СОЛОВЬИНЫЙ САД
Однажды, выбравшись из могилы, скелет потом не смог её найти. Кладбище недавно перекопали вместе с костями и превратили в цветущий сад. В нём пели соловьи, обнимались влюблённые и распивали спиртные напитки. А скелетова могила была в стороне, и её не задели. Одичавший скелет бродил ночами по саду, хоронясь в укромных уголках, хрустел дикими яблоками, которые проваливались внутрь грудной клетки и далее, не принося никакого удовольствия. А днём забирался в овраг и предавался размышлениям, на которые при жизни никогда не находилось времени. Это был интеллигентный скелет, и он не хотел никого пугать своим появлением на свет, даже ночью, когда света не было.
Потом его всё же нашли любознательные младшеклассники, которые забирались после или во время уроков в овраг и обменивались там сведениями о половой жизни взрослых, иногда пытаясь её имитировать. Скелет содрогался от возмущения нравами, но ребятня, не обращая внимания на эту дрожь, которую приняли за колебания почвы от землетрясения, подняли и утащили в школу, поражаясь его тяжести и целостности. Там он стоял у доски, и учитель более старших классов радостно объяснял желающим по нему, как разумно они все устроены.
Скелет скучал по своему кладбищу, но его, как известно, не было, даже скелетовой могилы, на которой возвели особняк. Оттуда с балкона любовались соловьиным садом, из которого выгнали пьяниц и остальных и обнесли высоким бетонным забором. Из окна школы тоже всё было видно, хотя и издалека.
Ночами скелет сидел у окна, подперев череп ладонью, и посвистывал сквозь зубы на мотив соловья. Слушая его посвистывания, сторож со сторожихой, сидя на лавочке внизу, вспоминали молодость и тихо переругивались. Конца у этой истории нет, или я его просто не знаю и не знаю, как отнестись ко всему рассказанному. Но жизнь есть жизнь. И всё. Хотя бы, такая.
Да, забыл добавить, что однажды сторож из берданки застрелил соловья, залетевшего из сада в школьный двор, приняв его за ворону. Они со сторожихой очень горевали, потом зарыли под окнами, сделав ему маленькую могилку с крестиком из сиреневых прутьев. Когда образовался скелет, он по ночам стал выпархивать из могилы по людскому примеру, садился на ограду, и они с человеческим скелетом пересвистывались на соловьиный мотив, хотя, насколько это хорошо удавалось, сказать не могу. Со слухом у меня всегда были проблемы.
А в детском садике, соседнем со школой, мальчики из старшей группы учились стрелять из рогатки по воробьям, щеголяя перед девочками. Правда, ни в кого пока не попали. Там не слышно было никакого свиста. Только чириканье.
( Read more... )