Недостроенный сруб баньки я решила превратить в гостевой домик. Энтузиазм бил через край. На календаре был июль – половина строительного сезона была уже позади. Но терять еще и вторую половину мне не хотелось. Я стала искать строителей.

И тут меня ждала первая неожиданность: все строители были заняты. Я звонила в строительные фирмы и разговаривала с бригадами частников, строивших дома в нашем садоводстве. Все были загружены до зимы. Конечно, можно было подождать до следующего года, но человек устроен так, что ему нужно все и сразу.

Надо ли ломиться в дверь, которую судьба наглухо закрыла перед твоим носом? Может быть, ей виднее, и мы вовсе не должны в нее входить? Есть такое мнение, что, начиная какое-то дело, стоит прислушаться к сигналам, которые посылает нам судьба. Типа наш ангел наблюдает за нами с небес и подсказывает, что туда де идти нельзя. Или можно, но позже. Или сейчас, но по-другому. Сигналы сыпались на меня со всех сторон, как мусор из дырявого пакета.

Я придерживалась другого  взгляда на действительность: несгибаемое намерение изменяет ткань реальности. И все неприятности и проблемы следует преодолевать, не возмущаясь распутной девкой Фортуной своей судьбой и не опуская руки - это просто высшие силы нас испытывают. Выдержал испытание – молодец! - возьми с комода пирожок. Вот за этим-то пирожком я и устремилась – а как же, под лежачий камень вода не течет!

Я искала рабочих, нарываясь каждый раз на отказ. И делала попытки снова и снова. Наступил момент, когда бетонная стена, поставленная ангелами между мною и грядущими неприятностями, рухнула под ударами моего лба. Забежав на минутку в строительный магазин, чтобы купить электролампочек, я встретила там Гришу – прораба, под руководством которого бригада делала ремонт в моей квартире.

- Гриша! – радостно сказала я, поздоровавшись. – А коттеджи вы строите?
- Строим, - ответствовал Гриша после некоторой паузы.
- А свободные люди у вас есть?
- Будут в начале августа. У меня работают молдаване. Они недавно закончили большой объект и поехали на две недели домой. В начале августа как раз и вернутся.

Договоренность была достигнута. Мы с Гришей приехали на участок, чтобы обсудить план работ. Проект гостевого дома у меня был - я нарисовала его сама.

С внутренней планировкой я справилась отлично. Это пространство было мне по силам. Я переезжала в своей жизни множество раз, множество раз делала перепланировки в квартирах и расставляла мебель. Решив, что опыта у меня достаточно, я  нарисовала и весь дом. У дизайнеров это называется «строить дом изнутри».

Не повторяйте моих ошибок!

Забегая вперед, скажу, что до сих пор я смотрю на него с унынием. Пропорции крыши были хоть и незначительно, но нарушены. Золотое сечение никто не отменял. Даже не зная, что это такое, человек прекрасно замечает некую неправильность соотношения высоты здания и высоты крыши. Треугольный фронтон над боковым фасадом первоначально предполагал устройство чердачного окна. Но слишком низкая крыша привела к тому, что окно в нем неисправимо испортило бы вид дома с этой стороны. Окно пришлось отменить, а фронтон остался как памятник моей глупости. Перестраивать дом сейчас у меня нет возможности – я в нем живу. Но тогда, в 2004 году, на бумаге все казалось красивым. Я была горда собой!

Обсудив проект, мы перешли к вопросу о фундаменте. Сруб несостоявшейся баньки стоял на фундаментных блоках. Это такие большие-пребольшие бетонные кирпичи. Но дом – не банька., он больше по площади. Фундамент нужно было расширять.

- Гриша, что будем делать? – спрашивала я, мучимая любознательностью неофита. – Ленту? Или можно расширить за счет таких же блоков?

Гриша многозначительно молчал, ходил вокруг баньки, потом выдал резолюцию: «Надо поговорить с консультантом».

Через день вместе с Гришей приехал его знакомый – специалист по фундаментам. Началось обсуждение. Я слушала их, затаив дыхание – профессионалы беседуют, ага! Диалог был примерно таким.

Гриша: Блоки потянут или нужна лента?
Консультант (обойдя баньку по кругу): Деревянный дом легкий. Блоки потянут.
Гриша: Ну и ладно.

Конвульсиум консилиум был завершен. Судьбоносные решения приняты. Оставалось дождаться молдаван из отпуска.

К их возвращению Гриша купил на выданные мною деньги новенькую бытовку и привез ее на участок. 7 августа бригада прибыла в город и со всем скарбом расположилась в бытовке. Я приехала в садоводство всего на два часа позже них и остановилась, потрясенная открывшейся картиной.


Это бытовка через три дня после начала работ. К ней уже приделана, по выражению
прораба, "молдавская веранда", и проведено электричество.

Бытовка состояла из двух отсеков. За два (!) часа в одном из них – большем по площади – пол  закрыли сколоченными из досок лежанками с расстеленными на них пестрыми ватными одеялами. В маленьком отсеке был устроен стол, на котором стояла электрическая плитка и лежала гора посуды. В углу появилась корявая полка с запасами макарон, круп и консервов, а снаружи у входа – скамейка, на которой, как попугайчики на жердочке, сидели пятеро рабочих. Казалось, что они сидят, пустив корни, уже как минимум неделю.

Работа началась. Молдаване копали траншею, чтобы подсыпать подушку под фундаментные блоки, а я занялась добыванием воды.

Вода у нас расположена довольно близко – горизонт залегает примерно на 15-метровой глубине. Я прозвонила несколько фирм, занимавшихся бурением скважин, и сравнила цены. Победила халява та, телефон которой я сняла со столба у въезда в садоводство - они запросили меньше всех.  Бурильщики приехали через три дня на видавшем виде пепелаце. К вечеру пепелац сломался и процесс встал.


Пепелац сломался.
 

- Татьяна, нужна гравицапа запчасть, - кричал мне в трубку бурильщик. – Нам самим ее не привезти! Нам вообще отсюда не выехать.


Ждем гравицапу. Процесс стоит.
 

Кто бы сомневался. Глядя на их установку, я удивлялась, как они вообще добрались до садоводства, и опасалась, что это чудо техники останется у меня на участке навсегда. Пришлось ехать, забирать бурильщика с собой и везти по магазинам. Гравицапу мы купили, пепелац был отремонтирован, и еще через день скважина была готова.


Это и есть вожделенная скважина. В трубу опущен погружной насос - перед тем,
как начать ею пользоваться, скважину нужно прокачать.

Заодно бурильщики нарисовали мне геологический разрез наших земель – это просто сделать, глядя на породу, которую бур поднимает с глубины. Непосредственно под тонким слоем почвы находился шестиметровый пласт глины.
 

За всеми этими хлопотами я совсем упустила вопрос с фундаментом. На какую глубину была отрыта траншея, в которую засыпали песок и щебенку – подушку для бетонных блоков – я до сих пор не знаю. Блоки кое-как связали между собой арматурой. Можно было начинать строить коробку дома.

Судя по результатам , это был первый фундамент, который строила эта бригада в своей жизни. Но последствия я ощутила только зимой 2005 года – первой зимой, которую я провела за городом. Эта зима была уникально холодной – морозы начались уже в ноябре, и до апреля не было ни одной оттепели. В январе больше недели температура держалась на отметке – 32 градуса.

Когда после Нового года  грянули морозы, мой дом стал издавать странные звуки. Он кряхтел и стонал по ночам. В стенах время от времени раздавался треск, похожий на пистолетный выстрел, а в санузле между полом и стеной появилась щель, увеличивающаяся с каждым днем. Перестали закрываться межкомнатные двери. Казалось, что дом ворочается, устраиваясь поудобнее, но никак не может найти правильного положения.

- Избушка-избушка, стань к лесу задом, ко мне передом, - бормотала я, глядя по утрам на полы, за ночь заметно отклонившиеся от горизонтали, и дверные косяки, изменившие форму.

Соседям приходилось еще тяжелее. В коттедже через дорогу заклинило входную дверь, в другом доме – дверь в гараж. Целый месяц хозяин не мог выкатить машину. Треснуло несколько каменных домов.

Я отделалась легким испугом. Покачавшись, мой маленький легкий домик встал на место. С тех пор он покачивается каждую зиму, но уже не так сильно. Но даже это легкое покачивание вовсе не кажется мне правильным и приятным.
 

Вода, находящаяся в глине, замерзает. Где-то ее больше, и она расширяется сильнее, где-то меньше. Земная твердь, кажущаяся нам незыблемой, начинает двигаться. Движется она неравномерно. Именно поэтому при строительстве фундаментов отсыпку или забивку свай проводят с учетом глубины залегания грунтовых вод и глубины промерзания почвы, характерной для данного региона.

Основные параметры фундамента должны быть рассчитаны специалистами. Но часто ли делаются эти расчеты? В большинстве случаев для строительства фундаментов привлекают гастарбайтеров. Количество арматуры определяется на глазок. Что касается глубины промерзания, то для Петербурга и Ленинградской области она принимается равной 1,4 метра. Не раз в разговоре с людьми, собирающимися строить ленточный или свайный фундамент, я слышу о глобальном изменении климата. Дескать, холодных зим теперь не бывает. Но в 2005 году почва промерзла до 1, 8 метров! Одной-единственной холодной зимы бывает достаточно, чтобы стены добротного каменного коттеджа, простоявшего до этого не один год, треснули, как будто они сделаны из стекла. Таких домов только в нашем садоводстве стоит больше десятка. Так надо ли экономить на фундаменте? Любой дом можно достроить и перестроить – перестроить фундамент, на котором уже стоит здание, практически невозможно.

На сложных грунтах сейчас часто строят так называемую плавающую плиту. Это самый надежный тип фундамента – она движется, лежа на поверхности земли, и дом, стоящий сверху, движется вместе с ней. К сожалению, это самый дорогой фундамент из всех. Несколько раз приходилось видеть одну и ту же ошибку при его заливке. Канализационная труба, ведущая к септикам, а также водопроводные трубы (или канал для них), заводятся под плиту до ее заливки и жестко фиксируются раствором. А теперь представьте, что зимой плита начинает двигаться. Вопрос: что будет с трубами? Ответ напрашивается: их просто срежет. И таких случаев более чем достаточно!

Отдельно стоит вопрос о гидроизоляции фундамента. Петербург построен на болотах, подземные реки текут под нашими домами. Во многих зданиях штукатурка в подъездах крошится и осыпается.  Это грибок, поселившийся на фундаменте с нарушенной гидроизоляцией. Картина встречается так часто, что ее воспринимают как нормальную. И, начиная строить собственный дом, о гидроизоляции задумываются не сильно. Как правило, ограничиваются дренажной канавой, устроенной вокруг дома, да куском рубероида, подложенным под нижние венцы, если дом деревянный. О том, что давно существует множество гидроизолирующих растворов для пропитки бетона,  многие даже не подозревают.
 

Еще один вопрос – утепление фундамента. Потери тепла происходят не только через стены и окна, но и через полы. Простая теплоизоляция полов дает неполный эффект. А если у вас часть помещений (гараж или погреб) расположена ниже уровня земли, то утепление становится просто необходимым.
 

Резюме.

1. Закажите расчет фундамента специалистам. Примите глубину промерзания чуть больше нормативной для вашей местности. Это сделает фундамент дороже, но убережет вас от катастрофы в аномально холодную зиму.
2. Хорошо обдумайте, как именно коммуникации будут заводиться в дом. Даже если  вы собираетесь проводить канализацию далеко не сразу, ввести трубы в дом лучше на этапе заливки фундамента, чем потом долбить отбойным молотком армированный бетон.
3. Позаботьтесь о гидроизоляции. Относительно небольшие деньги избавят вас от сырости в доме и увеличат срок службы фундамента.
4. Утеплите фундамент. Это недорого, но позволит вам сэкономить на отоплении большие деньги в дальнейшем.