Путин все равно напал бы (с)


Мантра «Не важно, кто, Зеленский или Порошенко — Путин все равно бы напал» меня в последнее время начинает раздражать уже так сильно, что… 

Поправьте меня, если я не прав: то есть вы, еще в 2019 году, за два с половиной года до предупреждений американской и британской разведок, понимали, что вторжение неизбежно, и вместо каменной крепости побежали строить соломенную избушку и ездить на шашлыки с клоуном во главе — я правильно понимаю, Наф-Нафы вы безмозглые?
Война неизбежна — давайте наебнем военно-промышленный комплекс, начнем строить дороги, попилим «Ольхи» на орала, а «Стугны» продадим арабам — кто вас, блядь, научил этой логике шимпанзе?? 
Учитель Голобородько? 

А теперь давайте я вам покажу логику человека.


Я не знаю, решился бы Путин на вторжение, если бы Президентом был Порошенко. Возможно, решился бы. А, возможно, и нет. Это отдельный большой разговор. 
Но, в любом случае, вкратце, вероятность войны при пятом Президенте Украины у нас сводится к формулировке «ВОЗМОЖНО». 
Порошенко = война/вероятность. 
Запомните эту формулу. 
Может быть, напал. 
А, может, нет. 

Теперь посмотрим на ситуацию глазами Путина. 

В 1991 году Украина обретает независимость. При этом, ментально, информационно, военно, госудатарственно-управленчески, мовно, телевизионно, экономически, энергетически, транспортно — остается если и не прямым вассалом, то абсолютным сателлитом России. 
Украина выбирает первого пророссийского Президента. 
Украина выбирает второго пророссийского Президента. 
В чеченской войне Украина выбирает сторону России. 
В грузинской войне Украина выбирает сторону России. 
В столице страны говорят только на русском. 
Половина страны вообще заявляет, что они русские. 
Украина выбирает третьего пророссийского Президента. 
Ну, то есть, вектор страны абсолютно понятен. 

И тут, впервые, на сцене появляются фашиствующие молодчики, бандеровцы, потомки эсэсовцев, которых явное меньшинство, которые поклоняются Бандере, которые хотят запретить русский язык — и свергают законно избранного пророссийского президента. 
И ставят вместо него своего ставленника. 

Путин, по пацанским понятиям дворовой крысы, не предпринимает никаких действий. Да, пацаны в соседнем двое поступили не по-пацански — но это соседний двор, мы можем пока лишь отправить им маляву: пацаны, не по-пацански это.
 
Ставленник бандеровцев оказывается откровенно слаб. У него нет поддержки в Раде, у него нет поддержки в обществе, его решение присвоить Бандере звание Героя обществом не воспринимается, желание направить страну курсом на НАТО поддерживает лишь какая-то незначительная маргинальная прослойка общества, под конец правления он вообще становится посмешищем и почти не обладает властью. 

После этого Украина в ЧЕТВЕРТЫЙ раз выбирает ПРОРОССИЙСКОГО  Президента. 
Ну, то есть, волеизявление народа совершенно очевидно. 
Никаких проспектов Бандеры. Никакого НАТО. 
Никакой Гейропы. 

И тут, захопившись ультранаціоналістичними ідеями, войовнича меншість второй раз сносит пророссийского президента. Захватывает власть. Совершает переворот. И опять ставит вместо него своего бандеровца. 
Нет, ребят. Так дело не пойдет. 

В первый раз мы стерпели, ваш двор — ваше дело. Но двор-то хоть и ваш — а парнишка наш. Жители в вашем дворе наши. Они хотят к нам. А вы их волю ни во что не ставите. 
И Путин вводит войска в первый раз. 

Года через два-три он понимает, что немного ошибся. Что его расчеты в чем-то не оправдались. Что Украина не так уж и готова воевать за русский мир. Она не так уж готова воевать и за Украину, за армию-мову веру — но и за русский мир тоже что-то не очень. 
И он занимает выжидательную позицию. 
И Украина его опять не подвела. 

Украина В ПЯТЫЙ БЛЯДЬ РАЗ ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ ВЫБИРАЕТ ПРОРОССИЙСКОГО ПРЕЗИДЕНТА! 
Который говорит на русском языке. Про русский язык. Про какую разницу. Хочет смотреть в глаза. Договариваться посередине. 
Выступает в Москве. Выступает в Горловке. 
Говорит про мир-дружбу-жвачку. 

То есть, братский украинский народ опять, в пятый раз, показывает свое волеизъявление в сторону России, против того, второго, ставленника бандеровцев и — в невероятном количестве семидесяти трех процентов. 
В Харькове переизбирают Гепу. 
В Одессе этого, как там его.
Бойко в Мариуполе набирает 90 процентов. 

Ну, то есть, с точки зрения Путина ситуация совершенно очевидна. Украинский народ раз за разом путем своего — свободного!!! — волеизъявления раз за разом показывает, что он хочет быть с Россией. 
И только воинственные потомки фашистов каждый раз заставляют народного избранника под пытками переименовывать Московский проспект в проспект Бандеры. 
И когда через пару лет риторика Зеленского поменялась, и в ней стали звучать такие знакомые бандеровские проукраинские нотки — с этого момента война стала неизбежной. 
Освобождение братского народа от гнета воинствующего бандеровского меньшинства. 
С точки зрения Путина - у Путина просто не было выбора.

Именно поэтому он и не шел захватывать Украину. Именно поэтому он шел её освобождать. Искренне ожидая цветов от освобожденный русскоязычных жителей Чернигова и Сум. 
Так вот. Вернемся к нашей формуле.  
 
Если Порошенко, согласно это формуле, это война, с вероятностью в знаменателе, то Зеленский по этой формуле — это война, со знаменателем «неизбежность».

При Порошенко война МОЖЕТЬ БЫТЬ была бы. 
При Зеленском война была бы НЕИЗБЕЖНО. 
Вы разницу, блядь, чувствуете? 

Ну и поэтому, конечно, на черта нам ракеты «Нептун». Давайте наебнем выпуск гаубицы «Богдана». Верка Сердючка на Майдане в день Незалежности, новые дороги свадебные фотографы в Раде. 
Шашлыки и зрелища!
Офигенно же.

Ой, Байден, где оружие???
Маск, заткнись, и поставляй «Старлинки»!
Шольц, жирная немецкая колбаса!
Ваш Дед. 

В рамках проекта «Журналистика без посредников».
Подписывайтесь на меня на Патреон:
https://www.patreon.com/babchenko 

Если вы считаете, что свою жизнь я живу не зря, что мои тексты заставили задуматься, пересмотреть какие-то решения, принять их, взглянуть на мир по-новому, засмеяться, заплакать, сопереживать, улучшить свои навыки по критическому восприятию информации или иным способом были полезны, то все как всегда.
Спасибо.