Снилось мне, деточки, что я со страшной силой играю на каком-то музыкальном инструменте типа како-от древней лютни или китайской пипы. Купить что-ли лютню себе? Играть тут долгими зимними ночами The House of the Rising Sun.
Пришла пора поместить подборку "дурацкой поэзии" Саши Сафонова.

Среди тюльпанов и пионов
Лежит заплаканный Сафонов.
На это смотрят свысока
Прохожие и облака.

*********************
Карикатурный эдакий мужичок мне встретился на Трех вокзалах. Нос огромный, как у Мони Цацкеса, глаза настолько близко посажены, что, кажется, вот-вот сольются воедино, в один такой циклопий глаз. А самое интересное — я такое на севере иногда встречал, — под глазом на скуле ровный такой кружочек — застарелый розовый шрам от ожога, размером с пинг-понговский шарик, если его вдоль разрезать, ну, в разрезе. Такой шрам говорит о том, что человек уснул у печки.

***********************
Ещё приятные утра зимою, после декабря — в январе, когда мороз злой-презлой, и из тысячи окон может быть горит только два, в которых в одном сидит грустный немогущий уснуть дядька под лампой с папироской, а в другом — усталая мама опять же под лампой таскает и таскает на руках по бесконечному кругу своего неспящего из-за зубов малыша. И опять же — никого на улице, ни души, ни вот хоть бы кого встретить – никого нет, даже дворника. И ночь ещё совсем черная стоит: никуда она не уходила, холодно страшно, а ты идешь с поднятым воротником во всех своих капюшонах и варежках неизвестно куда на работу. Или, скажем, в храм на раннюю-прераннюю литургию.



Майнавира картинку прислала