С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще; она смотрит ему в ресницы – почти тигрица, обнимающая детеныша.

Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество.

Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать – ну, бессмертить, увековечивать.

Он ничейный и всехний – эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания. Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует – безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие. Они вместе идут; окраина; одичание; тишина, жаркий летний полдень, ворчанье гравия.

Ей бы только идти с ним, слушать, как он грассирует, наблюдать за ним, «вот я спрячусь – ты не найдешь меня»; она старше его и тоже почти красивая. Только безнадежная.

Она что-то ему читает, чуть-чуть манерничая; солнце мажет сгущенкой бликов два их овала. Она всхлипывает – прости, что-то перенервничала. Перестиховала.

Я ждала тебя, говорит, я знала же, как ты выглядишь, как смеешься, как прядь отбрасываешь со лба; у меня до тебя все что ни любовь – то выкидыш, я уж думала – все, не выношу, несудьба. Зачинаю – а через месяц проснусь и вою – изнутри хлещет будто черный горячий йод да смола. А вот тут, гляди, - родилось живое. Щурится. Улыбается. Узнает.

Он кивает; ему и грустно, и изнуряюще; трется носом в ее плечо, обнимает, ластится. Он не любит ее, наверное, с января еще – но томим виноватой нежностью старшеклассника.

Она скоро исчезнет; оба сошлись на данности тупика; «я тебе случайная и чужая». Он проводит ее, поможет ей чемодан нести; она стиснет его в объятиях, уезжая.

И какая-то проводница или уборщица, посмотрев, как она застыла женою Лота – остановится, тихо хмыкнет, устало сморщится – и до вечера будет маяться отчего-то.

Интересно. Только без объяснения непонятно - почему это именно здесь.

Некоторые вещи невозможно объяснить. Они происходят по причине того что именно в этом месте и именно в это время захотелось сделать так и ни как иначе.

Можно и продолжение устроить :)

(колыбельная самой себе, сочиненная в тщетных попытках уснуть)

Солнце село. Нитка света
Серо-желтая в окне.
Раззолоченное "где-то"
Молча тает в тишине.

Бережливые метели
Под окошком прячут снег,
Спи, и пусть приснится море
И его соленый брег.

Лунный заяц за пол-ночи
Пробегает по пол-неба,
А потом сидит на крыше
И глядит на поезда.

Надо мной звезда в тельняшке
Правит парус легкой лодки -
Держит курс в края, где люди
Не бывали никогда.

Спи спокойно. Ночь с тобою.
Ей дневной кошмар - пустяк.
Что же ты под мягкой тьмою
Не уснешь никак?

Я могу быть грубой – и неземной,
Чтобы дни – горячечны, ночи – кратки;
Чтобы провоцировать беспорядки;
Я умею в салки, слова и прятки,
Только ты не хочешь играть со мной.

Я могу за Стражу и Короля,
За Осла, Разбойницу, Трубадура, -
Но сижу и губы грызу, как дура,
И из слезных желез – литература,
А в раскрасках – выжженная земля.

Не губи: в каком-нибудь ноябре
Я еще смогу тебе пригодиться –
И живой, и мертвой, как та водица –
Только ты не хочешь со мной водиться;
Без тебя не радостно во дворе.

Я могу тихонько спуститься с крыш,
Как лукавый, добрый Оле-Лукойе;
Как же мне оставить тебя в покое,
Если без меня ты совсем не спишь?
(Фрёкен Бок вздохнет во сне: «Что такое?»
Ты хорошим мужем ей стал, Малыш).

Я могу смириться и ждать, как Лис –
И зевать, и красный, как перец чили
Язычок вытягивать; не учили
Отвечать за тех, кого приручили?
Да, ты прав: мы сами не береглись.

Я ведь интересней несметных орд
Всех твоих игрушек; ты мной раскокал
Столько ваз, витрин и оконных стекол!

Ты ведь мне один Финист Ясный Сокол.
Или Финист Ясный Аэропорт.

Я найду, добуду – назначат казнь,
А я вывернусь, и сбегу, да и обвенчаюсь
С царской дочкой, а царь мне со своего плеча даст…

Лишь бы билась внутри, как пульс, нутряная чьятость.
Долгожданная, оглушительная твоязнь.

Я бы стала непобедимая, словно рать
Грозных роботов, даже тех, что в приставке Денди.
Мы летали бы над землей – Питер Пэн и Венди.

Только ты, дурачок, не хочешь со мной играть.

Хм. Саркастически:

Счастье есть на делом свете, тра-ля-ля-ля-ля.
Миром правят те и эти - мир как два рубля.
Если все алмазы в мире взять и разделить,
То на свой кусок сокровищ можно не прожить.

Кто-то шел - упал на землю - ну и поделом.
Кто-то смело лез на гору - вляпался в .....
Если всё, что есть на свете, взять и разделить,
То на свой кусок планеты можно не прожить.

Моя мама варит кофе, папа пьет кефир.
Все когда-нибудь оставят этот бренный мир.
Если годы всех на свете взять и разделить -
Посмотрев на результаты, лучше и не жить.

Мы заполняем каталог интернет журналов и сегодня добавили в него Ваш журнал для увеличения его референтности и посещаемости. Он
находится по адресу: http://www.premiumblog.ru/show.php?flet=t&page=2#teavera.
Чтобы подтвердить размещение, разместите ссылку на каталог в Вашем ЖЖ либо добавьте
данного пользователя ЖЖ в друзья. Если это Вам не нужно или не интересно,
оставьте данное сообщение без внимания.