажись в 1992, и в этот день над местом погребения стояло удивительное яркое сияние. Теперь на подводном камне установлен металлический крест.
Наша любопытная и жадная до чудес группка искупалась в том озере и попрыгала с этого креста. Я же, в качестве собкорра, фоткал наших с берега. Сразу после этого грянул дождик и мы поплелись обратно к машине...
Закончили поездку в Тихвин бурным принятием коньяка и пива в небольшом кафе на открытом воздухе, рядом с автобусной остановкой. Нашу мирную беседу то и дело прерывал вопль сумасшедших плясунов с соседней концертной площадки (светотехники, буянившие ночью, видимо, обслуживали эту сцену). Мы тоже должны были днем работать на этой площадке, Баскову зачем-то приспичили колокола, но, слава те Господи, Басков не приехал. Наверное. Басков решил, что раз Путин не приехал, значит, и мне там делать нечего :).
Кроме несостоявшего Баскова играли Чай вдвоем, Ленинград (!!) и много еще кто. А всю ночь была дискотека. И народу на этом мегасейшене было куда больше, чем в монастыре. Набожные люди говорили, что причина этого кроется в слишком строгой охране. Многим было просто влом пробиваться через тройное оцепление. Многих попросту не пустили. Но что-то мне говорит о то, что причина такой популярности у концерта не только в оцеплениях...
Было сделано около пятисот фотографий всего, что происходило в Тихвине. Пока я смотрел их на цифровике, у меня жутко заболела голова. Такое количество информации оказывается, может быть очень даже болезненным. Возможно, бесконечный блатняк тоже внес лепту в мое ухудшившееся самочувствие. "Прощай мой кореш Коля навсегда-а-а-а...."
Некоторые из фоток я, разумеется, выложу на сайте. Однако пока до этого просто не доходят руки. И ноги.
А икона была хороша. Темный древний лик, скрытый под мощным серебряным окладом, казалось, с укоризной глядел на всю эту суету -- на ментов, на духовенство в черных облачениях, суетливо размахивающих широкими рукавами, на толпу паломников с иконками на грудях, на богатых меценатов, снующих поперек алтаря, на наспех сколоченных из жестяных листов макеты уничтоженных башенок, на набросанный в спешке торф на газоне, ... с укоризной, грустно. Великая древняя икона была заслонена ото всех всей этой срежессированной суматохой. Впрочем, кому надо, тот -- лицезрел.
Немного исторической справки:
ссылка на небольшую статью, для любознательных
Затем выяснилось, что нам дали не те пропуска, потом выяснилось, что даже самые крутые пропуска не действительны... Вызвали какого-то главного милиционера, долго дискутировали... Я даже не мог представить себе, что на самом деле это трехчасовое стояние у ограды рядом с воротами монастыря лишь начало настоящего столпнического подвига. Однако тогда мне представлялось это лишь какой-то унылой шуткой.
Петров Дмитрий -- бывший звонарь Спасо-Преображенского Собора (около Чернышевской, в Питере), ныне студент эстрадного отделения училища им. Мусоргского, по классу саксофона;
Владимир Кайчук -- старший звонарь Собора во имя Владимирской иконы Божией Матери
Иванов Андрей -- средний звонарь Собора во имя Владимирской иконы Божией Матери
ваш покорный слуга -- младший звонарь Собора во имя Владимирской иконы Божией Матери
Старостенков И. А. -- вице-президент АКИР (Ассоциация колокольного искусства России) по Северо-Западу
Малиновский Александр -- звонарь из г. Минск, устроитель звонниц на заказ.
У ворот монастыря (до него было 10 минут ходу пешком от нашего ночлега) нас уже поджидала команда Коновалов -- московских звонарей. И все мы бодро прошли через оцепление сонной милиции, через металлоискатели, через ругань с милиционерами (они куда-то задевали список с нашими именами), через еще одно оцепление, заграждавшее ход к звоннице, через поиски ключей от звонницы, занявшие около часа, через, через... через... Наконец, мы на крыше.
"Маратик, я смотрела передачу, хотела увидеть вас там на колокольне, но видела только какого-то толстого мужика в очках!"
+ + +
Наша любопытная и жадная до чудес группка искупалась в том озере и попрыгала с этого креста. Я же, в качестве собкорра, фоткал наших с берега. Сразу после этого грянул дождик и мы поплелись обратно к машине...
Кроме несостоявшего Баскова играли Чай вдвоем, Ленинград (!!) и много еще кто. А всю ночь была дискотека. И народу на этом мегасейшене было куда больше, чем в монастыре. Набожные люди говорили, что причина этого кроется в слишком строгой охране. Многим было просто влом пробиваться через тройное оцепление. Многих попросту не пустили. Но что-то мне говорит о то, что причина такой популярности у концерта не только в оцеплениях...
Некоторые из фоток я, разумеется, выложу на сайте. Однако пока до этого просто не доходят руки. И ноги.
