Дневник читателя. Бегбедер Ф., Девяносто девять франков


* Название: Девяносто девять франков
* Автор: Фредерик Бегбедер
* Жанр: Контркультурная проза
* Язык оригинала: французский
* Характерная цитата: «Мораль, она, может, и занудная штука, но пока что это лучший способ отличить добро от зла»

---

Если что-то в современном мире вызывает у меня раздражение, настолько сильное, что я почти не в состоянии с ним бороться, то это реклама. Именно благодаря этому бичу мозгов я многие годы не смотрю телевизор. Именно эта дрянь отравляет мне поездки в метро: не толкотня, не испачканные ботинки! Я искренне люблю своих соотечественников, я не боюсь толпы, запихнутой в четыре стены вагона. Мне не отвратителен перегар, которым, прижатый к моей богатырской "штабной" груди, дышит мне в лицо субтильный мужичонка с завода. Я — здоровущий русский интеллигент, и не страшусь тщедушных постперестроечных пролетариев: у меня кулак с ихнюю пролетарскую голову. Таково, во всяком случае, мое мироощущение.

А вот звуковая реклама на эскалаторе сводит меня с ума, не редкость для меня проехать по лестнице-чудеснице с заткнутыми ушами. Все банеры в интернет-броузере я вырезал под корешок, но где та программа, что вычистит отвратительные рекламные щиты с выцветших линий Васьки и с унылых улиц Коломны?

Так что не стоит удивляться, что, услышав о романе Фредерика Бегбедера "Девяносто девять франков", я тот час же бросился жадно его читать, отложив все прочее запланированное на тот момент чтиво. Ведь автор "Франков" — заслуженный деятель рекламного бизнеса, ушедший в (якобы) добровольную отставку, и, оказавшись на покое, принявшийся поливать свою прежнюю работу грязью с традиционно французских левацких, антиглобалистских позиций. Читатель многое узнает о моральном облике и грязных профессиональных приемчиках подлых наследников д-ра Геббельса (метафора самого Бегбедера); о том, куда делись шестнадцать сортов комамбера, о том, как американские пенсионные фонды скупили веселую Францию и увольняют французских рабочих, о том, как щиплет в носу от кокаина, о башмаках и сургучах, капусте, королях...

По меркам западной литературы, исключительно смелый роман. Чуть ли не бунтарский. А как упивается своим восстанием автор! Как кружится его галльская голова от собственной храбрости! Я р-революционэр! разоблачитель! Купите мою книгу, поддержите борца с транснациональной гадиной! Ах, моська! Ах! По российским стандартам "Девяносто девять франков" тянут на антисистемный манифест с большим трудом. Европа, формально демократическая, давно уже не знает острой публичной полемики по принципиальным вопросам. Спектр мнений, демонстрируемый периодическими изданиями ЕС (а тем более СШэпА), при ближайшем рассмотрении оказывает узеньким, с несколькими четкими спектральными линиями. Россия, в которой до сих пор функционируют издания, оппозиционные не просто действующему правительству, но самой политической системе, и даже широкому классу политических систем, являет миру гораздо более яркий пример свободы слова и плюрализма, чем патентованная колыбель демократии. В нашем богоспасаемом отечестве есть издания, оппозиционные к системе и слева, и справа; и с религиозных позиций (соответствующих самым разным религиям), и националистических (соответствующих разным национальностям); одни хотят демонтировать рыночную экономику, другие норовят затравить народ хайеком. И у всех есть интернет-сайты и даже печатные листки, в которые строчат писаки, если не гениальные, то, во всяком случае, пишущие бегло и остроумно. Слыхано ли такое в Европах? В Европах и Бегбедер бунтарь. В России же любой наудачу взятый Проханов/Лимонов делает его одной левой.

Есть у романа и еще один маленький недостаток. Как бы мне эдак его обозначить? Попробую вот как: если любезный читатель примется за Бегбедера, будучи слегка предубежден против французов, как нации... ну, скажем, почитая их сексуально озабоченными безмозглыми бездельниками, прожигателями жизни... или полагая, что они мыслят теми частями тела, кои прочие народы используют для продолжения рода... и что француз, не думающий ежесекундно о женской юбке — почти наверняка извращенец, думающий о чем-либо стократ худшем... иными словами, если читатель придерживается о французах какого-либо подобного ложного и порочащего этот замечательный народ мнения, то я боюсь, что чтение отнюдь не развенчает этих заблуждений. Даже напротив, есть опасность, что последние лишь укрепятся: любовная линия романа оставляет впечатление причудливой амфибии старческого маразма и пубертатной озабоченности. Так что caveat emptor.

И все же, прочтите роман. Прикоснитесь к антиглобализму, всемирному движению Глупости против Зла. Дочитайте хотя бы до сцены убийства напсилоцибиненными французами американской старушки: оно того стоит.

P.S. В электронном виде "Девяносто девять франков" можно попятить с Альдебарана.