|
|
Пишет prodigy (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} prodigy)@ 2006-05-12 00:45:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Не ходите в Африку, Дети, никогда!
Потрясенный я вышел из Храма и направился к следующему пункту экскурсии стене плача. Конвоя не было, они довели до храма гроба Господня и, сгинули из моей жизни. Потрясенные мы вышли на площадку перед стеной плача, как вдруг на нас, злобно заливаясь лаем, выкатилась стайка…нет, не собак, хотя было очень похоже, не знаю даже кого, каких-то молодых жидят. Прыгая рядом с нами, они демонстрировали крайне агрессивные намерения, им что-то в нас очень не нравилось. Но что, и почему они злобно гавкая, буквально заходясь в истерике, кружили вокруг нас, нам было совершенно не понятно. Лишь только когда на звуки их хая прибежал гид вместе с полицейским, стало ясно что им не понравились короткие юбки и легкие блузки двух русских девушек. Так ведь жара, однако. Что может по Израилю в чадре ходить? Между прочим, девиц внутрь храма гроба Господня в таком наряде не пустили. Но вежливо предложили специально существующие для таких случаев накидки, и никто бешено скалясь и брызгая слюной не орал им в лицо оскорбления. Пришлось девицам покинуть площадь и ждать за оградой, но они особенно и не переживали, их этот Израиль уже и без этого так достал, что век бы его не видеть! Однако бейтаровцы, блин!
Урегулировав инцидент, гид начал повествование о стене плача. Сам недавний житель Петербурга, он прекрасно знал интересы современной русской путешествующей публики, поэтому он не стал нас долго грузить малоинтересными историческими сведениями, а остановился на рассказе о следующем суеверие: “ Многократно проверенно”, – вещал он – “ если человек первый раз в своей жизни пришел к стене плача, подойдет к ней и попросит Яхве, то Яхве обязательно исполнит его просьбу” Надо ли говорить, что после подобной пропаганды интерес к совершенно с моей точки зрения малоинтересному объекту превзошел все ожидания! Группа накаченных ребят, с конкретными лицами и с наколками “афган”, “вдв”, “згвг” и другими таинственными для непосвященного аббревиатурами на мощных бицепсах, с огромными православными крестами на пудовых цепях, как по команде, разом, дисциплинированно, без нытья, дружно ломанулась, сметая все на своем пути к стене плача. Со стороны это походило на стаю диких кабанов во время гона. Немножко поколебавшись, я решился тоже подойти к стене, чисто с познавательной точки зрения. Находясь, еще под сильным впечатлением от Храма, я решил проверить есть ли энергетика у стены. Чтобы подойти к стене пришлось надевать ермолку, что меня внутренне очень сильно покоробило, но на какие жертвы не пойдешь ради познания мира! Подойдя к стене, я опешил! Картина, которую я увидел, наверное, никогда не уйдет из моей памяти. Вдоль всей стены стояли рядом мощные торсы конкретных русских ребят. Ноги на ширине плеч, руки за голову, морда в стену, на затылке ермолка.… Эта картина напомнила мне фотографию из учебника истории: “ Зверство фашистов при подавлении варшавского восстания. Расстрел польских патриотов.” Найдя небольшое пространство между двумя мощными торсами, подошел к стене, приложил руку к камню, ничего не почувствовал, поводил ладонью на небольшом расстоянии от стены – опять ничего не почувствовал. В Храме подобные манипуляции порождали бурю чувственных ощущений, а тут ничего. Голая стена, солнцепек, да бубнящие чего-то братки по бокам. Судя по тому, что они просили у Яхве что-то в течение уже многих минут, то либо они перечисляли все что они хотят иметь в жизни вплоть до заколок и столовых ложек, либо вспоминали бесконечный список своих врагов которых Яхве должен был покарать. Не знаю. Поняв, что стена плача не представляет для меня никакого интереса, я с диким любопытством стал наблюдать за стоящим рядом со мной братком. Видимо, уловив мое внимание, он обернулся и злобно на меня зыркнул. Я вздрогнул. Нет, какая-то темная энергия все таки была у стены плача. Я помнил его: это был кряжистый, кругломордый, белобрысый, голубоглазый браток, незатейливый как два рубля. Но тут с ним произошла чудовищная метаморфоза, на меня смотрел чистый еврей. Даже выражение лица его было какое-то кисло-гнусаво-тоскливое, иными словами непередаваемо еврейское! Даже какая-то наколка на его плече, как мне померещилось, превратилась “Маге Давид”. Я глянул на тяжелый крест на его груди, и мне почудилось, что вместо креста на массивной цепи сверкнул огромный семисвечник! Мне просто стало страшно! Я и раньше слышал, что, надев ермолку, сразу становишься похожим на еврея, но не до такой же степени! Тут меня забил такой озноб, что я понял, надо бежать. Но, не тут-то было! Что-то коснулось моего плеча. Я вздрогнул – неужели конец?! Еле дыша, на ватных ногах я повернулся. Я, было, подумал, что передо мной воплотился сам Яхве, но, слава Богу, неимоверными усилиями мне удалось вернуть самообладание, и я стал рассматривать материализовавшийся передо мной объект. Это был низенький, неопрятно одетый, пейсатый, в невероятно яркой ярмолке, настолько яркой, что она могла вполне затмить купол Ай Якса, еврейчик. Было ясно – это серьезно, но увы бежать было некуда. Позади стена, по бокам договаривающиеся с Яхве братки, передо мной очередное чудо Израиля. Еврейчик наклонял голову то к правому, то к левому плечу. На нем были очки с толстыми линзами невероятно увеличивающие зрачки. Когда он наклонял голову в право, то вспыхивал левый глаз, когда его голова кренилась к левому плечу, то открывался правый глаз и гаснул левый, кроме того, его лицо сотрясали невообразимые гримасы. Было непонятно, что он хочет, кривляясь, то ли рассмешить меня, то ли напугать. Ну так как он ничего не говорил мне оставалось лишь молча наблюдать за ним. Я понял, что он изучает меня, а ужимки на его лице отражение мыслительных процессов бурно кипевших под пестрой ермолкой. Наконец он перестал качать головой, оба его глаза, невероятно большие под линзами очков, гипнотически уперлись в меня и на лице, медленно, растеклась мерзкая улыбка. Меня прошибло потом. Если жид тебе улыбается – значит тебе конец, значит жид знает как тебя обобрать! Наконец он заговорил:
-Семья есть? Дети есть? Есть, нет? Как их здоровье?
- Да нет, холостой я.
- Это плохо, это плохо - Запричитал он, - Еврей должен иметь много детей, детей, много жен, жен много, всего много должен иметь, детей, это плохо, очень плохо, совсем ты никудышный еврей… Ладно, так уж и быть, поправим, тут можно поправить, я могу поправить, ладно, так уж и быть поправлю, поправлю…
Тут он, закрыв глаза, поднял голову вверх, положил свою руку аккуратно на мою ермолку и минуты две что-то протяжно выл. Так мы и стояли у стены плача, наверно со стороны это было очень комическое зрелище. Наконец, он громко гукнул, открыл глаза, снял руку с моей ермолки и сказал:
- Все, будут у тебя и жены и дети, много будет, хорошим евреем будешь, Яхве сказал, ему верить можно. Давай сто баксов!
Я только развел руками. На его лице мелькнуло изумление:
- Что не дашь? Ну, ты даешь! Яхве же сказал…. Ну да ладно, понимаю, ты еврей, настоящий еврей, хороший еврей, жадный еврей. Еврей должен быть жадным, никому не давать сто баксов. Ну, ничего мне давать деньги можно, сейчас поймешь что мне можно, сейчас поправим….
Тут он опять положил свою руку на мою ермолку и снова что-то завыл. Выл он минуты две, наконец гыгыкнув, как я понял так ритуально заканчиваются просьбы к Яхве, он изрек:
- В общем, так, Яхве сказал у тебя много денег будет, Яхве мне точно сказал, Яхве верить можно, но ты должен дать мне пятьдесят баксов, в общем, давай баксы!!!
Я лишь молча отрицательно покачал головой. На его лице отразилось неподдельное изумление:
- Как и сейчас не дашь?! Ну, ты даешь. Ну, хоть двадцать то дай! Нам на синагогу нужно, нет у нас синагоги, без синагоги совсем нельзя, ну сам подумай – как еврей без синагоги? Нельзя без синагоги. Я Яхве за тебя просил, просил, а тебе двадцать баксов на синагогу жалко! Да что же это творится евреи?! Даже двадцать баксов не дают на синагогу!…
Собравшись с силами, я молвил:
- Да ограбили меня арабы, блин! Нету денег!
Как только он это уяснил, он даже не договорил не то что фразу, даже слово, он оборвал себя буквально на полуслове (по моему – это было синаго… ) и резво развернувшись побежал окучивать кого-то из братков.
Еле передохнув, я стремглав бросился прочь от стены плача. Однако, иудаизм, блин!
http://www.groteskon.ru/izra.htm
Очень исренне написанно, хорошо, с национальным колоритом.
А вот и автор - Дневник Алексея Грушевского
Потрясенный я вышел из Храма и направился к следующему пункту экскурсии стене плача. Конвоя не было, они довели до храма гроба Господня и, сгинули из моей жизни. Потрясенные мы вышли на площадку перед стеной плача, как вдруг на нас, злобно заливаясь лаем, выкатилась стайка…нет, не собак, хотя было очень похоже, не знаю даже кого, каких-то молодых жидят. Прыгая рядом с нами, они демонстрировали крайне агрессивные намерения, им что-то в нас очень не нравилось. Но что, и почему они злобно гавкая, буквально заходясь в истерике, кружили вокруг нас, нам было совершенно не понятно. Лишь только когда на звуки их хая прибежал гид вместе с полицейским, стало ясно что им не понравились короткие юбки и легкие блузки двух русских девушек. Так ведь жара, однако. Что может по Израилю в чадре ходить? Между прочим, девиц внутрь храма гроба Господня в таком наряде не пустили. Но вежливо предложили специально существующие для таких случаев накидки, и никто бешено скалясь и брызгая слюной не орал им в лицо оскорбления. Пришлось девицам покинуть площадь и ждать за оградой, но они особенно и не переживали, их этот Израиль уже и без этого так достал, что век бы его не видеть! Однако бейтаровцы, блин!
Урегулировав инцидент, гид начал повествование о стене плача. Сам недавний житель Петербурга, он прекрасно знал интересы современной русской путешествующей публики, поэтому он не стал нас долго грузить малоинтересными историческими сведениями, а остановился на рассказе о следующем суеверие: “ Многократно проверенно”, – вещал он – “ если человек первый раз в своей жизни пришел к стене плача, подойдет к ней и попросит Яхве, то Яхве обязательно исполнит его просьбу” Надо ли говорить, что после подобной пропаганды интерес к совершенно с моей точки зрения малоинтересному объекту превзошел все ожидания! Группа накаченных ребят, с конкретными лицами и с наколками “афган”, “вдв”, “згвг” и другими таинственными для непосвященного аббревиатурами на мощных бицепсах, с огромными православными крестами на пудовых цепях, как по команде, разом, дисциплинированно, без нытья, дружно ломанулась, сметая все на своем пути к стене плача. Со стороны это походило на стаю диких кабанов во время гона. Немножко поколебавшись, я решился тоже подойти к стене, чисто с познавательной точки зрения. Находясь, еще под сильным впечатлением от Храма, я решил проверить есть ли энергетика у стены. Чтобы подойти к стене пришлось надевать ермолку, что меня внутренне очень сильно покоробило, но на какие жертвы не пойдешь ради познания мира! Подойдя к стене, я опешил! Картина, которую я увидел, наверное, никогда не уйдет из моей памяти. Вдоль всей стены стояли рядом мощные торсы конкретных русских ребят. Ноги на ширине плеч, руки за голову, морда в стену, на затылке ермолка.… Эта картина напомнила мне фотографию из учебника истории: “ Зверство фашистов при подавлении варшавского восстания. Расстрел польских патриотов.” Найдя небольшое пространство между двумя мощными торсами, подошел к стене, приложил руку к камню, ничего не почувствовал, поводил ладонью на небольшом расстоянии от стены – опять ничего не почувствовал. В Храме подобные манипуляции порождали бурю чувственных ощущений, а тут ничего. Голая стена, солнцепек, да бубнящие чего-то братки по бокам. Судя по тому, что они просили у Яхве что-то в течение уже многих минут, то либо они перечисляли все что они хотят иметь в жизни вплоть до заколок и столовых ложек, либо вспоминали бесконечный список своих врагов которых Яхве должен был покарать. Не знаю. Поняв, что стена плача не представляет для меня никакого интереса, я с диким любопытством стал наблюдать за стоящим рядом со мной братком. Видимо, уловив мое внимание, он обернулся и злобно на меня зыркнул. Я вздрогнул. Нет, какая-то темная энергия все таки была у стены плача. Я помнил его: это был кряжистый, кругломордый, белобрысый, голубоглазый браток, незатейливый как два рубля. Но тут с ним произошла чудовищная метаморфоза, на меня смотрел чистый еврей. Даже выражение лица его было какое-то кисло-гнусаво-тоскливое, иными словами непередаваемо еврейское! Даже какая-то наколка на его плече, как мне померещилось, превратилась “Маге Давид”. Я глянул на тяжелый крест на его груди, и мне почудилось, что вместо креста на массивной цепи сверкнул огромный семисвечник! Мне просто стало страшно! Я и раньше слышал, что, надев ермолку, сразу становишься похожим на еврея, но не до такой же степени! Тут меня забил такой озноб, что я понял, надо бежать. Но, не тут-то было! Что-то коснулось моего плеча. Я вздрогнул – неужели конец?! Еле дыша, на ватных ногах я повернулся. Я, было, подумал, что передо мной воплотился сам Яхве, но, слава Богу, неимоверными усилиями мне удалось вернуть самообладание, и я стал рассматривать материализовавшийся передо мной объект. Это был низенький, неопрятно одетый, пейсатый, в невероятно яркой ярмолке, настолько яркой, что она могла вполне затмить купол Ай Якса, еврейчик. Было ясно – это серьезно, но увы бежать было некуда. Позади стена, по бокам договаривающиеся с Яхве братки, передо мной очередное чудо Израиля. Еврейчик наклонял голову то к правому, то к левому плечу. На нем были очки с толстыми линзами невероятно увеличивающие зрачки. Когда он наклонял голову в право, то вспыхивал левый глаз, когда его голова кренилась к левому плечу, то открывался правый глаз и гаснул левый, кроме того, его лицо сотрясали невообразимые гримасы. Было непонятно, что он хочет, кривляясь, то ли рассмешить меня, то ли напугать. Ну так как он ничего не говорил мне оставалось лишь молча наблюдать за ним. Я понял, что он изучает меня, а ужимки на его лице отражение мыслительных процессов бурно кипевших под пестрой ермолкой. Наконец он перестал качать головой, оба его глаза, невероятно большие под линзами очков, гипнотически уперлись в меня и на лице, медленно, растеклась мерзкая улыбка. Меня прошибло потом. Если жид тебе улыбается – значит тебе конец, значит жид знает как тебя обобрать! Наконец он заговорил:
-Семья есть? Дети есть? Есть, нет? Как их здоровье?
- Да нет, холостой я.
- Это плохо, это плохо - Запричитал он, - Еврей должен иметь много детей, детей, много жен, жен много, всего много должен иметь, детей, это плохо, очень плохо, совсем ты никудышный еврей… Ладно, так уж и быть, поправим, тут можно поправить, я могу поправить, ладно, так уж и быть поправлю, поправлю…
Тут он, закрыв глаза, поднял голову вверх, положил свою руку аккуратно на мою ермолку и минуты две что-то протяжно выл. Так мы и стояли у стены плача, наверно со стороны это было очень комическое зрелище. Наконец, он громко гукнул, открыл глаза, снял руку с моей ермолки и сказал:
- Все, будут у тебя и жены и дети, много будет, хорошим евреем будешь, Яхве сказал, ему верить можно. Давай сто баксов!
Я только развел руками. На его лице мелькнуло изумление:
- Что не дашь? Ну, ты даешь! Яхве же сказал…. Ну да ладно, понимаю, ты еврей, настоящий еврей, хороший еврей, жадный еврей. Еврей должен быть жадным, никому не давать сто баксов. Ну, ничего мне давать деньги можно, сейчас поймешь что мне можно, сейчас поправим….
Тут он опять положил свою руку на мою ермолку и снова что-то завыл. Выл он минуты две, наконец гыгыкнув, как я понял так ритуально заканчиваются просьбы к Яхве, он изрек:
- В общем, так, Яхве сказал у тебя много денег будет, Яхве мне точно сказал, Яхве верить можно, но ты должен дать мне пятьдесят баксов, в общем, давай баксы!!!
Я лишь молча отрицательно покачал головой. На его лице отразилось неподдельное изумление:
- Как и сейчас не дашь?! Ну, ты даешь. Ну, хоть двадцать то дай! Нам на синагогу нужно, нет у нас синагоги, без синагоги совсем нельзя, ну сам подумай – как еврей без синагоги? Нельзя без синагоги. Я Яхве за тебя просил, просил, а тебе двадцать баксов на синагогу жалко! Да что же это творится евреи?! Даже двадцать баксов не дают на синагогу!…
Собравшись с силами, я молвил:
- Да ограбили меня арабы, блин! Нету денег!
Как только он это уяснил, он даже не договорил не то что фразу, даже слово, он оборвал себя буквально на полуслове (по моему – это было синаго… ) и резво развернувшись побежал окучивать кого-то из братков.
Еле передохнув, я стремглав бросился прочь от стены плача. Однако, иудаизм, блин!
http://www.groteskon.ru/izra.htm
Очень исренне написанно, хорошо, с национальным колоритом.
А вот и автор - Дневник Алексея Грушевского
