В начале осени я мечтала о том, как наступит весна, и я уеду в отпуск. Побродить по чистенькой Европе, посмотреть на средневековые замки Германии и все такое. Но в ноябре солнышко закатилось в наши болота, да там и осталось. К февралю, замученная темнотой, холодом и сыростью, поймала вирус. Может, каким-то женщинам болезнь придает аристократическую бледность, а кашель у них звучит нежно, как флейта пикколо, но это не про меня. Пробегав две недели с бронхитом, я приобрела зеленоватый цвет лица, а про звуки, доносившиеся из грудной клетки, моя бабушка говорила «перхает, как овца». К апрелю стало ясно, что никаких прогулок по Европе мне не выдержать. И вообще ничего не выдержать без главного витамина – солнца. Поэтому собралась быстренько - и в Египет.
Не надо мне ни впечатлений, ни видов, ни экскурсий. Есть, спать и плавать, как водоросль. А главное, никого не видеть, ничего не слышать.
Прилетаю. Привет, Хургада, давно не виделись. Солнце шпарит, море, как голубая эмаль. Цвет неба – из другой гаммы, противоречит цвету моря. Прихожу на пляж. Мама дорогая! В России - праздники. Ночью высадился десант прилетело четыре чартера. На пляже некуда поставить ногу. Везде – пэчворк из тел разного окраса. Бело-голубых (это я о цвете кожи, а не о том, что вы подумали) больше. Через час они становятся розовыми, через три – красными, к вечеру начинают пахнуть паленым мясом.
Закрываю глаза, чтобы только шум ветра и моря. Тишины мне хотелось? Ага, ага.
- Мадам, массаж, египетский массаж. Дешево, на курс большие скидки. Парадайз-сеанс всего за 60 долларов…
- Мадам, сафари, сафари на квадроциклах…
- Центр кожи и меха, скидки, скидки…
- Мадам, катание на верблюде. Фотография на память. Верблюд Оскар, смотрите, воооот...
Открываю глаза. Да, передо мной верблюд с идиотским веночком и розовыми очками на морде. На шее фломастером написано «Оскар». Изыди со своим верблюдом. Закрываю глаза.
- Коооооля, отойди от воды…
- Mamma mia… - наращивая децибелы, АББА вываливается из динамиков на территории соседнего отеля.
- Зарьядка, зарьядка! Бесплатно, хальява! – местный аниматор собирает народ, приобщает к здоровому образу жизни.
На пальму садится ворона и орет во все воронье горло. Ворона на пальме - как наш посконно-домотканый колобок, закатившийся в сказку из 1001 ночи. Прямо под ухом раздаются вопли. Под пальмой дерутся коты. Коты в Египте все отливаются в одной форме, как сувениры. Длинноногие, тонкокостные и тощие. Налетает ветер, пальмы гнутся и шуршат.
- Мадам, массаж, массаж…
- Сафари, сафари на квадроциклах…
Боже мой, в этой стране безмолвны только медузы. Стискиваю зубы. Где взять силы, чтобы выдержать этот отдых?
Вечером с девушками идем гулять. Вдоль дороги – магазины, лавки и ларьки. Каждая лавка – супермаркет. Хозяева бегают за туристами, преграждают дорогу.
- Как тибя завут? Как дила? – каждый первый хочет это знать.
Думаю о том, что хорошо бы пересмотреть уголовный кодекс и ввести смертную казнь наказание за нездоровый интерес к чужим «дилам».
Отмахиваемся и проходим дальше. У следующего наногипермаркета подбегает еще один неравнодушный.
- Как дила? Мадам, - пытается схватить он меня за руку, - смотрите, какой шоколадный заяц.
Шоколадный заяц – это щуплый парнишка лет 16-ти, сидящий на ступеньках.
- И что? – интересуюсь я.
- Он хочет жениться.
- Больно молодой он для жениха, - хохочем мы.
- Нет, ему 35 лет. Он хочет жениться на русской, - и, наклонившись к самому уху, добавляет – Он хочет «Феррари».
О, святая простота! Интересно, знают ли они следующую строчку песни, ту, которая идет за словами «я шоколадный заяц»?
Накупив всякой ерунды, возвращаемся в отель.
Утром снова солнце, снова море и снова массаж, квадроциклы, хальява и верблюд Оскар. Музыка несется уже с двух сторон – в правом ухе страдает Тото Кутуньо, в левом дребезжит арабский шлягер. В нашем отеле тоже есть динамики. Чуть позже появляются вороны и коты.
День идет за днем. См. предыдущий абзац. Только Тото Кутуньо сдает вахту Хампердинку, потом Крису Ри и далее везде.
Так отпуск и прошел. Под катом немножко Египта, египтян, верблюд Оскар и я.
Это натуральный цвет воды в Красном море - никакого фотошопа.
Верблюд Оскар. Хозяин водит его не на веревке - она, как вы видите, провисла. Он водит его на жестком шнурке, продернутом прямо через ноздрю. Такой пирсинг по-египетский. Шнурок уже прорезал ноздрю до середины, но деться Оскару некуда.
Маленькая египетская цапелька прилетает каждый день. Таскает рыбешек из воды, людей не боится, но дергать себя за хохолок не позволяет.
Мальвы вокруг пальмы выглядят так же неожиданно, как и вороны в ее ветвях.
Кот Хилтон - местный царь горы. Дерется даже с собственной тенью и трахает все, что шевелится.
А вот этот продавец ни за кем не бегал. Степенный такой, а глаза добрые-добрые. Но почему-то очень легко представила его с кинжалом в зубах и с ятаганом на поясе.
Креативная реклама. Раз древние египтяне курили кальян, значит, это удовольствие, проверенное временем.
Восточная пышность. Не знаю, насколько это все функционально, но выглядит богато.
Ну, а это я. Выгуливаю шляпу в Африке.
![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small}
sono)
