«В отчете,  - указывает он, -  дается вольное описание достижений и недостатков руководства Грузии, среди которых такой пассаж, самый безобидный - "Центр Тбилиси красиво иллюминирован и украшен, однако в целом в городе царит разруха". Хм, "наблюдатели" не знают или не хотели отмечать, как выглядел город (…) четыре года назад». Спорить не стану, не знаем. Но разруху, царящую ныне, видели воочию. И  хотя ощущение сложилось такое, что Ага Магомет хан покинул Тбилиси не 200 с гаком лет тому, а лишь вчера, в документе четко сказано, что «Мы должны отметить, что в целом местные жители отмечают определенное улучшение жизни – в частности, налажена подача электричества, обуздан криминалитет, восстанавливается  газоснабжение». Впрочем, этого г-н Панфилов по понятным причинам предпочел не заметить. Как, кстати, и ремарки моих коллег о необходимости скорейшего восстановления юрисдикции Тбилиси на территории Абхазии и Южной Осетии. 

Изрядно бесит г-на Панфилова и то, что мы, находясь в Грузии, ставили своей задачей не просто фиксировать нарушения, а «проследить, будет ли задействован во время выборов так называемый административный ресурс». Иными словами, на его экстремально правозащитный взгляд применение административного ресурса нарушением не считается - видимо, при условии, что применяют оный ресурс политики, которым он симпатизирует. Позиция, в принципе, понятная, непонятно лишь, с какой стати паренек с такими взглядами позволяет себе обвинять всех без разбору в «совковости». Что касается нас, то мы стремились фиксировать нарушения, вне зависимости от того, кто их допускает, и не наша вина в том, что реальную возможность серьезно влиять на происходящее имела только одна команда.

«Далее, - иронизирует «экстремал», - приводятся описания нарушений с трех участков, описание в жанре публицистики, без предоставления зафиксированных протоколов». Упор, как видим, сделан исключительно на количестве участков (ишь ты, мол, всего три). А ведь среди «описанных нарушений» имеются и массовые вбросы, и запугивание наблюдателей и членов избирательных комиссий, и подделка официальных бюллетеней, и даже факты откровенного насилия. И «три примера», вскользь упомянутые г-ном Панфиловым, являются, увы, отнюдь не исключением. Нелишне, наверное, упомянуть и о том, что все это происходило в наиболее глухих регионах страны, вроде Ахалцихе. Именно в тех далеких от чужих глаз «медвежьих углах», где кандидат от власти в итоге и набрал нужное для победы количество голосов. Все подробности – номера участков, описания эксцессов, ФИО пострадавших – зафиксировано в отчетах наших экспертов, но… г-н Панфилов в это не верит. Не верит упорно, не верит даже тогда, когда непредвзятость наших отчетов подтверждают ему люди, которых он, вилимо, уважает (пользуясь случаем, благодарю за объективность др. Марка Григоряна, ответственного работника BBC). И требует предъявить какие-то «протоколы». Видимо, не зная, что наблюдатели – не милиция, составлять протоколы права не имеют, и даже заявлять протесты не могут, а могут всего лишь фиксировать увиденное и сообщать об увиденном общественности. Право же, как бы и недосуг объяснять г-ну Панфилову такие банальные вещи. Но - надо учить, раз уж взялся человек с таким апломбом рассуждать о том, чего не знает.

Вот, собственно, и все. Или, вернее, ничего.

То есть, «заединщикам» г-на Панфилова, конечно, и этого хватит, однако их, неповторимых, все-таки меньшинство. И «экстремал», засунув в рот палец, начинает высасывать дополнительный компромат. Он считает слова в отчете (их, оказывается, ровно 1710) и возмущается, что-де «за три недели мало». Видимо, по старой памяти перепутав миссию наблюдателей с творческой командировкой от редакции «Комсомольца Таджикистана», когда и впрямь за определенное время требовалось «выгнать» определенный объем текста. И более того, очевидно даже не подозревая, что наша миссия пребывала в Грузии с 26 декабря по 6 января, то есть, ровно вдвое меньше названного им срока. Впрочем, тут я как раз не в претензии – о более чем вольном отношении г-на Панфилова к датам, именам, цифрам и прочим скучным вещам речь уже шла.

Еще один акт насилия над пальцем порождает новое озарение: а почему в блоге Льва Вершинина помещено его фото с автоматом в руках»?! Ну что тут скажешь? Остается отвечать, как принято на моей «малой родине», вопросом на вопрос: а таки что?.. или мне нельзя дружить с отставным военным, имеющим в доме официально зарегистрированное оружие?.. или запрещено запечатлевать себя с приятной (повторяю специально для г-на Панфилова, зарегистрированной, где положено)  цацкой в руках?.. Самое забавное, что «экстремалу» по такой логике следовало бы уже уходить в подполье. Ведь никто иной, как он не столь уж давно водил дружбу с персонами, впоследствии включенными рядом государств в списки идеологов радикального исламизма. И коль  скоро так, то, получается, вполне может быть заподозрен в причастности к, допустим, трагедии 11 сентября 2001 года…

Кошмар, короче. Как ни тужится г-н Панфилов, как ни терзает палец, а получается сплошной пшик. Нет, безусловно, коммунисты (пардон, профессиональные демократы) просто так не сдаются, благо арсенал партийной журналистики велик и обилен. В ход идут и кавычки, упорно обрамляющие слово «наблюдатель» (как тут не вспомнить о «так называемых политзаключенных» советского периода?), и столь же упорно применяемое по отношению к наблюдателям словечко «шарлатаны» (слава Богу, хоть «отщепенцами» не обзывает), и прочая занимательная филология, доходящая в конце концов до полного инферно. Так, изыскав среди 1710 столь трепетно сосчитанных им слов одну-единственную грамматическую ошибку, наш борец за свободу с явным ликованием  возглашает: «нелегЕтимными (так и написано - О.П.)». Честно признаю: срезал! Есть такая буква в этом слове. И даже то, что оригинал текста написан на родном языке авторов (немецком), а на русский его переводили люди, успевшие за 25 лет проживания в Германии кое-что подзабыть, - не оправдание. Странно лишь, что столь ярко выраженный линвистический пуризм проявляет человек, воспринимающий обращение к себе по имени в звательном падеже единственного числа («Ольже»), как грубое оскорбление, и в связи с этим переходящий на виртуальные кулачки.

В общем, sapienti sat. Разумному, то бишь, достаточно. Тем более, что дело не только и даже не столько в г-не Панфилове.  
       Однако об этом позже…

(Продолжение, естественно, следует)