Снова осознанное сновидение. Проснулся минут 20 назад, записываю, чтобы не забыть.

Я шёл по городу, как будто бы без цели, проходил очень людные места — магазины, вокзалы, всё немного странное, например, вокзал больше походил на регистратуру в поликлинике. И вот я прошёл что-то похоже на пункт вербовки студентов куда-то на дальние стройки — я слышал, как по радио мужской голос громко пел песню, про пароходы и океаны. Я шёл по каким-то коридорам, пытаясь выйти, наконец, из этого пункта, и пошёл за каким-то кудрявым парнем.

Я вышел, как мне показалось, на улицу, но на деле попал в какой-то жутковатый двор (тут я, кстати, начал понимать, что нахожусь в кошмаре). Дома вокруг были явно заброшенными. Людей я не видел, кудрявый парень куда-то пропал. Во дворе было довольно-таки много странных построек — одну из них я хорошо запомнил, она напоминала купол, сделанный из арматуры, на которую, как плоть на скелет, была натянута серая синтетическая ткань, во многих местах истёршаяся и порвавшаяся. Окна в домах были по большей части разбиты, всё какое-то серое, грязное, как будто бы огромные задворки старого магазина.

Потом я услышал чей-то голос — и увидел существо, похожее на маленького грифона, которое о чём-то разговаривало непонятно с кем, роясь при этом в мусоре. Большая такая птица на четырёх ногах, покрытая короткими тёмно-оранжевыми перьями, без крыльев, с длинным клювом, чем-то похожим на клюв пеликана.

Я чем-то бросил в него — не помню, зачем. Подошёл ближе и увидел, что это на самом деле две собаки (такие же рыжеватые), только у одной из них — две головы.

Мне показалось, что я наконец-то нашёл выход, но в итоге я очутился в месте, которое во сне понимал как «театр». Огромный зал, стены которого обиты деревом. И тут я понял, что сплю. Раз я сплю, подумал я, то сейчас могу без проблем выйти отсюда, надо только открыть дверь и выйти на улицу — она будет за дверью по моему желанию. Но за дверью оказался тот же самый зал. И второй раз.

Тогда я решил крушить то, что под руку попадётся. В «театре» было много старинных высоких часов из дерева и стекла. Я начал их опрокидывать. Они падали, но не разбивались. Тогда я принялся вынимать и разбрасывать ящики шкафа с «реквизитом» (на самом деле, они были совершенно пусты). Мои действия не приносили никакого результата — выйти я так и не смог.

Вдруг из каких-то коридоров появились не похожая на себя Вика (брюнетка) и Фёдор в коляске (он уже давно в коляске не ездит, кстати), раскрасневшийся, улыбающийся и непривычно кудрявый. Я начал разговаривать с близкими и вдруг почувствовал, что засыпаю в самый обыкновенный сон. Тогда усилием воли я заставил себя проснуться.

Раньше у меня не получалось ни действовать настолько самостоятельно внутри осознанного сновидения, ни усилием воли просыпаться, ни даже помнить сон настолько хорошо, насколько помню его я сейчас.