**
В чёрном мороке и темноте – где шаги застыли во времени словно смерть простой косой сняла бег дыхания, чуждой монетой звон – отдаётся. Отпусти. Отпусти черноту, отпусти – темноту, где – герой, где – огонь, а где – бог? Не умеешь складывать ритмы из слов, так пиши рваной строкой, бросай точки-листья, запятые-тире, потеряйся в словах переменного смысла – ты знаешь? Когда-то здесь были живые, а ныне – только слова. С улыбкой застыл, словно в лёд вмёрзли губы – с улыбкой стоишь, и шаг замер. Забыл? Не помнишь? Вечно идущий герой, чьей судьбой играют немногие – небезразличные, но так равнодушно. Что они знают о тебе, выдумывая и сплетая тебя во времени, словно марионетку, не веря, не зная, думая – ты лишь буквы? А ты – отражение, отражение меня и себя и других – и ещё, живой, ты сам. Ты был прежде – кем-то иным, трижды рождённым в потоке, трижды умытым, трижды под воду уходил – и возвращался с чужим лицом. Новым. Тебя не узнавали. А ты – помнил. Трудно быть помнящим, идущий по тропе перемен – трудно помнить, когда все забывают. Забывают о том, кем ты был, о том, кем были они сами – о прежних временах или о сказанном вчера слове. Трудно быть помнящим – слова теряют смысл, и память в тебе тяжёлыми цветными картинками, словно шерховатые камни – иные тёплые, словно от солнца, а иные ледяные, словно сердце замёрзшей бездны. И всё, что у тебя есть – лишь память, ты помнишь всё, что видел – и всех, с кем встречался на своём пути, но – ты не помнишь себя. Тьма или свет мешают тебе разглядеть себя? Призрачные ивовые ветви ложаться тебе на плечи ласковыми плетьми и успокаивают – иди.