|
|
Пишет putnik1 (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} putnik1)@ 2011-08-03 17:35:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
ПЕРВЫЙ ПРОКУРАТОР КИРЕНЫ
Вчера, 2 августа, ведомство г-жи Клинтон сделало царский подарок журналистскому пулу Вашингтона, а также и нам. Впервые на публику вышел из тени человек-невидимка, загадочный и неуловимый Крис Стивенс, полномочный представитель Белого Дома при т.н. "Переходном Совете" в Бенгази. Естественно, на него обрушился град вопросов, и далеко не все они были так приятны, как были бы в апреле-мае. Тем не менее, судя по всему, м-р Стивенс имел указание отвечать на все, и максимально правдиво, чтобы не обидеть уклончивостью и не настроить против администрации ведущих "делателей мнений" Америки. Это была длинная прессуха, и протокол ее на официальном сайте Госдепа тоже очень длинный. И тем не менее, хотя времени и сил жаль, я считаю, материал следует прочесть полностью. Прошу учесть, что и вопросы, и ответы я слегка сокращал. А комментировать или хотя бы выделять особо симпатичные места (как собирался) не буду. М-р Стивенс, по-моему, сказал все, а среди вас, дорогие френды и не френды, дураков нет...
(В начале Марк Тонер, официальный спикер Госдепа, представляет присутствующим м-ра Стивенса и передает ему слово)
MR. STEVENS: Спасибо. Здравствуйте. Добрый день. Я Крис Стивенс. Прибыл из Бенгази пару дней назад для консультаций в Департаменте. Вкратце. Я был в Бенгази около четырех месяцев, с 5 апреля. Попасть было трудно. Я прибыл на греческом сухогрузе и создавал офис с нуля. Моя задача была навести контакт с Советом, и я это сделал. Ясно, что с Триполи никаких контактов у меня не было. Должен признать, что к моменту моего приезда поддержки у Совета не было почти никакой, и силы Каддафи были уже в Бенгази. Их вытеснило НАТО, - и, увы, с тех пор ситуация улучшилась совсем немного.
Скажу сразу: по-моему, за четыре месяца ТНК добился прогресса по трем направлениям. Во-первых, им удалось получить международное признание от 30 стран, но главное, они сумели получить наше признание. Это , безусловно, дает им силу в глазах мира, а также в глазах ливийского народа, которые все еще верит Каддафи. Есть прогресс и в финансах. Если в день моего приезда у них не было денег вообще ни на что, то теперь есть. Им помогают и Турция, и Катар, и Кувейт, и Эмираты. И, конечно, они надеются, что дипломатическое признание даст им ключ к замороженным ливийским активам. И, наконец, я бы сказал, что есть какой-то прогресс и в военном смысле. Они уже не убегают, встретившись с армией, а сражаются, например, под Брега, под Мисурата, в Западных горах. По их словам, они уже приближаются к Злитен, более того, когда я уезжал, они пообещали взять Брега. Им, правда, трудно, но будем надеяться.
Только не думайте, что картина радужна. Совсем нет. В их зонах, к сожалению, нет никакой безопасности. Полиции нет, она разбежалась, зато много всяких вооруженных людей, которые ведут себя плохо. Очень плохо, скажу я. Конечно, ТНК ведет работу по решению этих проблем, и мы помогаем им. Британские, французские, другие дипломаты оказывают давнение на ТНК, чтобы они обеспечили хоть какой-то порядок, потому что без этого не добраться до Триполи и не прогнать Каддафи, на что мы надеемся. Я с удовольствием отвечу на вопросы.
ВОПРОС: Kirit Radia с ABC News. (По поводу борьбы фракций в Совете, убийства Юниса и насколько все это пагубно, а также могут ли США помочь).
MR. Стивенс: Да. Это непросто. ТНК не монолит, но и ливийское общество не монолит. Там много групп, много точек зрения, там нет дружбы. Это правда. Правда, к сожалению, и то, что свои проблемы они решают насилием. Откровенно говоря, мы по сей день не знаем, кто убил Юниса. Есть масса версий, есть обещания докопаться до правды, но надежды мало. Но мы резко критикуем за это руководство ТНК, мы разъясняем им, что без единства им с Каддафи никогда не справиться, а все вопросы надо решать потом. Мы говорим с ними очень жестко, и они усвоили, что нужно упорно трудиться, создавая хоть какой-то порядок. Мы надеемся, надеемся.
ВОПРОС: (Может ли борьба фракций привести к провалу на фронтах?)
MR. Стивенс: Нет, потому что ТНК опирается не на тех боевиков, которые ненадежны. Те, на кого он опирается, очень дисциплинированны. Это первое. А второе, это то, что непослушные части – всего лишь местные ополченцы, собирающиеся время от времени для боев в своей местности. В общем плане они ничего не решают.
ВОПРОС: (Так все-таки, может ТНК контролировать свои войска?)
MR. Стивенс: Не понимаю вопроса. Если в районе Брега, Мисрата и Западных гор все-таки идут бои, значит, может.
ВОПРОС- Elise: (Судя по всему, эти люди просто не умеют ни воевать, ни работать, они умеют только делать вид, что что-то делают. Чем могут помочь им США? Что делаете конкретно вы? Каков вообще статус вашего офиса, кто там служит?)
MR. STEVENS: Верно. Хорошо. Во-первых, важно помнить, что ТНК в феврале возникло из ничего, и им приходилось начинать с нуля, так что их достижения все-таки впечатляют. Но главное, вы правы в том, что никаких институтов нет. Поймите: Каддафи никогда не создавал никаких институтов, он все сваливал на население, и теперь исправить это, сделать им нормальное правительство очень трудно. Мы помогаем, чем можем. Международная контактная группа которая собирается раз в месяц, дает советы, рекомендации, разъясняет, что без всеобщих выборов обойтись нельзя, поскольку не были избраны и не считаются вполне законными. А они не всегда согласны. Это деликатный вопрос. А всего нас там 8 человек, и этого мало. Но мне обещают увеличить штат.
ВОПРОС: (Но, все-таки, какое влияние имеют эти люди? Судя по событиям, не похоже, что население им верит).
MR. Стивенс: Ну зря вы так. Во-первых, все равно, единственная альтернатива – это Каддафи, а он крайне непопулярен в стране. Во-вторых, в ТНК входят бывшие сотрудники Каддафи, и Совет очень хочет расширить себя за счет людей с запада Ливии. Они не хотят выглядеть только представителями востока. Поэтому я уверен, что они представляют всю страну.
ВОПРОС- Стив Майерс: (Вновь об убийстве Юниса, его обстоятельствах и последствиях).
MR. Стивенс: Ну, я не хочу спекулировать. Все, что я видел, пару отчетов, кто-то валит все на лидера ТНК, кто-то на Каддафи, кто-то на исламистов. Я не знаю правды. Давайте подождем, и нам все скажут. Что касается последствий, то, кажется, повстанцы выбрали кого-то, кто в силах отвечать за Тобрук, или ищут такового, но я и тут не в курсе.
ВОПРОС: - (Привет. Мэри-Бет Шеридан из The Washington Post: (Когда все-таки все это кончится? Когда Каддафи падет? Три месяца, полгода, год?)
MR. Стивенс: Никто не скажет точную дату. Но совершенно точно, что ТНК надеется победить быстро. Они давят на режим Каддафи, и они уверены, что Каддафи рано или поздно придется бежать. Если не будет денег, если все будут против, - почему нет? Ведь, в конце концов, на фронтах идут сражения!
ВОПРОС: (Но США, действительно, готовы позволить Каддафи остаться в Ливии?)
MR. Стивенс: Ну, мы исходим из того, что этот вопрос следует решать самим ливийцам.
ВОПРОС- Камиль Elhassani от Аль-Джазира: (Готов ли ТНК к переговорам с Каддафи?)
MR. Стивенс: Повторяю, это один из самых спорных вопросов. Существуют различные взгляды, в ТНК нет единства, его фракции взывают к улице. Одни считают, что он должен уехать, другие говорят, что пусть остается, потому что иначе конца конфликту не будет, третьи тоже согласны, чтобы он остался, чтобы потом его арестовать и судить, а четвертые требуют выдать его Гааге.
ВОПРОС: (А были ли вы где-то, кроме Бенгази? Поддерживают ли люди ТНК в других местах?)
MR. Стивенс: Конечно! Ездили везде, встречались со всеми. Конечно, не там, где зона боев, а там, где позиции ТНК прочны.
ВОПРОС: Говорили ли они, какое правительство хотят после Каддафи?
MR. Стивенс: Да. Они мечтают о демократии!
ВОПРОС - Саид: (Каким образом реализуется контакт с ТНК и есть ли смысл для США поскорее открыть в Бенгази посольство).
MR. Стивенс: Ну, мы говорим с ними ежедневно. С утра до вечера. Вместе с другими представителями даем им всякие советы.
ВОПРОС: Чтобы установить приоритеты и так далее?
MR. Стивенс: Да, да. Вся Контактная группа только этим и занята. А посольство они очень хотят открыть и я думаю, скоро откроют.
ВОПРОС - Поль Рихтер с LA Times: (Каковы планы США на «после Каддафи»?)
MR. Стивенс: Да, планы есть.. Но вы же понимаете, что главное, - это планы ТНК. Они строят планы на будущее, как им обустроить Ливию. Они планируют. Процесс идет. А мы всего лишь помогаем им, подсказываем, советуем. Они очень открыты к такому сотрудничеству. И, конечно, ООН примете активное участие в эпохе после Каддафи.
ВОПРОС: (И сколько США готовы играть в начальника? Или все-таки что-то поручено будет и европейцам?)
MR. Стивенс: Ну, я думаю, у нас есть много предложений и проектов. Но, конечно, только в сотрудничестве с друзьями по Контактной группе.
ВОПРОС: (Есть мнение, что НАТО зашло в тупик, а силы Каддафи сильнее революционеров. Все больше народу требует политического решения. Что думает об этом ТНК?)
MR. Стивенс: Ну, они считают, что Каддафи должен уйти. В этом смысл их расчетов, а во всем остальном они полагаются на помощь и мнение НАТО. Они очень рады, что НАТО является частью их борьбы, и они не мыслят себя без союза с НАТО.
ВОПРОС: (Они что, ждут, что НАТО будет помогать им вечно?)
MR. Стивенс: Ну, они надеялись, что Каддафи уйдет еще в марте, но они очень терпеливы, и они, думаю, могут дождаться своего.
ВОПРОС: (Но все же, что они сами делают для своей победы?)
MR. Стивенс: Ну, они пытаются сделать все возможное, пытаются вести со бои на различных фронтах, пытаются показать всему миру, что они достойны нашей поддержки.
ВОПРОС: (Сколько в ТНК женщин? Каковы их планы на ливийские миллиарды, если они их получат? И вообще, каковы ваши личные прогнозы на эпоху «послое Каддафи»?)
MR. Стивенс: Ну, скажем прямо, процент женщин в ТНК очень мал. Да, есть такое. Но я знаю одну женщину-юриста, которая имеет возможность участвовать в обсуждении планов на будущее. А так женщин мало, очень мало.
Что касается денег, то я с ними об этом не говорил. Но логично предположить, что они будут тратить их на первоочередные задачи, на топливо, на воду, на электричество, которого нужно много, чтобы эту воду из-под земли выкачивать. Ну, конечно, будут тратить на медикаменты, на продовольствие, - как делал это Каддафи, на обустройство возвращающихся беженцев. Как же еще можно тратить эти миллиарды?
Что же касается неизбежности падения Каддафи… Я не могу сказать наверняка, падет ли он, но посудите сами: весь мир против него, весь мир за ТНК, его никто не хочет поддержать. Кто же выстоит в такой ситуации? Всем ясно, что это вопрос времени.
ВОПРОС – (Есть информация, что войска ТНК сами грубо нарушают права человека. Разве это правильно? Насколько это серьезно и как с этим борются революционеры?)
MR. Стивенс: Да, да. Я говорил с представителями Human Rights Watch, которые все это видели в разных местах, и у них очень серьезные доказательства. Мы крепко поговорили с руководством ТНК, и оно было напугано и обеспокоено. Лидеры твердо заявили, что намерены защищать права человека, соблюдать нормы международного права и человечно относиться к противнику. Они не хотят, чтобы о них думали хуже, чем о Каддафи и его солдатах. Теперь, когда они все знают о разных прискорбных фактах, они будут с ними бороться.
ВОПРОС: (Но разве это сюрприз? В Совете сидят бывшие сотрудники Каддафи, виновники тех самых злоупотреблений, из-за которых началась революция. Неужели они все так быстро исправились и стали демократами?)
MR. Стивенс: Ну, я думаю, у них проснулась совесть. А кроме того, мы их обучаем.
ВОПРОС: (Международный уголовный суд выдал ордер на арест Муаммара Каддафи. Кто жде теперь, по мнению США, должен представлять Ливию на Генеральной Ассамблее ООН в этом году?)
MR. Стивенс: Парни из Бенгази очень хотят, но на эту тему им не следует меня спрашивать. Мне очень жаль, я не знаю - не знаю.
MR. Тонер: Последний вопрос!
ВОПРОС: ()Что вы можете сказать о помощи со стороны стран региона, например, Турции? Как вы думаете, Восток все еще поддерживает Запад?)
MR. Стивенс: Ну, скажу так. Не все просто. Совсем не все просто. Но ТНК очень доволен поддержкой Катара, ОАЭ и Турции. Вот они помогают честно, от всей души.
MR. Тонер: Я думаю, это все, время вышло. У него есть другие встречи...
Вчера, 2 августа, ведомство г-жи Клинтон сделало царский подарок журналистскому пулу Вашингтона, а также и нам. Впервые на публику вышел из тени человек-невидимка, загадочный и неуловимый Крис Стивенс, полномочный представитель Белого Дома при т.н. "Переходном Совете" в Бенгази. Естественно, на него обрушился град вопросов, и далеко не все они были так приятны, как были бы в апреле-мае. Тем не менее, судя по всему, м-р Стивенс имел указание отвечать на все, и максимально правдиво, чтобы не обидеть уклончивостью и не настроить против администрации ведущих "делателей мнений" Америки. Это была длинная прессуха, и протокол ее на официальном сайте Госдепа тоже очень длинный. И тем не менее, хотя времени и сил жаль, я считаю, материал следует прочесть полностью. Прошу учесть, что и вопросы, и ответы я слегка сокращал. А комментировать или хотя бы выделять особо симпатичные места (как собирался) не буду. М-р Стивенс, по-моему, сказал все, а среди вас, дорогие френды и не френды, дураков нет...
(В начале Марк Тонер, официальный спикер Госдепа, представляет присутствующим м-ра Стивенса и передает ему слово)
MR. STEVENS: Спасибо. Здравствуйте. Добрый день. Я Крис Стивенс. Прибыл из Бенгази пару дней назад для консультаций в Департаменте. Вкратце. Я был в Бенгази около четырех месяцев, с 5 апреля. Попасть было трудно. Я прибыл на греческом сухогрузе и создавал офис с нуля. Моя задача была навести контакт с Советом, и я это сделал. Ясно, что с Триполи никаких контактов у меня не было. Должен признать, что к моменту моего приезда поддержки у Совета не было почти никакой, и силы Каддафи были уже в Бенгази. Их вытеснило НАТО, - и, увы, с тех пор ситуация улучшилась совсем немного.
Скажу сразу: по-моему, за четыре месяца ТНК добился прогресса по трем направлениям. Во-первых, им удалось получить международное признание от 30 стран, но главное, они сумели получить наше признание. Это , безусловно, дает им силу в глазах мира, а также в глазах ливийского народа, которые все еще верит Каддафи. Есть прогресс и в финансах. Если в день моего приезда у них не было денег вообще ни на что, то теперь есть. Им помогают и Турция, и Катар, и Кувейт, и Эмираты. И, конечно, они надеются, что дипломатическое признание даст им ключ к замороженным ливийским активам. И, наконец, я бы сказал, что есть какой-то прогресс и в военном смысле. Они уже не убегают, встретившись с армией, а сражаются, например, под Брега, под Мисурата, в Западных горах. По их словам, они уже приближаются к Злитен, более того, когда я уезжал, они пообещали взять Брега. Им, правда, трудно, но будем надеяться.
Только не думайте, что картина радужна. Совсем нет. В их зонах, к сожалению, нет никакой безопасности. Полиции нет, она разбежалась, зато много всяких вооруженных людей, которые ведут себя плохо. Очень плохо, скажу я. Конечно, ТНК ведет работу по решению этих проблем, и мы помогаем им. Британские, французские, другие дипломаты оказывают давнение на ТНК, чтобы они обеспечили хоть какой-то порядок, потому что без этого не добраться до Триполи и не прогнать Каддафи, на что мы надеемся. Я с удовольствием отвечу на вопросы.
ВОПРОС: Kirit Radia с ABC News. (По поводу борьбы фракций в Совете, убийства Юниса и насколько все это пагубно, а также могут ли США помочь).
MR. Стивенс: Да. Это непросто. ТНК не монолит, но и ливийское общество не монолит. Там много групп, много точек зрения, там нет дружбы. Это правда. Правда, к сожалению, и то, что свои проблемы они решают насилием. Откровенно говоря, мы по сей день не знаем, кто убил Юниса. Есть масса версий, есть обещания докопаться до правды, но надежды мало. Но мы резко критикуем за это руководство ТНК, мы разъясняем им, что без единства им с Каддафи никогда не справиться, а все вопросы надо решать потом. Мы говорим с ними очень жестко, и они усвоили, что нужно упорно трудиться, создавая хоть какой-то порядок. Мы надеемся, надеемся.
ВОПРОС: (Может ли борьба фракций привести к провалу на фронтах?)
MR. Стивенс: Нет, потому что ТНК опирается не на тех боевиков, которые ненадежны. Те, на кого он опирается, очень дисциплинированны. Это первое. А второе, это то, что непослушные части – всего лишь местные ополченцы, собирающиеся время от времени для боев в своей местности. В общем плане они ничего не решают.
ВОПРОС: (Так все-таки, может ТНК контролировать свои войска?)
MR. Стивенс: Не понимаю вопроса. Если в районе Брега, Мисрата и Западных гор все-таки идут бои, значит, может.
ВОПРОС- Elise: (Судя по всему, эти люди просто не умеют ни воевать, ни работать, они умеют только делать вид, что что-то делают. Чем могут помочь им США? Что делаете конкретно вы? Каков вообще статус вашего офиса, кто там служит?)
MR. STEVENS: Верно. Хорошо. Во-первых, важно помнить, что ТНК в феврале возникло из ничего, и им приходилось начинать с нуля, так что их достижения все-таки впечатляют. Но главное, вы правы в том, что никаких институтов нет. Поймите: Каддафи никогда не создавал никаких институтов, он все сваливал на население, и теперь исправить это, сделать им нормальное правительство очень трудно. Мы помогаем, чем можем. Международная контактная группа которая собирается раз в месяц, дает советы, рекомендации, разъясняет, что без всеобщих выборов обойтись нельзя, поскольку не были избраны и не считаются вполне законными. А они не всегда согласны. Это деликатный вопрос. А всего нас там 8 человек, и этого мало. Но мне обещают увеличить штат.
ВОПРОС: (Но, все-таки, какое влияние имеют эти люди? Судя по событиям, не похоже, что население им верит).
MR. Стивенс: Ну зря вы так. Во-первых, все равно, единственная альтернатива – это Каддафи, а он крайне непопулярен в стране. Во-вторых, в ТНК входят бывшие сотрудники Каддафи, и Совет очень хочет расширить себя за счет людей с запада Ливии. Они не хотят выглядеть только представителями востока. Поэтому я уверен, что они представляют всю страну.
ВОПРОС- Стив Майерс: (Вновь об убийстве Юниса, его обстоятельствах и последствиях).
MR. Стивенс: Ну, я не хочу спекулировать. Все, что я видел, пару отчетов, кто-то валит все на лидера ТНК, кто-то на Каддафи, кто-то на исламистов. Я не знаю правды. Давайте подождем, и нам все скажут. Что касается последствий, то, кажется, повстанцы выбрали кого-то, кто в силах отвечать за Тобрук, или ищут такового, но я и тут не в курсе.
ВОПРОС: - (Привет. Мэри-Бет Шеридан из The Washington Post: (Когда все-таки все это кончится? Когда Каддафи падет? Три месяца, полгода, год?)
MR. Стивенс: Никто не скажет точную дату. Но совершенно точно, что ТНК надеется победить быстро. Они давят на режим Каддафи, и они уверены, что Каддафи рано или поздно придется бежать. Если не будет денег, если все будут против, - почему нет? Ведь, в конце концов, на фронтах идут сражения!
ВОПРОС: (Но США, действительно, готовы позволить Каддафи остаться в Ливии?)
MR. Стивенс: Ну, мы исходим из того, что этот вопрос следует решать самим ливийцам.
ВОПРОС- Камиль Elhassani от Аль-Джазира: (Готов ли ТНК к переговорам с Каддафи?)
MR. Стивенс: Повторяю, это один из самых спорных вопросов. Существуют различные взгляды, в ТНК нет единства, его фракции взывают к улице. Одни считают, что он должен уехать, другие говорят, что пусть остается, потому что иначе конца конфликту не будет, третьи тоже согласны, чтобы он остался, чтобы потом его арестовать и судить, а четвертые требуют выдать его Гааге.
ВОПРОС: (А были ли вы где-то, кроме Бенгази? Поддерживают ли люди ТНК в других местах?)
MR. Стивенс: Конечно! Ездили везде, встречались со всеми. Конечно, не там, где зона боев, а там, где позиции ТНК прочны.
ВОПРОС: Говорили ли они, какое правительство хотят после Каддафи?
MR. Стивенс: Да. Они мечтают о демократии!
ВОПРОС - Саид: (Каким образом реализуется контакт с ТНК и есть ли смысл для США поскорее открыть в Бенгази посольство).
MR. Стивенс: Ну, мы говорим с ними ежедневно. С утра до вечера. Вместе с другими представителями даем им всякие советы.
ВОПРОС: Чтобы установить приоритеты и так далее?
MR. Стивенс: Да, да. Вся Контактная группа только этим и занята. А посольство они очень хотят открыть и я думаю, скоро откроют.
ВОПРОС - Поль Рихтер с LA Times: (Каковы планы США на «после Каддафи»?)
MR. Стивенс: Да, планы есть.. Но вы же понимаете, что главное, - это планы ТНК. Они строят планы на будущее, как им обустроить Ливию. Они планируют. Процесс идет. А мы всего лишь помогаем им, подсказываем, советуем. Они очень открыты к такому сотрудничеству. И, конечно, ООН примете активное участие в эпохе после Каддафи.
ВОПРОС: (И сколько США готовы играть в начальника? Или все-таки что-то поручено будет и европейцам?)
MR. Стивенс: Ну, я думаю, у нас есть много предложений и проектов. Но, конечно, только в сотрудничестве с друзьями по Контактной группе.
ВОПРОС: (Есть мнение, что НАТО зашло в тупик, а силы Каддафи сильнее революционеров. Все больше народу требует политического решения. Что думает об этом ТНК?)
MR. Стивенс: Ну, они считают, что Каддафи должен уйти. В этом смысл их расчетов, а во всем остальном они полагаются на помощь и мнение НАТО. Они очень рады, что НАТО является частью их борьбы, и они не мыслят себя без союза с НАТО.
ВОПРОС: (Они что, ждут, что НАТО будет помогать им вечно?)
MR. Стивенс: Ну, они надеялись, что Каддафи уйдет еще в марте, но они очень терпеливы, и они, думаю, могут дождаться своего.
ВОПРОС: (Но все же, что они сами делают для своей победы?)
MR. Стивенс: Ну, они пытаются сделать все возможное, пытаются вести со бои на различных фронтах, пытаются показать всему миру, что они достойны нашей поддержки.
ВОПРОС: (Сколько в ТНК женщин? Каковы их планы на ливийские миллиарды, если они их получат? И вообще, каковы ваши личные прогнозы на эпоху «послое Каддафи»?)
MR. Стивенс: Ну, скажем прямо, процент женщин в ТНК очень мал. Да, есть такое. Но я знаю одну женщину-юриста, которая имеет возможность участвовать в обсуждении планов на будущее. А так женщин мало, очень мало.
Что касается денег, то я с ними об этом не говорил. Но логично предположить, что они будут тратить их на первоочередные задачи, на топливо, на воду, на электричество, которого нужно много, чтобы эту воду из-под земли выкачивать. Ну, конечно, будут тратить на медикаменты, на продовольствие, - как делал это Каддафи, на обустройство возвращающихся беженцев. Как же еще можно тратить эти миллиарды?
Что же касается неизбежности падения Каддафи… Я не могу сказать наверняка, падет ли он, но посудите сами: весь мир против него, весь мир за ТНК, его никто не хочет поддержать. Кто же выстоит в такой ситуации? Всем ясно, что это вопрос времени.
ВОПРОС – (Есть информация, что войска ТНК сами грубо нарушают права человека. Разве это правильно? Насколько это серьезно и как с этим борются революционеры?)
MR. Стивенс: Да, да. Я говорил с представителями Human Rights Watch, которые все это видели в разных местах, и у них очень серьезные доказательства. Мы крепко поговорили с руководством ТНК, и оно было напугано и обеспокоено. Лидеры твердо заявили, что намерены защищать права человека, соблюдать нормы международного права и человечно относиться к противнику. Они не хотят, чтобы о них думали хуже, чем о Каддафи и его солдатах. Теперь, когда они все знают о разных прискорбных фактах, они будут с ними бороться.
ВОПРОС: (Но разве это сюрприз? В Совете сидят бывшие сотрудники Каддафи, виновники тех самых злоупотреблений, из-за которых началась революция. Неужели они все так быстро исправились и стали демократами?)
MR. Стивенс: Ну, я думаю, у них проснулась совесть. А кроме того, мы их обучаем.
ВОПРОС: (Международный уголовный суд выдал ордер на арест Муаммара Каддафи. Кто жде теперь, по мнению США, должен представлять Ливию на Генеральной Ассамблее ООН в этом году?)
MR. Стивенс: Парни из Бенгази очень хотят, но на эту тему им не следует меня спрашивать. Мне очень жаль, я не знаю - не знаю.
MR. Тонер: Последний вопрос!
ВОПРОС: ()Что вы можете сказать о помощи со стороны стран региона, например, Турции? Как вы думаете, Восток все еще поддерживает Запад?)
MR. Стивенс: Ну, скажу так. Не все просто. Совсем не все просто. Но ТНК очень доволен поддержкой Катара, ОАЭ и Турции. Вот они помогают честно, от всей души.
MR. Тонер: Я думаю, это все, время вышло. У него есть другие встречи...
