Сегодня день очень непростой: три пары + разные дела + вечером поеду слушать Оксану Булгакову. Елена Кошкарова сообщила, что у них в посёлке Московском свет после урагана дали только утром. Так что нам ещё повезло. Посмотрел я половину "Довлатова" - все курят, курят, курят. Докурят одну и новую зажигают. Ну, да, в принципе так и курили без остановки в 70-е годы. Токсичная прокуренная среда. Sergei Rasskasov неожиданно вспомнил мой старый стишок. Сейчас он как-то по-другому совсем воспринимается. Я сижу старенький, пьяный, в телогрейке, в пальцах верчу какую-то грязную гайку и соплю носом. Какой-то такой персонаж, жалости к которому хватит на половину минутки. А потом взгляд останавливается на каких-то более интересных предметах - -

А ты не бойся, паренёк, подойди ко мне ночью, поговори со мной.
Хоть я пьяный и древний, и грязный и насупленный, как Ной.
Денег нет у меня, но есть часы, подаренные азербайджанской диаспорой.
Подарила жопа стрелки и помчалась на посиделки скоро-наскоро.
Подойди, сука, дурень ко мне, вот тебе звезда на ремешке.
Вот тебе Любовь-Камчатка в соплюшном мешке.
Вот тебе, братец, жук-сирота.
Он так любит портвейн, от портвейна у него по лапам теплота.
Он так любит ночь, ведь ночью не страшно.
И у него, да и у меня жизнь на х.й прошла напрасно.



Майнавира прислала хорошую картинку.