Итак, как я уже сказал, ваше социал-фаши­стское правительство попытается разрешить кри­зис капиталистического режима за счет рабочего класса; оно захочет ввести фашистскую диктатуру: оно захочет ускорить интервенцию против СССР. (Шум, звонки.) Я повторяю: оно захочет. Об аппетите спорить не приходится. Ваше прави­тельство имеет изрядный аппетит, — оно всего захочет.

Не забывайте, что вы производите ваши расчеты без хозяина, а хозяином в этом случае будет пролетариат и его коммунисти­ческая партия. И сегодня или завтра, раньше или позже, этот хозяин поставит крест на всех ваших расчетах. (Беспрерывные возгласы.) Тру­дящиеся нашей страны, шкуру которых вы здесь делите, покажут вам, что нельзя безнаказанно на их горбу камни дробить. Помните, что иногда капли достаточно, чтобы переполнить чашу. Своими первыми насилиями вы возвестили войну рабочему классу. Вы объявляете войну рабочим и компартии. Хорошо. Мы принимаем этот вызов. Мы также отвечаем войной!

Что стоит за вами? Вы имеете школы, имеете церкви, имеете ротационные машины, (Депутат Кирпал, социал-демократ. А вы имеете полит­бюро!) А вам это что, поперек горла стало? Вам служат продажные перья, продажные языки и прочая порнография. (Крики, звонки.) В вашем распоряжении шпики, полицейские, жандармы, армии и виселицы. (Постоянные вы крики.) На вашей стороне — социал-фашисты, которым еще сегодня, еще до сих пор удается удерживать за загородкой значительную часть рабочего класса, удается впрягать его в ярмо капитала. (Шум. Председатель звонит.) Не забывайте, что ни­какой самой размалеванной порнографией не ути­шить голода, что со штыками можно делать все, что угодно, только не сидеть на них, и что про­тив социал-фашистского яда существует хорошее противоядие: опыт рабочих и коммунистической партии.

И прежде всего не забывайте, что всем тем,, чем вы сегодня располагаете, в еще большей сте­пени располагало царское правительство в России. И несмотря на это оно разлетелось вдребезги.

Что может этому противопоставить пролетариат? Пролетариат располагает прежде всего численным превосходством. (Постоянные выкрики.) В борьбе к страданиях он выковал себе железный кулак. Пролетариат обладает упор­ством, выдержкой и стойкостью молодого класса, который борется против вас и против всего капи­талистического мира. Не вы, а рабочие, пролета­рии стоят за станками, на которых нарезаются стволы винтовок и пушек!

Не вы, а пролетариат монтирует и обслуживает броневики, танки и аэропланы! И большинство солдат принадлежит не вам, а нам — пролетариату. И в особенности пролетариат имеет компартию и СССР. (Голос. Это его беда!) Вы стараетесь здесь высмеять нас, коммунистов, вы старающиеся во всем быть подобными паразитам, нажившимся во время войны. Вы — выскочки, старающиеся быть более буржуазными, чем ваши буржуазные образ­цы. Многие из вас, социал-фашистов, прежде чем пришли в рабочее движение... (Шум, звонки.) бегали в рваных штанах, а теперь вы издеваетесь над рабочими на предприятиях. Ваши писаки по­писывают в ваших журналах, что коммунистиче­ские депутаты выделяются грязными воротничками. У вас, верно, нет грязных воротничков, зато в вас грязные душонки. За вашим вынужденным смеш­ком скрываются души рвачей и спекулянтов. И гримаса, которая должна изображать смех, нелепа и искусственна, за этой гримасой кроются страх и опасение за будущее. (Шум, выкрики. Пред­седатель звонит.)

Вы называете нас «ничтожествами». Зачем же, чорт возьми, вы так долго возитесь с этими ничто­жествами! (Выкрик. И не думаем!) Спросите любого полицейского и шпика: у него нет иной работы, как бегать за коммунистами. Почему вы держите в постоянной готовности против этих: ничтожеств целую армию штыков и полицейских» почему вы запрещаете и конфискуете прессу этих ничтожеств? Почему вы запрещаете и разгоняете наши собрания? Почему вы выбрасываете миллио­ны на подкуп провокаторов в наших рядах и на разложение партии? Почему вы на месяцы и годы запираете в ваши тюрьмы лучших коммунисти­ческих активистов? Почему наконец вы выбрасы­ваете нас, коммунистов, из этого парламента? По­чему? Потому что мы — коммунисты! (Выкрик. Потому что вы — бестии, а не люди!) Вы делаете это потому, что знаете, что только мы предста­вляем интересы рабочего класса. Потому что вы знаете, что мы в один прекрасный день с вам» так же расправимся, как русские большевики рас­правились с царем, буржуазией и с Керенским.

Вы утверждаете, что мы боремся против госу­дарства. Совершенно верно! Мы боремся против государства, в котором банки, фабрики и поместья принадлежат капиталистам. Мы боремся против государства, аппарат которого является орудием борьбы капиталистов против рабочего класса. Мы боремся против государства, в котором большин­ство трудящихся находится в порабощении! (Шум крики.) Мы боремся против вашего, против капиталистического государства, мы боремся и будем бороться за пролетарское государство, за госу­дарство рабочих, за государство крестьян, за Советскую Чехо-Словакию. (Возгласы.) Вы говорите, что мы нарушаем законы. Это верно. Мы нарушаем законы... (Возгласы. Слушайте, слушайте!) в силу которых пролетарии изнывают от голода, а доведенные до отчаяния матери ра­бочих брошены в тюрьмы, в то время как ваше общество состоит из элементов, которые по ва­шим же законам должны бы сидеть в тюрьме.

Мы нарушаем и будем нарушать законы, по которым пролетариату оставлено единственное право — право молчать, изнывать на работе и да­вать себя эксплоатировать, в то время как за ка­питалистом сохраняется неограниченное право эту эксплоатацию осуществлять. Мы нарушаем и бу­дем нарушать законы... (Крики, возмещение депутатов. Депутат Славичек, национал-социа­лист. И за это вы пойдете в тюрьму!) в силу ко­торых с зарплаты рабочих взимаются налоги, в то время как капиталистам списываются миллионы. Мы нарушали и будем нарушать законы, которые посылают пролетариев в окопы, на защиту ваших денежных мешков. Мы нарушаем ваши законы и боремся за законы пролетарские, которые не толь­ко прихватят вам пальцы, но и выпотрошат ваши животы.

Выговорите, что мы разлагаем ар­мию. Да, это правда. Мы разлагаем армию (Крики.), которая будет направле­на против Советского Союза. Мы разла­гаем армию, в которой приказываете вы и в ко­торой рабочие служат лишь пушечным мясом. Мы разлагаем и будем разлагать вашу капиталисти­ческую армию! (Выкрики, шум.) И, несмотря на все ваши крики, мы эту вашу армию разложим с согласия и при поддержке ваших собственных солдат. В этом мы можем вам поручиться.

Вы говорите, что мы занимаемся травлей и нарушаем спокойствие. Да, мы действитель­но травим и действительно нарушаем ваше спокойствие! (Выкрики, шум.) Мы будем натравливать голодных рабочих против фабрикантов. Мы будем натравливать крестьянскую бедноту и батрачество против помещиков. Мы бу­дем натравливать угнетенные национальности про­тив их угнетателей. Мы будем возбуждать солдат против генералов и поднимать низших чи­новников против министров. (Шум.) Мы не дадим вам ни минуты покоя. Мы не дадим; вам спокойно наслаждаться тем, что вы выкола­чиваете из пролетариата. (Депутат Жеминова, национал-социалистка. Господин председатель выполните ваш долг!) Ай-ай, мадам Жеминова!: Значит, все-таки—нужен пендрек*?! Мы будем, мадам Жеминова, также и ваш покой нарушать, ваш покой, который для угнетенных является тю­ремным или гробовым покоем. Мы боремся за полное торжество пролетариата... (Шум, вык­рики. Председатель звонит.) которого мы только тогда добьемся, когда снесем вас с лица земли. (Депутат Жеминова. Мы соз­дали государство, а не вы! Депутат Славичек. У вас мало по этой части заслуги!) В деле созда­ния вашего капиталистического государства мы действительно не имеем никаких заслуг. Мы сты­дились бы приписывать себе подобные заслуги. (Выкрик. Да почему вы не отправляетесь в Рос­сию?) А потому что мы из вашей капиталистиче­ской Чехо-Словакии хотим создать республику советов.

И наконец вы говорите, что мы выполняем «команду Москвы», что мы оттуда набираемся уму-разуму. (Шум, крики.) Ну, здесь дело об­стоит так.

Вы находитесь под командой Живностенского банка, Петчеков, Вейманов, Прейсов, вы находидитесь под командой Лиги наций, это значит — под командой империалистических грабителей; вашему уму-разуму вы набираетесь у Петчеков, Вейманов, Ротшильдов и Прейсов, чтобы научиться еще луч­ше эксплоатировать рабочий народ, чем до сих пор.

А мы? Мы — партия чехо-словацкого пролета­риата, и нашим верховным революционным штабом является действительно Москва. Мы действи­тельно в Москву едем учиться. И вызнаете, чему мы учимся? (Выкрики. Нет!) Мы учимся у Москвы, учимся у русских большевиков, как вам лучше свернуть шею! (Крики.) А вы знаете, что русские большевики — мастера в этом деле. (Крики, возгласы. Председатель звонит.) Нас вы не подкупите! Нас вы не разложите! Нас вы не уничтожите!

Вы подкупили банду предателей и думали, что вы разложите коммунистическую партию. А потом глядели, раскрыв рот, как ваши агенты вышвы­ривались из коммунистической партии!

Вы организовали против нас подлинную травлю. Вы вели против нас целые атаки. И все же три четверти миллиона избирателей голосовало за нас!

Сотни наших товарищей, наших активных ра­ботников сидят в тюрьмах. Следующие тысячи ждет та же участь. Но десятки тысяч встанут на их место!

Нас вы не сломите! (Депутат Бродецкий, социал-демократ. Вы сами друг друга сожрете!) Этого вам придется долго дожидаться, господин Бродецкий.

Мы объявляем вам и вашему социал-фашист­скому правительству беспощадную борьбу. Мы бу­дем биться против вас и вашего правительства за каждый кусочек хлеба для рабочих и мелких слу­жащих. Мы будем драться с вами за выдачу достаточных пособии, для безработных. Мы будем бороться против повышения квартплаты и доби­ваться ее снижения. Мы будем бороться против вашего разбойничьего хозяйничанья в больничных: кассах. Мы будем бороться за требования дере­венской бедноты, батрачества и мелкого кресть­янства.

Мы будем биться за право на улицу, за сво­боду печати, за свободу собраний и коалиций, за право стачки для пролетариата. Вашему фашист­скому полицейскому террору мы противопоставим пролетарский отпор. Мы будем бороться против национального гнета и за освобождение угнетен­ных народов вашего государства. Мы будем бо­роться против империалистической войны и вы­ступать за войну гражданскую. Мы будем работать для дела победы Советского Союза и добиваться вашего поражения. (Крики.)

И в ходе этой каждодневной борьбы рабочий народ познает и будет познавать, что возможна и необходимо покончить с вашим строем путем вооруженного восстания, путем социальной рево­люции, путем установления диктатуры пролета­риата. (Крики.)

Мы совершим восстание для того, чтобы про­летариат мог экспроприировать банкиров, фабри­кантов и спекулянтов; для того, чтобы сельскохо­зяйственный рабочий и беднейший крестьянин мог экспроприировать помещика; для того, чтобы угнетенные национальности вашего государства могли сбросить своих угнетателей! (Беспрестанный шум, выкрики.) Смех скоро застрянет у вас в глотке!

Мы будем вести эту борьбу, невзирая на жертвы, непоколебимо, целеустрем­ленно, пока не сметем вашего господ­ства, пока на месте вашего разлагающе­гося капиталистического государства не возникнет Чехо-словацкая федера­ция социалистических советских рес­публик. (Дикие выкрики, шум.)

* Пендрек — полицейская дубинка. Прим,  перевод­чика.