"От прагматизма к идиотизму"
Все сторонники Путина ошибаются одинаково, каждый оппонент Путина ошибается по-своему.
Пишу прямо как Лев Толстой: захотелось присоседиться к дискуссии, как сказала Латынина "лучших умов России"; заодно стащил у неё и один из заголовков. К сожалению этот заголовок отражает современную ситуацию, в том числе - предвыборную, причём в качестве прагматика выступает Путин. Идиотизм же парадоксальным образом уживается с понятием "лучшие умы России", поэтому лично я свою задачу вижу в том числе и в борьбе с идиотизмом внутри этих лучших умов (без кавычек).
Собственно борьба могла бы быть не такой уж сложной: та же Латынина написала в прошлой статье фашистскую фразу, в этой статье - поправилась. Не думаю, что она читала мою ругань за потенциальный фашизм; скорее всего сама сообразила. Но о её статье чуть ниже.
Сначала об "идиотизме". Рядом - статья г-на Берга, в которой он договорился до того, что наций - нет. Как человек, отчасти знакомый с философией, об этом прекрасном выводе я могу сказать, что это - одно из крайних проявлений идеализма, когда объективной реальности отводится нулевая роль. Человек, не знакомый с философией вообще, вполне может назвать этот вывод "идиотизмом". И ещё одно замечание: Берг не смог обойтись без мата, и украсил не слишком яркую статью яркой цитатой. Если уж его так тянет на фривольности, могу напомнить касающийся его статьи анекдот про Вовочку, который на замечание учительницы: "Нет такого слова!" думает: "Как же так? ... есть, а слова - нет?". Если чуть серьёзнее, то г-н Берг отказывает людям в праве ощущать себя представителем определённой национальности со своей культурой и т.д., а по большому счёту - и частью нации. Так что пожалуй любой последовательный идеалист - это не демократ.
Можно было бы не обсуждать откуда взялся сей "идиотизм", но в данном случае можно отыскать потерявшуюся содержательную часть: она находится в статье Скобова, который совершенно справедливо отмечает, что для сплочения нации требуется "четко и внятно называть внешнего противника".
Не вопрос! Вспоминаем про наших "прагматиков". По случаю религиозного праздника напомню, что Христос сказал что-то вроде "где богатство твоё - там и сердце твоё". Конкретизировал для нашего случая Бжезинский: если деньги вашей элиты лежат у нас, то вы разберитесь - ваша это элита или наша. Про "нашу" это он, конечно, загнул: вряд ли кто-то там считает этих людей своими. Скорее всего отношение к ним презрительное, как и к любым персонажам, обобравшим свой народ и жирующим "в цивилизованных странах". (Бедный Лавров: ему приходится выдавать интересы этих людей за интересы России.)
Так вот: нация - вымирает, а деньги и сердце "элиты" - за пределами России. Люди в России уже сейчас не считают эту "элиту" своей; остаётся лишь осознать, что она действительно вполне "внешняя". А не внешняя - пусть докажет. А не доказывает - надо объяснить, и не только уговорами.

Но возвращаюсь к статье Латыниной чтобы затронуть ещё один важный вопрос. Латынина вдруг прозрела, и обнаружила разницу между нацизмом и коммунистической идеологией: "Вовсе не любой национализм является нацизмом, но любой национализм несовместим с коммунистической идеологией. Нацизм как тоталитарная идеология, провозглашающая общность толпы на основе крови и расы, противостоит тоталитарной идеологии, основанной на классовой общности."
Как она теперь будет оправдываться перед "либералами" - не знаю. Ведь мало того, что разницу увидела; ещё ведь теперь и "тоталитарность коммунистической идеологии" под угрозой: попробуйте доказать, что в СССР рабочие подавляли крестьян; а без этого - где же тоталитаризм, основанный на классовой общности? Ну и ещё тезис, с которым я готов и согласиться, и не согласиться: "всякая идеология опасна".
Разберёмся во всём этом.
Во-первых - об общности. Нужна ли общность вообще? Только самый отчаянный либерал может сказать: "нет, не нужна!". Нормальные люди считают, что нужна. Чем плоха национальная общность, или классовая общность? С моей точки зрения - ничем.
Теперь об идеологии. Идеология появляется тогда, когда есть некая не вполне естественная концепция устройства государства, и именно из-за некоторой неестественности требуется каждый день говорить много слов большому количеству людей чтобы эти люди в эту концепцию в какой-то степени верили.
Демократия тем и сильна, что это - довольно естественный способ взаимодействия людей, в том числе и в форме взаимодействия национальных общностей в России, сложившихся за долгое время. Большевики со своим интернационализмом очень поспособствовали тому, чтобы межнациональные отношения были близкими к оптимальным для многонациональной демократической страны: в национальных республиках местные имели некоторые преимущества, но эти преимущества не выходили за некоторые границы. Установление таких границ - это и есть "культурное доминирование", и я не вижу повода называть эту конструкцию "империей". Слова об "империи" произносят люди, которые не хотят видеть достижений большевиков в построении вполне демократического взаимодействия между национальными образованиями. Сами же эти критики на самом деле не верят в возможность демократического сосуществования национальных образований. Верят ли они вообще в возможности демократии, если объективно существующие успехи для них - не аргумент?

Я верю, что демократическое сосуществование национальных образований возможно. Но я понимаю также, что саму демократическую доминанту, формат взаимодействия иногда требуется поддерживать силой, в том числе - военной силой. Абсолютно чистыми и безоблачными эти действия быть не могут. Тут важно понимать, что и государство, и конкретные люди "играют как умеют". Нужно, конечно, иметь моральную планку, которая есть и у Скобова, и у того же Пионтковского, но не следует впадать при этом в идеализм, объявляя все действия государства неправильными или даже преступными только по той причине, что они не соответствуют твоей высокой моральной планке. Нельзя уравнивать действия солдат, убивающих боевиков по приказу государства, и боевиков, убивающих солдат. С моей точки зрения (как гражданина государства) ВСЕ действия боевиков - преступны. Что касается солдат, то они тоже могут совершать преступные действия, но то, что эти действия преступны - должно быть доказано в суде.
Крайней формой идеализма в этом вопросе является пацифизм. Понимаю: Сергей Ковалёв считает себя умнее Сергия Радонежского; Сергей-3 при этом вспоминает, что и сам скромностью не страдает. Но по существу вопроса: я не возражаю против присутствия в публичном поле пацифизма как одной из форм религии, доводящей до абсолюта принцип "не убий". Но я возражаю против пацифизма как практического политического подхода. Пацифисту говорят: "Людей же поубивают!", а он: "Ну и что! Зато принцип будет сохранён!" - это уже в чистом виде идиотизм, без всяких кавычек.
Это не концепция.

Вот что обязательно должно существовать для успешности государства - рациональная (а не эмоциональная) концепция. Но для продвижения концепции в жизнь не обойтись и без соответствующей идеологии.

Отсутствие концепции, когда стратегическая цель не объявлена, по-существу делает власть одним из видов бизнеса, что в моих представлениях вполне соответствует либеральному идеалу.