Конец прекрасной эпохи
Целый год я мечтал стать алкоголиком.

Не таким алкоголиком, какой я сейчас, – когда сначала пиво, потом водка, потом немного «Алиготе» и опять замкнуть пивком. То есть, так тоже можно, но очень уж Эмпедокл меня пугается.

Нет, не таким алкоголиком я хотел быть, а настоящим, какие собираются на лавке у нашего подъезда.
Сколько в них непостижимого достоинства, какая метафизическая отрешенность от кошмаров бытия!

Вот они поутру собирают у помойки бутылки и отправляют парламентера за портвейном «100». Бутылка за 34 рубля, выпиваемая по-братски вкруг.
Вот к ним подходят люди и осведомляются, где тут можно купить самогону. Они деликатно помогают дойти до дилера – за подсказку им полагается полстакана.

А вот они тонко ругают Ходорковского и вдумчиво хвалят Андропова. Это значит, что на сегодня нужный градус достигнут, и какими же лучистыми глазами они теперь смотрят на мир!

В квартале их все знают, и выносят им сухарики, и дают им сигареты. В мороз их не гоняют из подъездов, и дарят пустые бутылки.

У них есть королева, толстая баба с испитой мордой, зимой и летом в свалявшейся искусственной шубе. К ней всегда обращаются на Вы, и ей всегда первый глоток.

Община, прости меня, Господи! Живая славянофильская община в действии!

Я целый год до сего дня мечтал стать алкоголиком, а сегодня мечта себя изжила.
Не знаю, из-за чего они подрались, но на лавке их сейчас нет. Один из них валяется в подъезде. Кажется, с пробитой головой.

И что мне с ним делать, если скорая не заберет?