Наступил 1983 год. Меня уже изрядно достала фабрика, безумная любовь к скромной круглолицей ровничнице из соседнего цеха так и не реализовалась, я получил отказ, по девственному изревел несколько подушек и перешел в другую смену. Сверхурочные работы, дополнительна нагрузка была обусловлена тем, что я купил в кредит магнитофон Илеть101 и надо было покупать микрофоны. Месяцем раньше я купил чежскую электрогитару, cрочно нужны были микрофоны. Поэтому и работал на пыльной фабрике по 2 смены.
Между Рыбой и Цоем возникало всё большее наряжение. Алексею не нравилось кое-что, например схема дележа гонораров за концерты. Валовую сумму делили на троих, а играли они вдвоём. Марианна работала в татральной костюмерной и имела доступ к интересным шмоткам, да я вообще Цою она буквально подтирала нос, она вела журнал с его стихами и дажа писала свои, а Цой их даже пел, как в случае с песней "Акробаты над куполом цирка не слышал прибой. Ты за этой стеной, но я не вижу дверей, я хочу быть с тобой". В конце-концов Марьяша победила резонно убедив Цоя, что гитариста нужно поменять, тем более было на кого. Рыба уже познакомил Цоя с Каспаряном, а два lead-гитариста группе явно были не нужны.
Алексей стал чаще бывать у меня, изгнанный из Кино он продолжал сочинять песни,  а мы пытлись их записывать.

Семёнов убивал коров на мясокомбинате
Петрова писарем была в одном военкомате
Пути Господни неисповедимы, но
Так встетитились они в одном кино

Она прельстилась чернотой его ногтей
И крепким кулаком правой руки
Которого панически боялись все быки
Следы ударов очень глубоки

Вот это деловой подход
Пойти купить билет на пароход
Семёнова с Петровым уплывают в даль
Что б там вдали забыть свою печаль

Я к тому времени уже записал свой первый альбом, который назвал "Последним", первая песня в альбоме была про Гребенщикова.

Мой мозг музыкально засрат
Я не пойму, где плагиат
Столько музыки! Столько слов!
Я сделаю так, как Гребенщиков.

БГ оценил искусство, как чистое и светлое, после чего моя "карьера", собственно, и началась. Он рассказал обо мне Артёму Троицкому, Макаревичу, Курёхину, все вокруг и "люди в Москве" уже знали, что из кружка Тропиллы начинают доноситься авторские молодые голоса. Рыбин заставил меня сделать двадцать копий "П\оследнего альбома" и увез их в столицу. Приехав, он сказал мне, что альбом получил невероятный успех, что у нас есть шанс повторить путь героев и нужно ехать в Москву играть квартирные концерты.  Песни были полное гавно, я ужасно стеснялся и наверняка так и не поехал бы, если бы Рыба не посулил мне знакомство с кумирами того времени - московской группой ДК. Это меня сломило,  взяв отгул я купил билеты и мы отправились покорять столичную мельпомену...