| Музыка: | Tuxedomoon - The Waltz |
О конической судьбе.
Кружась по полю, густая стая коников набрела на могучее дерево. Высота и простор ветвей привлекли их внимание. И прыгнул молодой и глупый, и помчался с победным криком, а за ним и остальные. Зеленый сумрак окружил нелепым сиянием тела. Странное ощущение качающейся ветки под ногами не испугало, а обрадовало. Необычный запах раздавленных листьев смешался с горечью тел. Скрежет копыт, шорох листвы, радостный визг наполнил крону. Возвышенность над миром окутывала пьяным туманом, подгоняя потные мышцы. Неопытные копыта постоянно соскальзывали и проваливались, что немыслимо пугало несчастных животных, но и это им нравилось. Что-то новое появилось в их глазах, что изумленно впитывали каждый сантиметр окружающего пространства. Подчиняясь огромной силе познания доселе неизведанного, они поднимались, все выше, выше и выше, все ближе к небу, солнцу и звездам. Все дальше от надоевшей земли. Но не ведали что творили, не понимали, что стремление вверх приведет к смерти многоголовое племя. Тяжесть прибывающих, суета и трения, треск веток и хруст листьев, боль потери и разъедающая соль, ужаснули дерево. И не выдержало смрада и грязи, и надломилось. И вскрикнули ветви переломанным гневом, и стали вязнуть бескрылые в ужасе падения. Крик комом застрял в глотках, лишь тишина и свист падающего облака. Бесконечный трепет наполнил души. Не имея крыльев, они разнообразно двигали суставами. Безмолвный шар наполнялся брызгавшей фонтанами кровью, сочившейся из раздробленных черепов и вывалившихся глаз, что мыльными пузырями, взрывались от невольного попадания судорожных ног соплеменников. И повезло тем кто умер сразу, они уже не чувствуют страх и холод падения. А остальные все также брыкаясь, все летели и летели, все ниже и ниже, все ближе и ближе. Бесконечность мгновений затуманила взоры, и в бурном помешательстве они захлебывались пеной. И глухо падали вялые полудохлые туши. Разбавляя мрак звоном ломающихся костей. И долго разносило эхо эти страшные звуки. И погибли все, а кто не умер сразу, того добили жадные птицы. Прошло много лет и забылось. Лишь белеет пятно – груда костей и остов изувеченного дерева.
31.05.95