|
|
Пишет silva2103 (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} silva2103)@ 2007-07-17 23:18:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
"Минувшее"
«Будет ли наш прах покоиться в родной земле или на чужбине – я не знаю, но пусть помнят наши дети, что где бы ни были наши могилы, это будут р у с с к и е могилы, и они будут призывать их к любви и верности России».
Князь Сергей Евгеньевич Трубецкой "Минувшее"
«Я хорошо помню волнительный февральский день…
«Началось», - подумал я, и сердце мое сжалось. «Началось!» - думали вокруг меня почти все мои сотоварищи по работе в Земском Союзе, и сердца их бились от радости… Добрая половина этих людей – большей частью, хорошего интеллигентского типа – были совсем не революционерами, но они верили, что над Россией «Занимается заря свободы»… Не один из них в скором будущем пал под пулями большевиков.
Я… никогда в жизни не испытывал такого душевного одиночества, как в эти тяжелые дни…
«Будет ли наш прах покоиться в родной земле или на чужбине – я не знаю, но пусть помнят наши дети, что где бы ни были наши могилы, это будут р у с с к и е могилы, и они будут призывать их к любви и верности России».
Князь Сергей Евгеньевич Трубецкой "Минувшее"
«Я хорошо помню волнительный февральский день…
«Началось», - подумал я, и сердце мое сжалось. «Началось!» - думали вокруг меня почти все мои сотоварищи по работе в Земском Союзе, и сердца их бились от радости… Добрая половина этих людей – большей частью, хорошего интеллигентского типа – были совсем не революционерами, но они верили, что над Россией «Занимается заря свободы»… Не один из них в скором будущем пал под пулями большевиков.
Я… никогда в жизни не испытывал такого душевного одиночества, как в эти тяжелые дни…
Во Псков, в штаб Северного фронта приехал Государь. Я в тайне сердца во многом критиковал Государя – не такой был нужен России царь в такую эпоху! – но, по совести, я всегда был верен ему.
Ярко помню чувство безграничной жалости к Государю, охватившее меня. Много позднее я прочел запись в его дневнике: «Кругом измена и трусость и обман!» Каким-то телепатическим чутьем, вообще мне отнюдь не свойственным, я тогда почувствовал, что у Государя должно быть именно это на душе.
С непосредственностью, опять же мне не свойственной, я вдруг велел подать мне автомобиль. Я решил ехать на вокзал, туда, где был Государь…
Немедленно за этим импульсивным решением в моей голове заработала критическая мысль: зачем я, собственно, еду? Ведь не могу же я думать в такой момент просить аудиенции… Принят я все равно не буду, а если бы даже – что невозможно – я был бы принят, то что бы я сказал Государю?
Был вечер. Вокзал был как-то особенно мрачен. Полиции было очень мало. Я не имел никакой определенной цели, но действовал как автомат, за которым я же, но как бы со стороны наблюдал. Это был, кажется, самый яркий случай раздвоения моего сознания.
«Где поезд Государя Императора?» - решительно спросил я какого-то дежурного офицера…
…Я стоял рядом с адъютантом.
Стоянка царского поезда на занесенных снегом, неприглядных запасных путях производила гнетущее впечатление. Не знаю почему – этот охраняемый часовыми поезд казался не царской резиденцией с выставленным караулом, а наводил неясную мысль об аресте.
В окне царского вагона показалась какая-то неясная фигура: человек в военной форме смотрел в нашем направлении.
…Я смотрел в сторону этой неясной фигуры в окне и думал, как-то совсем по-детски: «Если это Государь, пусть он почувствует, что вокруг него есть преданные ему люди»…
Князь Сергей Евгеньевич Трубецкой, старший сын известного русского философа и общественного деятеля Евгения Николаевича Трубецкого (1863-1920).
Родился в Москве в 1890 году, в доме деда с материнской стороны, кн. А.А.Щербатова, на Большой Никитской, д. 54. Занимался философией на историко-филологическом факультете Московского Университета, который окончил в 1912 году.
После Октябрьской революции стал членом в Москве тайных организаций – «национального центра» и военной комиссии «Тактического центра».
В январе 1920 года арестован ЧК и после следствия на Лубянке приговорен Верховным трибуналом РСФСР к расстрелу, с заменой на 10 лет заключения. Как вспоминает Трубецкой, в ожидании приговора в тюрьме ВЧК главным для него было – сохранить присутствие духа и принять смерть достойно.
Осенью 1922 года С.Е.Трубецкой был выслан из СССР в Германию в числе более чем ста русских интеллигентов и общественных деятелей.
Работал в Русском Обще-Воинском союзе, был сотрудником генерала Кутепова, а затем генерала Миллера.
После прекращения деятельности Воинского Союза в 1938 году занялся переводами и публицистикой.
Скончался С.Е.Трубецкой в Кламаре в 1949 г.
Ярко помню чувство безграничной жалости к Государю, охватившее меня. Много позднее я прочел запись в его дневнике: «Кругом измена и трусость и обман!» Каким-то телепатическим чутьем, вообще мне отнюдь не свойственным, я тогда почувствовал, что у Государя должно быть именно это на душе.
С непосредственностью, опять же мне не свойственной, я вдруг велел подать мне автомобиль. Я решил ехать на вокзал, туда, где был Государь…
Немедленно за этим импульсивным решением в моей голове заработала критическая мысль: зачем я, собственно, еду? Ведь не могу же я думать в такой момент просить аудиенции… Принят я все равно не буду, а если бы даже – что невозможно – я был бы принят, то что бы я сказал Государю?
Был вечер. Вокзал был как-то особенно мрачен. Полиции было очень мало. Я не имел никакой определенной цели, но действовал как автомат, за которым я же, но как бы со стороны наблюдал. Это был, кажется, самый яркий случай раздвоения моего сознания.
«Где поезд Государя Императора?» - решительно спросил я какого-то дежурного офицера…
…Я стоял рядом с адъютантом.
Стоянка царского поезда на занесенных снегом, неприглядных запасных путях производила гнетущее впечатление. Не знаю почему – этот охраняемый часовыми поезд казался не царской резиденцией с выставленным караулом, а наводил неясную мысль об аресте.
В окне царского вагона показалась какая-то неясная фигура: человек в военной форме смотрел в нашем направлении.
…Я смотрел в сторону этой неясной фигуры в окне и думал, как-то совсем по-детски: «Если это Государь, пусть он почувствует, что вокруг него есть преданные ему люди»…
Князь Сергей Евгеньевич Трубецкой, старший сын известного русского философа и общественного деятеля Евгения Николаевича Трубецкого (1863-1920).
Родился в Москве в 1890 году, в доме деда с материнской стороны, кн. А.А.Щербатова, на Большой Никитской, д. 54. Занимался философией на историко-филологическом факультете Московского Университета, который окончил в 1912 году.
После Октябрьской революции стал членом в Москве тайных организаций – «национального центра» и военной комиссии «Тактического центра».
В январе 1920 года арестован ЧК и после следствия на Лубянке приговорен Верховным трибуналом РСФСР к расстрелу, с заменой на 10 лет заключения. Как вспоминает Трубецкой, в ожидании приговора в тюрьме ВЧК главным для него было – сохранить присутствие духа и принять смерть достойно.
Осенью 1922 года С.Е.Трубецкой был выслан из СССР в Германию в числе более чем ста русских интеллигентов и общественных деятелей.
Работал в Русском Обще-Воинском союзе, был сотрудником генерала Кутепова, а затем генерала Миллера.
После прекращения деятельности Воинского Союза в 1938 году занялся переводами и публицистикой.
Скончался С.Е.Трубецкой в Кламаре в 1949 г.
