Самые самые богатые наши
Нам только что сообщили профессионалы рейтингов, что самый самый богатый летом 2017-го у нас в России — Алексей Мордашов, глава «Северстали», у него 17,3 миллиарда состояние в долларах.

Обществу самый богатый представляется как такой тяжелоатлет, весь в бинтах на коленях, мышцы буграми, на животе пояс, чтоб пуп не развязался, глаза вытаращены, рекордсмен, чемпион. Как реально выглядит Мордашов, — понятия не имею, фотографий его не видел. Да и не важно.

За ним, догоняя в богатстве, тянется Владимир Потанин, председатель правления «Норникеля», он весит 16,6 миллиарда долларов, ну и там идут дальше как бригада дядьки Черномора, — Вексельберг, Михельсон, Лисин, Усманов, Фридман и всякие другие последующие олигархи, выглядывая друг у друга из-за плеча, не буду утомлять вас цифрами, сколько миллиардов весит каждый в долларах.

Я тут решил поделиться своими личными воспоминаниями об олигархах, их, этих воспоминаний, немного, но, может быть, они будут поучительны, мои воспоминания, для вас.

С покойным Борисом Абрамовичем Березовским я несколько раз говорил по телефону. Началось с того, что хотел его поблагодарить за присланные на покрытие адвокатских услуг по моему процессу 10 тысяч фунтов стерлингов (я сидел в то время в Лефортово, когда он выслал. Там кто только ни помогал, и Проханов — с другого фланга). Я позвонил ему в Лондон, когда вышел на свободу, Телефон взял какой-то говорящий по-английски с акцентом тип, я так понял, его охранник.

Я попросил передать мою благодарность Борису.

На моё удивление, он перезвонил вскоре: «Эдуард, это Борис!»

Не, больше никаких подношений от него, а то вы губы распустили, ждёте, я знаю…
Банкира Авена, каюсь, я «завербовал» сам. Он проходил мимо меня на какой-то тусовке (это ещё были времена моей дружбы с либералами, я тогда посещал тусовки), и я дёрнул его за рукав. Ну, из хулиганства.

«Эй, банкир, — сказал я (довольно развязно), — дай денег на революцию, позолоти ручку!!!»
(А как ещё с ними, так и надо, у них денег, как песка морского…)

Он присел рядом и некоторое время объяснял мне, что следит за моей судьбой, что считает меня большим писателем, человеком храбрым, но вот зачем я, такой, занимаюсь политикой, «мы ждём от вас книг…»

Я сообщил ему, что я талантливый политик, но вот Россия для меня не готова ещё. Я впереди лет на 25…

Он улыбнулся, этот жук. «Я должен идти, меня ждут, — сказал он и встал. — Договорим в следующий раз. Вы придёте, если я приглашу вас пообедать?»

Я сказал, что без проблем, приду.

— А что скажут ваши красные товарищи? — ехидно заметил он.
— Будут с интересом расспрашивать.

Он дал мне свою визитку.

Я сказал, что у меня визитки все кончились, что так и было.

Я таки отозвался на его приглашение на обед в ресторан Дома писателей на Поварской. Меня там внизу уже ожидал целый отряд его охранников, вполне себе солидных мужчин в чёрном. Солидных, я имею в виду, что немолодых. Я-то приехал с нацбольской шпаной, одетой, как у батьки Махно, один был даже в трениках, а ещё один — в шортах. Они сели меня ждать в машине, хотя порывались сопровождать в самый зал.

Меня провели вверх по деревянной лестнице в зал, где я в 1968-м читал стихи для сводного отряда молодёжи с семинаров поэта Самйлова и поэта Арсения Тарковского (папы Тарковского-киногения). Я тогда взбунтовал молодёжь на самостоятельное чтение стихов, мэтры наши, видимо, не любившие нас, уже улизнули.

«Вот бывают же такие совпадения», — только и подумал я.

В зале мы обедали с Авеном одни, его охранники стояли на лестнице, входили и выходили благоговейно официанты.
Что мы там поглощали, я не помню.
Он мне опять запел песню про то, что лучше бы я книги писал.
Я же опять ему повторил: «Ты же банкир, Пётр, дай денег на революцию!»
— На революцию не дам, — сказал он. — Чтобы вы нас всех повесили?
— Ну да, — развеселился я, — как там у Ленина: «Буржуи сами продадут нам верёвку, на которой мы их повесим».

То были времена экономического кризиса. Шёл, кажется, первый год кризиса. Потому банкир Пётр часто вздыхал и говорил, что «скоро ваша возьмёт…»

— Ну так дай денег на революцию?
— Не, на революцию никогда.
— Хорошо, дай денег на политзэков.
— На политзэков дам.

Он стал звать охранников по телефону, а охранники не отвечали. Он злился и злился, и когда охранник, наконец, появился, обрушился на него с ругательствами и оскорблениями. Приказал ему идти в банк и принести денег.

Охранник, униженный большой мужик, поспешно ушёл, чуть ли не пятясь задом.

— Зачем вы его так, Пётр?
— А что он, он должен… присутствовать возле меня постоянно…
— Так нельзя, Пётр, с охранниками обходиться.
— Почему?
— Потому что нам с ними умирать…

Он задумался.

Охранник принёс закатанную в пластик пачку пятитысячных.

Мы с банкиром некоторое время встречались, как противоположности.

Где-то летом, что ли, 2009-го он предложил мне выступить в клубе «Цвет ночи», «почитайте хотя бы стихи», это в центре, недалеко от Патриарших, кажется.

По слухам, клуб принадлежал старшему начальнику Авена, главе «Альфа-групп» Михаилу Фридману.
Присутствовал и он сам, во главе компании из пары среднего возраста аккуратно-скучных женщин и, может быть, троих мужчин бизнесового вида.

После чтения и ответов на вопросы аудитории, все вопросы были политические и никакого отношения к стихам не имели, подошёл Авен и пригласил меня подсесть к ним. «Хочу познакомить Вас с Михаилом».

Фридман пил красное вино и жаловался, что ему, бедняге, завтра рано утром нужно рано встать, улетать в Африку на сафари.

Мы друг другу сразу же очень не понравились.

Он набросился на меня тотчас после рукопожатия, обвинив в том, что я посылаю молодых людей в тюрьмы.

Я сообщил ему, что у нас на акции идут добровольцы, потому я никого не посылаю, а в тюрьмы ребят сажают несправедливо, их проступки тянут разве что на административные правонарушения.
Дальше мы с помощью отличного красного вина совсем разругались.
Авен сидел за плечом Фридмана грустный.

Он, видимо, хотел рекомендовать меня Фридману, а мы с Фридманом смотрели друг на друга как волки.

Через несколько лет до меня дошло, что Фридман искал тогда себе фаворита в оппозиционной политике. И что Авен тогда приводил меня к нему на смотрины.

Думаю, что Фридман тогда же нашёл себе того, кого искал, в лице Навального.
Впрочем, это моё личное мнение.

С тех пор Авен прекратил со мной встречаться.

СПРАВКА :
По данным Global Wealth Report (отчёт швейцарского банка Credit Suisse ) на долю самых богатых 1 % россиян приходится 71 % всех личных активов в России. Для сравнения : в следующих за Россией (среди крупных стран) по этому показателю Индии и Индонезии 1 % владеет 49 % и 46 % всего личного богатства. В США - 37 %, в Китае - 32 5 %, в Японии - 17 %.

Опубликовано: https://regnum.ru/news/polit/2306610.html