Вот,оказывается, в чем суть-им нечего бояться консерваторов-им дело надо делать. Губить души
Отец Павел, дискуссионный арт-клуб – это просто учебный практикум по миссиологии для студентов духовных школ?

И да, и нет. Не так давно в Академии появились новые клубы – это книжный клуб «Эйдос», клуб любителей авторского кино «Диалог», в стадии формирования ещё два клуба – литературный и журналистский. Кроме того, постепенно вырисовываются контуры студенческого научного общества – очень важного явления для богословской жизни духовной школы. Все эти формы деятельности – клубы, кружки, семинары – направлены на решение общей задачи: научить будущего священнослужителя занимать активную позицию в современном обществе. Ведь сегодня от пастыря ждут не только грамотного совершения богослужения, хорошей проповеди и мудрого душепопечения, но и ответов на вопросы, которые волнуют современника, и в то же самое время их очень непросто решить исключительно в парадигме святоотеческого учения. Поэтому здесь речь не столько о миссии, сколько о наведении мостов между церковным сообществом и представителями различных видов и направлений искусства. Цель этих мостов – научиться вести разговор, дискуссию в том числе и с такими деятелями в сфере культуры, которые не декларируют себя как «верные чада Русской Православной Церкви», но при этом у нас есть достаточно тем для интересного разговора с ними. Для первой такой встречи в день открытия клуба мы пригласили Бориса Гребенщикова.

Хорошо, если миссия здесь ни при чем, то почему не опера или балет, а сразу рок? Почему не классика?

Мы ориентируемся, прежде всего, на диалог с такими представителями современной культуры, которые затрагивают религиозную тематику, и в то же время едва ли легко их отнести к разряду людей воцерковлённых. Как советовал один мудрый современник, ходите всегда по самому тяжёлому и сложному маршруту – на нём вы не встретите конкурентов.

Вы начали с приглашения Бориса Гребенщикова, это явно задает формат последующих гостей. Как бы Вы определили этот формат – ведь это, как мы поняли, и не попса, и не высокое искусство, и не узкое явление субкультуры. Кого вы хотите видеть в арт-клубе?

Почему обязательно сразу так категорично – «задаёт формат»? У нас запланированы встречи не только с известными деятелями на музыкальной и театральной арене, но и писателями, художниками, режиссёрами, руководителями творческих объединений.

Можете назвать конкретные фамилии?

Отчасти, как это сейчас говорят, «это коммерческая тайна». Но после встречи с Борисом Гребенщиковым у нас запланирован творческий вечер Сергея Лукьяненко.

Не слишком ли это всё смело? Вы не боитесь негативной реакции более консервативно настроенной части православной общественности?

Боишься – или не боишься – какая разница? а дело надо делать. Я глубоко уверен, что мы не погрешаем против Истины Божией, входя в диалог с выдающимися представителями современной культуры. Апостол Павел ведь не боялся быть для язычников как язычник, для иудеев – иудеем, для беззаконных – как бы чуждым закона. Этому мастерству, точнее, искусству «быть всем для всех, чтобы приобрести хотя бы некоторых» и надо учиться всем нам – хотя бы в самой малой мере. На самом деле, это ведь один из видов духовного подвига – суметь увидеть в чужой среде, в неродном для тебя явлении Божественную искру, а не осудить сходу то, чего не понимаешь и не можешь принять. Конечно, прежде всего это помогает увидеть себя самого в контражуре – а какова твоя ценность как христианина, как части Тела Христова? Есть ли что тебе ответить на этот вызов – или не остаётся ничего другого, кроме как отвернуться и осудить?

Церковное искусство застыло в формах многовековой давности. Может стоит прилагать усилия для его реанимирования вместо того, чтобы заигрывать с современными светскими творцами?

А мы и не заигрываем ни с кем. Наша задача – ближе познакомиться и попытаться понять, что движет, чем вдохновляется современное искусство. Я не думаю, что церковное искусство закоснело в средневековых формах. Просто оно, как проверенное веками, спокойно и избирательно относится к пёстрому многообразию явлений современной культуры, и если что-то действительно оказывается полезным с точки зрения вечности, то вполне это может вобрать в себя и сделать частью церковной жизни. Живой пример тому – личность митрополита Илариона и его деятельность как композитора.

Вернемся к практической пользе арт-клуба. Что семинарист должен вынести с этих встреч и дискуссий? Например, пришел он на концерт Гребенщикова, послушал песни, задал вопросы, услышал ответы, и? Что осталось у него в голове?

Главное, что должно остаться в голове, а, точнее, в сердце – то, что настоящая красота, как и истина, всегда принадлежит Богу, и Ему одному. Если изъять из мира эти разбросанные повсюду – и прежде всего, на поле культуры – отблески Божественной красоты, любви и правды – мир тотчас превратится в настоящий ад уже здесь и сейчас. И каждый священник должен уметь отличать в том числе среди культурных событий истинное от ложного, вдохновлённое тоской по Божественному – или же питающееся процессами распада самовлюблённой личности. Конечно, в современном искусстве всё очень перемешано – и добро, и зло, и доблесть, и нечестие – но другого культурного пространства нам не дано. Поэтому остаётся одно: аккуратно и трезво знакомиться, узнавать, взвешивать и оценивать, уклоняться от злого и поддерживать, развивать, взращивать все то доброе, что уходит своими корнями в вечность.

http://www.mpda.ru/site_pub/767415.html