Вчера, в Доме Литераторов...
Господь, говорят отличился Общим Замыслом, а вот Дьявол - в деталях.

Вчера.  Середина дня, едем в Центральный Дом Литераторов.

-А, это туда, где Мамлеев ? понимает водитель Колян, когда мы ему объясняем куда. Он имеет в виду что последний раз мы ездили в ЦДЛ к лежащему в гробу Мамлееву.

Зал заполнен так, что яблоку негде упасть. Пробираемся к сцене. Сплошь старушки и старики, старушки все со мной здороваются, старики далеко не все.Видимо читатели "Завтра" и сторонники КПРФ.   У сцены я нахожу себе место на красных ступенях, ведущих на сцену, рядом с время от времени садящимися отдыхать фотографами. Как был я заносчивый фрукт, так и остался отдельным. Время от времени меня приглашают влиться  в ряды, "у нас свободное место", но  я как-то привык отдельно.

Зюганов и Проханов сидят рядом в первом ряду. Мне нужно переговорить с Прохановым, пригласить его в "Комитет 25 января", куда он заведомо не пойдёт; но хорошо бы всё же пригласить, у меня задание от "Комитета". Но Зюганов сидит рядом, и мне не хотелось бы в его присутствии. Потому миссия так и остаётся невыполненной. Выполню в другой раз,в спокойной обстановке.

Выходит девушка в красном платье и поёт хорошую народную песню.
На сцене помимо юбиляра Володи Бондаренко в красном свитере,на сцене на треноге мольберта портрет Володи  Бондаренко в красном свитере. Ещё на сцене два ведущих : Сергей Шаргунов и Захар Прилепин, -это друзья, о них только  хорошее.

Выступает Зюганов. Из его речи можно понять, что Володя Бондаренко мощным усилием время от времени поправляет орбиту земного шара. Ещё Зюганов упоминает какие-то 8 тысяч предприятий, кем-то и зачем-то закрытых.

Вообще всё хорошо, кроме того что все присутствующие, включая и меня, хорошо бы были лет бы на тридцать моложе.
Мне дают слово не то четвёртому, не то пятому.
Так как про 80 тысяч предприятий и про орбиту земного шара уже сказал Зюганов,он даже наградил Володю Бондаренко причудливой медалью; то я делюсь с залом скромным  воспоминанием о том как я жил однажды  у Володи Бондаренко и как в окне комнаты, где я жил, с первыми лучами солнца на самом высоком дереве собирался вороний сходняк. На верху сидел самая большая ворона и распределял им территории, где будут действовать вороньи отряды. Как у централизованных бандитов, вороны делили город. Кар-кар-кар!
Затем я зачитываю стихотворение "Золушка беременная" из одноимённого сборника стихов.

Уходя со сцены слышу поощрительное от Шаргунова "Изящно"!

Постояв для приличия в том же углу у ступеней ведущих на сцену ещё минут пятнадцать, переговорив с Егором Холмогоровым, ухожу с сопровождающими товарищами из зала.
Когда-то меня, молодого поэта, понаехавшего из Харькова; в ЦДЛ упорно не пускали.Тот "чувак" (Бродский говорил "чувак","чувиха","чуваки", значит и мне можно), что не пускал, давно умер (Ха-ха!. )Теперь - ходи, не хочу, все улыбаются, ни черта во мне не понимая.
Но не кусаюсь, - уже хорошо.