|
| |||
|
|
Полуночные беседы с Никой Дубровой Ника Дуброва: Я вот скоро пойду продлевать документы, а если откажутся продлять, оболью себя бензином и подожгу, знаешь, это сейчас очень модный способ борьбы с администрацией. А что я буду делать в России, у вас там, между прочим, никакой демократии и снег круглый год. В.К.: Прекрасный ход - облить себя бензином и поджечь. Это одновременно и протест против роста цен на бензин, протест против автомобилей, против загрязнения окружающей среды, перенаселения. Массу интерпретаций такого яркого события можно подыскать. Так что смело поджигай, а любимый журнал организует информационную поддержку. В России все нормально. И со снегом, и без демократии прекрасно живем. Ника Дуброва: Да, но вы - патриоты, а я - нет. В этом, видимо, разница. Мне вот было ненормально, и со снегом, и без демократии. Остается бензин. Цены действительно подорожали так, что все равно ездить нельзя никуда, и пора уже протестовать. В записке напишу (или вы напишите, распределим роли), что бензин годится только на самоубийство, а не на топливо для общественного или частного транспорта В.К.: Да нет, никакие мы не патриоты. Просто нам деваться некуда. Привыкли круглый год в снегу копошиться. Без демократии. Хотя шестой "Опустошитель" как раз про демократию. А девятый будет про снег. После твоего перфоманса ("Живой факел" - так назовем) займемся продажей набора самоубийцы: канистра бензина, зажигалка и последняя сигарета. Думаю, неплохо заработаем. Часть денег пустим на твои похороны. Ника Дуброва: Вы хотя бы занялись коммерцией, это уже значит, что есть в вас желание, мечта жить и развиваться. Поджигаться буду после этой пятницы, может, даже в нее. Так и есть, все, кто привык, называются патриотами, а кто отвык, эмигрантами. Промежуточное состояние - эмигрант-снеговик. Его не надо даже поджигать, достаточно полить водой. В.К.: Вы смелый человек, с которым приятно работать. С легким паром, как говорят у нас на Руси. Ника Дуброва: Проблема такого снеговика в том, что он уже не патриот, т.к. отвык от настоящего снега и помнит его только по картинкам (да и те, черно-белые), но и не настоящий эмигрант, т.к. любой полицейский может полить его водой, и все. Чушь, а не гражданская ситуация. В полиции есть такая зала, где долепливают этих снеговиков, но именно с таким расчетом, чтобы его (снега, туловища) хватило еще на год. И не больше. Ну и это, разумеется, еще нужно заслужить. В.К.: Разве может полицейский в демократическом государстве безнаказанно поливать водой людей, хоть и снеговиков? Ника Дуброва: Да, все возможно, конечно, под демократией подразумевается исключительно меньшая форма разгула тирании, чем в недемократических странах. Умеренная тирания и преступность, если можно так сказать, но для политического режима, слишком длинное название, вот и сократили до демократии. Есть и коррупция, и наркотики, все, как во всех приличных странах. В.К.: Всегда хотел спросить. Если притвориться бездомным, могут ли тебя выслать из страны? Так ведь всех бездомных можно выслать. Ника Дуброва: А как же. В.К.: Спрошу прямо, ты хочешь стать женой Дмитрия Пименова? Да или нет? Ника Дуброва: Отвечу после ПТ. Сам понимаешь, от этого многое зависит (в т.ч. и это, свадебное решение). Всех нельзя - много поляков, французов, т.е. ЕСоюза, их некуда высылать. Бездомных не из ЕС по пальцам пересчитать, по-видимому, их уже выслали. В.К.: Но на обгорелом трупе Пименов может отказаться жениться. Нужно успеть перед перфомансом. Ника Дуброва: Всем подавай красавицу-жену, а что делать другим, в т.ч. обгорелым девушкам? Пусть подумает. Лучше труп автора Пустошителя, чем абы кто. На этом прощаюсь. Нужно укладываться В.К.: Спокойной ночи. |
||||||||||||||||