Там полно косогоров, помню, в городе Кирове. Храмы там белые с бледно-зелёным, какое-то старое машиностроение и великолепные хвойные леса вокруг, войдёшь под сень и покрываешься шевелящимся слоем гнуса-мошкары. А внизу во мхах — русские алые ягоды.

Чего не переименуют в старинную Вятку, чёрт его знает. Тем более что уже и бывший губернатор Белых Киров замарал, и вот Навальный старается. Зачем городу эти комья грязи? А Вятка было бы красиво.

Серьёзный судья Алексей Тюрин вчера взял и вменил господам Навальному и Офицерову по подписке о невыезде каждому. На брата. СМИ утверждают что неожиданно, а вообще-то понятно. Они его достали. Не явились в наглую на два заседания в январе.

Судья видимо от такой наглости («Им что, особо! Что закон не писан!») оторопел, и воспользовался своим правом.

Напустил на них приставов, и те, честно исполнили свою работу, привезли их в Киров что называется, с сопровождением.

Закон вытащил похожего на американца дородного Алексея Навального из его офиса, а Офицерова, который выглядит как новый русский времён 90-х годов, привезли из больнички, где тот намеревался, я предполагаю, скрыться на время под сенью больничных стен и авторитета врачей.

Судья Алексей Тюрин провёл почти всё заседание вчера в регулярном процессуальном тоне, продолжали давать показания свидетели обвинения, и виду не подавал. А к самому концу заседания вдруг предложил ввиду совершенно неприлично отношения к процессу и к председательствующему судье Тюрину, подвергнуть Навального и Офицерова подписке о невыезде.

Все очень заволновались.

Не знаю, сколько там было журналистов, и были ли среди них иностранные, но закричали, заохали, схватились за головы в прямом и переносном смысле во всём цивилизованном мире. А может, не во всём, и я преувеличиваю? Может быть, но что поднялся вой — это факт.

Даже местная прокуратура оказалась не готова и попросила 15 минут на размышление.

Было такое, в советское время ещё, словечко, доставшееся советскому времени от дореволюционного времени — «сутяга». Сутяга — это человек, обыкновенно адвокат либо сам бывший судейский, разбитной, нахальный, знающий законы и имеющиеся в законах немногие дыры. И умеющий пользоваться этими дырами.

Производный от существительного «сутяга» глагол «сутяжничать» в полной мере характеризует сегодня деятельность господина Навального.

В советское время сутяжничество было, скорее, невозможно, когда дело касалось отношений гражданина и государства, но вполне себе было возможно при столкновении частных интересов граждан. Квартирные тяжбы (знаменитый впоследствии демократ и либерал Анатолий Собчак, кстати был специалистом по жилищному праву, начинал как сутяга), семейные ссоры, вынесенные в суд всегда были облеплены, как мусорными мухами, сутягами.

Господин Навальный, в наши с вами времена поднял сутяжничество на куда более высокий уровень. Он, я бы сказал, даже с успехом, применяет сутяжничество для достижения своих карьерных (они же якобы «политические») целей.

Порой ему даже удаётся использовать для этих целей ресурсы государства. В тех случаях, когда государству также оказывается зачем-то необходим сутяжник и его помощь. Мы с вами помним, как в июле 2013-го власть извлекла вдруг из СИЗО, где он провёл всего лишь ночь, господина Навального, и заменив ему наказание на условное, помчала его в Москву на московские выборы.

Он сделал вид, что он вынудил власть, он и его сторонники, что он понадобился на московских выборах.

Ничего удивительного в этом его лукавстве нет, поскольку бывалый сутяжник всегда выкручивает происходящее, толкуя его в свою пользу.

(Соратник Навального и правая рука Волков так оригинально трактует в ИХ пользу те московские выборы: «Мы смогли их заставить в 2013 году его зарегистрировать».)

Что мы имеем сейчас ?

Навальный уже назначил себя кандидатом на президентские выборы и уже начал избирательную кампанию, невзирая на то, что кампания должна быть заявлена официально в высоты Федерального, кажется, Собрания РФ, и только после этого можно рвануть на выборы.

Но сутяжнику удобнее фальш-старт. Фальш-старт даёт Навальному больше возможностей для демагогии, агитации и пропаганды демагогии. Пока конкуренты покорно ждут объявления о начале кампании, Навальный уже успеет облепить себя поездками, скандалами и историями.

История о жестоких приставах, привезших американистого Навального в Киров в наручниках — одна из симпатичных его сердцу сутяжника историй.

Судья Алексей Тюрин постановил. Применить к Навальному и Офицерову подписку о не выезде, как меру пресечения.

Навальный и Офицеров не должны покидать пределы Кирова до 10 февраля. Всё это время должны проживать в отеле «Хилтон-Инн», где они уже забронировали номера.

Ни Навальный, ни Офицеров не поставили свои подписи под подпиской о не выезде. Навальный заявил что «документ не имеет юридической силы» и он не собирается выполнять требования документа.

Это типичная тактика сутяжника — ор, нахрап, крики с целью психологически сломить противника, с которым «тягаешься» (от старинного русского слова «тяжба»)

Более того, в субботу Навальный планирует отбыть в Петербург, чтобы открыть там избирательный штаб. Ну, посмотрим, как у него, хватит решимости, наглости, или безрассудства, — называйте как хотите, но хватит ли?

Между тем, 2 февраля открывается очередное судебное заседание под председательством судьи Тюрина.

Свои доказательства начнёт представлять сторона защиты. Если сутяжники ничего не выкинут на этот раз, то должны начать представлять их доказательства.

Что касается самой затеи участия в президентских выборах Навального, человека с двумя судимостями, то она, как говорится, «вилами на воде писана». То есть, крайне невероятным выглядит участие Алексея Навального в президентских выборах.

Гипотеза о том, что кандидату от власти (вероятнее всего, им станет действующий президент) понадобится sparring partner, мне лично представляется надуманной. Как и вся подобная, заимствованная из спорта терминология.

Выборы главы государства — это не состязания, не спорт, и всякие отсылки к спортивной терминологии и практике, здесь неуместны.

Выборы президента есть борьба целых огромных групп населения страны, стоящих за кандидатами, и группа, стоящая за сутяжником Навальным, настолько немногочисленна, что шансов на победу её кандидата нет вовсе.