Сегодня день памяти замечательного самобытного сибирского философа Юрия Михайловича Фёдорова. Осенью 2001 года он умер. Мы с ним дружили, особенно перед самой его смертью. Я приезжал к нему и мы часа два подряд говорили с ним о том, что пока не названо словами. Мы шли туда, не знаю куда, и это было весело. Похоронили Юрия Михайловича, как он и хотел, в поселке Заводоуспенка, где у него был маленький дом. Могила Юрия Михайловича находится на небольшом, тихом и, действительно, смиренном кладбище, рядом построена симпатичная часовенка. Поселок в 90-е годы сильнейшим образом пострадал от ельцинских «реформ»: бумажную фабрику купил некий Ахмедка, оборудование всё разворовали, фабрика, кормившая весь поселок, закрылась, наступила полоса безработицы, алкоголизма и самоубийств. Лучшее наше с Юрием Михайловичем творение это - выдуманный нами неизвестный тюменский поэт начала ХХ века (по-моему, мы его назвали Томашпольский). Мы пришли на заседание общества краеведов и долго морочили им голову сообщениями об этом поэте, чтением его стихов, его писем к Максиму Горькому и демонстрацией фотографий его гениальных картин и даже включали его музыку на магнитофоне.

ЧТО БЫЛО В МОЁМ ЖУРНАЛЕ ДЕСЯТЬ ЛЕТ ТОМУ НАЗАД. То ли звёзды влияют, то ли Луна. То ли какое-то излучение. Сутки не мог найти себе места ни на земле - ни на воде. Работа валилась из рук. Есть не хотелось, алкоголя тоже не хотелось. Выражаясь марксистским языком, чувствовал сильное отчуждение ( причём от всего сущего). karabister научил меня посмотреть советский сериал "Жизнь Клима Самгина". Я включл его и был поражён тем, что на протяжении столетий здесь разыгрываются одни и те же сюжеты и воплощаются одни и те же замшелые архетипы. Поехал развеяться в город; странность ситуации усугублялась звонками пьяного В.И., а также его разоблачительнами смс-ками. Он был уверен, что я где-то сижу и весело бухаю, а его не беру. Я же ходил бочком-бочком, Павел позвал в "Звезду" - там мы посидели чуть-чуть. Я выпил кружку самодельного тёмного пива (очень вкусного) и съел варёных раков. Приехал С., они с Павлом пошли вести деловые разговоры, а я поехал в благословенное Метелёво, чувствуя, что стал чуть-чуть ближе к реальности.