Шульгин
Был некий проект, который назывался "Белый камень". Мы записали уже пол-альбома, это был 1989-й год. Там был очень талантливый певец – сейчас я вообще таких не знаю, их нет. Таких вокалистов, с таким уникальным голосом. Он и технически очень сильный певец был, и тембр уникальный. И в какой-то момент его где-то мельком услышала Пугачева, и звонит мне: "Хочу, чтобы ты заехал". Я поехал к ней, она на Тверской жила, приехал, она говорит: "Короче, вот этот парень из "Белого камня" работает сейчас у меня в "Театре Пугачевой". О-па…

Она начала с какого-то такого странного тона, интонации... Как правило, так разговаривают, когда нужно как-то сразу показать свое "я". Я сказал: "Ради Бога, если у вас получится сделать из него хорошего артиста, значит, я за него буду очень рад". Но вот после "Рождественских встреч", это 1989-й год, где он выступил, я так его больше и не видел. То есть, он как-то так и стух там, в театре.

- Как его звали?

- Да это не столь важно сейчас.. Я для себя тогда сказал: "Ну, хорошо, это такой маленький урок, эксперимент . Я уже понял - кто есть кто, какие бывают люди в этом мире «искусства»". Да вся жизнь – это урок. Я понял, кто какими форматами, нравами и принципами руководствуется. Я сказал: "Ну, да, замечательно .Спасибо за урок". Перевернул страницу и пошел дальше.

dni.ru/news/showbiz/2004/10/13/50962.html
- - - - - - - -

Значит появление на рынке уникального голоса попросту кому-то невыгодно было. С этим явлением я немного знаком, знаю еще восемь способов сделать так, чтобы талантливый парень загнулся накорню и только один, чтобы ожил, восстал из пепла