Часть III

Перенедоправда   

(…)по мере оформления российских владений в Закавказье даже само понятие «Грузия» исчезло с карты. «Грузинская губерния», развившаяся по мере российской экспансии в Грузино-Имеретинскую, вскорости была разделена на Тифлисскую и Кутаисскую губернии, а другие части Грузии ушли либо в состав Черноморской губернии, либо в состав Елисаветпольской губернии и Карсской области (…) Исчезновением Грузии с карты дело не ограничилось. В отвоеванных у Персии и Турции бывших грузинских землях не допускалось восстановление ничего грузинского. Даже попытки восстановления там грузинского Православия жестко пресекались имперской администрацией, а уж о языке и говорить нечего. Примеры – Закатальский округ, а также Ахалцыхский пашалык и часть Карсского пашалыка. Да и Абхазия тоже.

Честное слово, не знай я наверняка, с кем веду спор, бился бы об заклад, что данный текст написан не профессиональным историком, специалистом по Кавказу, а бойким публицистом, причем публицистом либо не очень сведущим, либо исполняющим конкретное задание, не обращая внимания на исторические реалии. Как бы то ни было, перед нами шедевр, достойный построчного анализа. Ибо:

(а) Не может «исчезнуть с карты» то, чего там никогда (или, по крайней мере, около 500 лет) не было. Во всяком случае, с карты политической. Поскольку к моменту вхождения грузинских земель в состав России Грузии как единого целого не существовало, и, вопреки утверждению уважаемого оппонента, возродилась она в этом качестве именно в составе Российской Империи. Доказательством и гарантией чего стало появление в официальном титуле Императора величания «Царь Грузинский» (значившееся ранее «Иверския, Грузинския и Карталинския областей Государь и Обладатель», согласно правилам геральдики, «ценится» куда ниже).

(b) Что касается карты административного устройства Российской Империи, то изменение названия Грузино-Имеретинской губернии служило скорее ментальному объединению Грузии, нежели наоборот (из старого наименования явственно следовало, что Имерети и Восточная Грузия населены разными народами). Сам же отказ от «этнической» привязки был отнюдь не проявлением «грузинофобии», а всего лишь следствием использования Россией опыта ведущих государств Западной Европы. В первую очередь изменившей административное деление страны на этно-исторические области (Бургундия, Нормандия, Бретань или Прованс) на удобное, способствующее созданию из множества этносов единой политической нации деление по территориальному признаку (департаменты). 

(c) Явным лукавством выглядят рассуждения уважаемого оппонента на тему, «куда какие области ушли». В реальности, войдя в состав России, ни Картло-Кахети (Тифлисская губерния), ни Имерети (Кутаисская губерния) не утратили ни пяди земель, входивших в их состав до того. Напротив, в 19-м веке территория Имерети была расширена вдвое за счет включения в её состав территорий Гурийского, Мегрельского и Абхазского княжеств, а после того как к ней же после 1878 года приписали и Батумский округ, объединение Колхиды вокруг Кутаиси можно было считать завершенным. В чем уважаемый оппонент, бесспорно, прав, так это в том, что в 1904 году север Абхазии (район Гагры) был переведен в состав Сочинского округа Черноморской губернии, однако это случилось совсем в иные времена, в иных реалиях и ненадолго.

(d) Еще более явно лукавит уважаемый оппонент, сетуя на то, что в состав Грузии не вошли «исторические грузинские территории», отвоеванные Россией у Турции в 1878 году. Земли, населенные грузинами, как раз вошли (Батумский округ!). Включать же в состав «грузинской» губернии территории, населенные преимущественно армянами и кавказскими тюрками, с точки зрения имперской бюрократии (между прочим, вполне понятной и объяснимой) было нецелесообразно, ибо чревато неприятностями. По тем же причинам не допускалось там «восстановление» Православия (кстати, автор вновь допускает досадную ошибку, говоря о некоем «грузинском Православии») и языка: совершенно понятно, что переучивать армян, тюрок и даже «бывших» грузин, принявших ислам и отуреченных, в угоду непонятно кому и чему означало бы поднести фитиль к бочке с порохом.   

(…) происходило искусственное размывание компактного грузинского этноса на грузинской территории путем массового переселения в бывшую Грузию многочисленных предствителей НЕгрузинских племен и народностей – армян, осетин и многих других. Эта политика создала «армянскую проблему»в Джавахети и «юго-осетинскую» в части Картли. Характерно, кстати, что переселяя армян на грузинские земли, царские предтечи Альфреда Розенберга в то же время заселяли исконно армянские земли (Нахичеван и Северный Карабах, например) тюркскими кочевыми племенами.

Оставляя в стороне явно публицистические, чтобы не сказать пропагандистские пассажи типа «царские предтечи Розенберга», отметим, что и здесь уважаемый оппонент чересчур односторонне трактует факты. Обсуждать затронутый им «армянский вопрос» я, пожалуй, воздержусь, исходя из того, что «историческая» принадлежность пограничных областей со смешанным армяно-грузинским населением издавна является предметом весьма ожесточенного спора между грузинскими и армянскими историками, обильно предъявляющими друг другу равно убедительные, взаимно аннигилирующие себя документы и доводы. Однозначно присоединиться к мнению той или иной стороны означало бы впасть в безусловную тенденциозность, что, видимо, совершенно не пугает уважаемого оппонента, но категорически неприемлемо для меня. Что же касается вопроса «осетинского», то автор (по неведомым мне соображениям) просто обманывает читателя. Безусловно, область Шида Картли (ныне Южная Осетия) является грузинской провинцией, однако появление там осетин никак не связано с политикой «проклятого царизма». В военной и гражданской документации начала 19-го века, а также в этно-географических отчетах (Бларамберг) и капитальных научных трудах (Дубровин) осетины Шида Картли отмечаются как один из «коренных» этносов Восточной Грузии. Да, они были подданными картлийской короны и вошли в состав России вместе с остальной Картло-Кахети, однако отрицать тот факт, что обитали они там с незапамятных времен – и уж конечно – до 1801 года, можно лишь при огромном, затмевающем всякую объективность желании.

Часть IV
На грани фола

Из Грузии была физически удалена ее верхушка (элита – называйте, как хотите) путем либо принудительного выселения в Россию, либо путем выдавливания в эмиграцию (в Иран и Турцию), либо путем привлечения в Россию наиболее талантливой и дееспособной ее части на имперскую службу. Те элементы элит, которые оставались в Грузии были отстранены от управления краем и обречены на тихую или менее тихую дегенерацию. Управление же края было передано в руки НЕгрузин – как присланных с севера, так и местных (в основном, армян).

 Как мы видим, уважаемый оппонент начинает выстраивать конструкции, противоречащие не только фактам, но и элементарному здравому смыслу. Поскольку:

(а) Говоря о «принудительном переселении» и «выдавливании», он умалчивает о том, что первая мера коснулась трех-четырех десятков человек из рода Багратиони, пытавшихся по-прежнему «царствовати и всем володети», и притом была одноразовой, а «жертвами выдавливания в Иран и Турцию» стали две-три сотни аристократов, обиженных потерей права наследовать государственные должности, возглавлять личные армии и вести феодальные войны. Никакого серьезного ущерба эта «утрата» грузинскому обществу не нанесла хотя бы в силу своей количественной мизерности. Тем паче, что "выдавливались в Иран" оппоненты грузинских царей и задолго до 1801 года.

 (b)Совершенно высосанным из пальца представляется тезис о злокозненной сущности «привлечения в Россию» местных дарований. Нет ничего более естественного, нежели стремление молодых, одаренных и амбициозных провинциалов, всевозможных д’артаньянов, растиньяков и трех сестер («В Москву! В Москву!») вырваться из глубинки и попытать счастья (не важно, военного ли, научного или статского) там, где перспективы для этого шире, и придавать этому естественному явлению конспирологический, в данном случае – «антигрузинский» смысл, по меньшей мере, смешно и несерьезно.  

(c) Прямым плевком в лицо Грузии является заявление уважаемого оппонента о «тихой дегенерации». Грузинский народ общепризнанно талантлив, а где и каким образом реализовать свои дарования, каждый решал сам. Так, скажем, отказавшись от столичной карьеры, вернулся в родные места молодой блестящий юрист Илья Чавчавадзе, ставший впоследствии лидером национального Возрождения и канонизированный Грузинской Православной Церковью, и его пример отнюдь не единичен. Вряд ли уважаемому оппоненту неизвестен тот факт, что именно 19 век стал Золотым Веком грузинской культуры. Не стану углубляться в детали - желающие могут узнать подробности, прочитав соответствующие главы «Истории Грузии», написанной уже при независимости и с отнюдь не пророссийских позиций (http://www.krotov.info/lib_sec/04_g/ruz/ia_kr4.htm); упомяну о создателях грузинской романтической поэзии Александре Чавчавадзе, Григоле Орбелиани и Николозе Бараташвили, драматурге Георгий Эристави и блестящей плеяде театральных деятелей, великих писателях Важа-Пшавела и Акакии Церетели, педагоге Якобе Гогебашвили и многих-многих других, вплоть до уже не раз упомянутого Ильи Чавчавадзе, бывшего одним из ведущих публицистов и критиков Российской .Империи, чье творческое наследие не утратило значение по сей день. Нельзя, между прочим, забывать, что вокруг каждого из этих людей-маяков формировались кружки талантливой молодежи, учеников и последователей, и если уважаемый оппонент, бесспорно, зная это, рискует все же писать о «дегенерации», мне остается лишь порекомендовать ему проконсультироваться на сей счет с друзьями-грузинами.

(d) Не менее противоречит истине и тезис о том, что грузины «не были допущены к управлению краем, которое было передано в руки НЕгрузин – как присланных с севера, так и местных (в основном, армян)». Даже не слишком специальные труды, вроде той же «Истории Грузии», предоставляют нам впечатляющий список грузин, занимавших высочайшие посты в администрации края – как, например, двое из названной выше «золотой тройки» грузинских поэтов-романтиков (генерал-лейтенант А. Бараташвили заместителем главнокомандующего вооруженными силами «российского Кавказа», Г. Орбелиани много лет занимал пост «главноначальствующего», будучи вторым лицом в администрации края); равным образом, перевода на Родину добивались и получали там весьма видные посты другие военные и государственные деятели России грузинского происхождения. Не менее активно участвовали грузины и в работе органов местного самоуправления – дворянских и крестьянских собраний, где кроме них, собственно, никого и не было, а также земских управ и городских дум. Что же касается пресловутых «армян», то их уровень в государственной администрации редко поднимался выше чего-то типа завотделом. Правда, в органах городского самоуправления, в первую очередь в Тифлисе, армянские гласные действительно доминировали. Но, опять же, не в силу «имперских происков», а в связи с исторически занимаемой социальной нишей. Если грузины вплоть до конца 19 века считали предпочтительной для себя военную или гражданскую службу, занятие свободными профессиями, наконец, труд на земле, то армянские разночинцы традиционно занимались ремеслами и торговлей, составляя основной костяк городской буржуазии, что и обусловило высокий процент из представительства в городских думах. Излишне говорит, что после реформ 60-80 годов 19 столетия соотношение сил стало меняться и на этом уровне.       

 Трудно сказать, хорошо или плохо было в России элитарным выходцам из Грузии. Думается, кому-то хорошо, а кому-то и плохо. Есть общепринятое мнение, что быть древом без корней по-любому хуже, чем быть древом с корнями. Иначе это выражается польской поговоркой: «Лучше жить среди своих хамов, чем среди чужих». Многие, я думаю, на круг все же оставались довольны, но.. для страны/края это в любом случае было плохо. Как эти люди были приняты в России (?) Представители Грузии в имперской элите – да, были и много... Народ-то достаточно талантливый, способный к военному и гражданскому делу, науке, а также традиционно склонный к низкопоклонству, а потому удобный для имперского строительства. Были-ли они дискриминированы в империи? Как я понимаю - до 1953 года не были. До 1917 года они и никак не могли быть дискриминируемы уже хотя бы в силу своего православия. А национальной российская имперская элита никогда и не была. Если смотреть на 19-й и начало 20-го, то тут налицо причудливая смесь разноплеменного аристократического и неаристократического сброда с преобладанием немецкого элемента, а также элементами великорусскими, украинскими, польскими, сербскими, татарскими, черкесскими, турецкими и многими другими (даже китайскими, шведскими и венгерскими) – оторваными от корней, перемешивающимися посредством браков и объединенными лишь служением российскому престолу и получением от престола соответствующих привилегий. На индивидуальном уровне это для многих неплохо, ну а для Грузии, конечно, плохо и даже очень.  «Второсортными» грузины стали в СССР после 50-х гг. и компании по «разоблачению культа личности Сталина». Увы, холуйские массы центральных регионов СССР начали мстить за годы страданий и унижений под кавказским сапогом Иосифа Джугашвили, которого, впрочем, Грузия россиянам и их хозяевам не навязывала и которого они сформировали сами. Но это – уже совсем другая тема.

Тут, собственно, и комментировать нечего. Соглашаясь с тем, что грузины в Империи не были «второсортны» и, более того, объясняя этот факт, уважаемый оппонент – возможно, в компенсацию за предыдущие перегибы и парадоксы – проявляет элементарную научную добросовестность. При этом, отмечу, непонятно зачем вновь оскорбляя грузин, обвинив их – всех скопом – в «склонности к низкопоклонству» (что, на мой взгляд, опровергается всей историей Грузии). Впрочем, куда важнее то, что он своими руками обрушивает едва ли не основной столп своей концепции «Грузии - колонии». Ведь, как известно, как раз «второсортность» туземцев - один из краеугольных камней колониальной политики, и на протяжении всего 19 века нельзя отыскать ни хотя бы одного индуса, сделавшего хоть какую-то административную или военную карьеру в Лондоне, а также ни одного мальгаша, принятого в «свете» Парижа. Что же касается рассуждений о преимуществах национального государства над Империей и «гнилой сущности» наднациональных имперских элит, то это уже разговор не имеющий никакого отношения к науке. Каждый имеет право на собственное мнение, и если спросить меня, то я отвечу, что, наоборот, считаю имперскую элиту, формируемую по принципу наличия личных дарований, вне зависимости от соответствия тотемов, тату и табу необходимому стандарту, куда более высоким типом социальных верхов. Если уважаемый оппонент полагает иначе, я охотно оставляю ему его тату и тотемы. В комплекте с изысками на тему «склонных к низкопоклонству грузин», «холуйских масс центральных регионов СССР» и, разумеется, «кавказского сапога».  

Итого

Приходится констатировать: поставленной цели – доказать, что Грузия все-таки была колонией России, уважаемый оппонент не достиг. Хуже того. Стремясь доказать недоказуемое, он, наверняка, вопреки собственному желанию, и чем дальше, тем больше, оказался вынужден использовать методы, едва ли приемлемые в разговоре на серьезную тему, от невинных умолчаний – через аккуратные подтасовки и подгонку фактов под заранее заданный результат - к очевидным фальсификациям, а затем к прямому обману. Поскольку же, будучи все-таки историком высокого класса, он этим внутренне явно недоволен, в конце концов мучительное противоречие между уважением к себе, как к профессионалу, и желанием любой ценой отстоять свою позицию, приводит к «сшибке» и вспышке. В итоге, как и следовало ожидать, серьезный разговор скатился в болото того самого «баловства», о котором игриво предупреждал уважаемый оппонент в самом начале своей рецензии. Соскользнув с академических высот на уровень публицистики не самого лучшего пошиба, уважаемый оппонент достаточно быстро преодолел, в сущности, не очень длинную дистанцию, отделяющую «Правду» от какого-нибудь «Штыка коммунизма». В итоге не только поставив под сомнение свою репутацию ученого-историка, но и окончательно угробив версию, которую столь беззаветно пытался защитить.