В новостях: "Морозы до -24 и никакого тепла. Прогноз погоды на последнюю неделю зимы в Тюмени". Ну что ж поделать. Не черноморское побережье. Во дворе намело снежные барханы. Вот убираю их по мере сил. Позвонил Слава Алексеев. Слышать его было приятно, потому что он с ночи пьёт водку и думает о жизни. Сказал ему, что завидую, а Слава мне и говорит: "Ты знаешь, совсем перестала водка радовать". Ну, нужно просто больше выпить и тогда обязательно порадует. Старичок один учил: если водка горького вкуса, то пей её смело, а уж если стане сладкой, тогда нужно прекращать.

ЧТО БЫЛО В МОЁМ ЖУРНАЛЕ ДЕСЯТЬ ЛЕТ ТОМУ НАЗАД МИРОСЛАВ НЕМИРОВ. ИЗ ИНТЕРВЬЮ.
Всем уже ясно (а тот, кому еще окончательно не ясно, все равно догадывается, а в ближайшее время уж точно поймет) – любые – ЛЮБЫЕ – отношения с официальной культурой в ее любой форме – радио, телевидение, масс-медиа, газеты, журналы, «слеты молодых писателей», «конкурсы молодых талантов», и прочая, и прочая, и прочая – это посвятить свою жизнь говноедству. Точно так же, как это стало окончательно понятно в начале восьмидесятых. Туда вход такой, в официоз: съешь для начала за один присест бочку говна. И дальше каждый день ешь его по банке, да еще при этом улыбайся до ушей, и нахваливай, и ори на всех углах, что говно – самая вкусная, ароматная и вообще наиболее прекрасная вещь на свете.
У меня рак. Прооперированный, и, врачи говорят, успешно, но дамоклов меч все равно все время висит. Так что какие тут планы? Ноу фьюча! Это, оказывается, чрезвычайно радостное и плодотворное состояние: сегодня жив и не очень болит – уже счастье! В ближайшую неделю, вероятней всего, тоже будешь жив, и тоже будет не очень болеть – вот это и есть будущее, и оно – вот, здесь, и оно – невероятное. А что будет дальше – понятно, но вот когда оно будет, тогда и будем поступать соответственно. А сейчас предадимся восторгу, пока еще получается.