Из всех советских руководителей лучшим, пожалуй, был Хрущев. Чудовищно необразованный, совершенно чуждый абстрактному мышлению, в чем-то очень наивный, он в то же время напрочь был лишен цинизма, искренне верил в коммунизм и хотел добра советским людям. Наделенный от природы политическим инстинктом, который заменял ему знания, он чувствовал настроение масс без всяких социологов. Своей верой он заражал окружающих. И то, что СССР не развалился вскорости после смерти Сталина, а просуществовал еще почти сорок лет, является по большей части заслугой Хрущева. Он влил новое вино своей наивной веры в старые идейные меха, придал смысл изрядно потускневшим словам. Его пытливый ум не знал ни минуты покоя, будоражил всё и вся. За это его и сняли. Но брежневская эпоха в идейном смысле не принесла ничего нового. Разве что власть предержащие попытались максимально смягчить острые углы хрущевской натуры, накладывавшей отпечаток на весь мир. Феномен Кеннеди был американским ответом на феномен Хрущева. И ушли они со сцены примерно в одно и то же время. Кто знает, как развивались события, если бы Кеннеди не убили в Далласе в 1963-ем, а Хрущева не отправили на пенсию год спустя. Эйнштейну однажды задали вопрос: что нужно, чтобы совершить открытие в науке? Создатель теории относительности высказался в том духе, что в любой области есть специалисты, которые знают, что нечто невозможно в принципе. И вот появляется чудак или невежда, который об этом не подозревает, и он совершает открытие. Вот и Хрущев был этаким Форрестом Гампом в политике.