Много знакомых завел я за последний месяц.

Антон — сбегал из детдома 35 раз. 7 раз был в психушке. Один раз 8 месяцев подряд. Диагноз — бродяжничество. Братва его уважает за то, что однажды он ограбил палатку с фруктами. Знает, что такое мочиться под себя, будучи привязанным к железной кровати, и как не попасть под действие аминазина. Антоше 14 лет.

«Имя не помню» — трахнул собачку. В попку. Братва его не жалует. Одиночка и онанист.

«Имя так и не узнал» — трахнул десятилетнюю девочку за три пачки семечек. Причем, семечки дала ему она. По рассказам очевидцев, девочка ходила в крови и улыбалась.

Дорошенко — в 2 года мать бросила его вместе с двумя братьями на Казанском вокзале. Ему сейчас 17, братья старшие, один в психушке, другой в армии, скоро вернется (врет — второй на самом деле либо в психушке, либо на зоне). Имеет автомобиль «Запорожец», собирается получать права. Никогда он их не получит, ибо псих. Псих по бумажке, а на самом деле, кто теперь будет разбираться?

...— Мы даже в «Жди меня» писали, мать искали… Не нашли. Нас по телеку показывали…

Паренек привязался почему-то ко мне, все время ходил по пятам, аккуратно просил сигареты. Я дней 10 не давал, потом дал одну вечером, а на следующий день сам его остановил и протянул сигарету.

Резкин — любитель играть в футбол босиком, в любую погоду. Заядлый бродяга и рыбак, может уйти километров за десять, найти каких-нибудь туристов, объесть и обпить их, прихватив напоследок сигарет. 15 лет, выглядит на 12, лицо нерусское, ноги кривые, одежду 20 дней не менял.

Седой — типа лидер. Заводила. Заставил 8-летнего мальчика брать в рот у двоих пацанчиков. Когда мы его кололи, 2 часа держался, очень красиво врал и был спокоен. Но, сука, попался на психологическую банальщину, через час сказал мне: «Слава, мне 16, я на зону не хочу». Его наказанием стало то, что двое взрослых (для него) дядей сказали, что он не мужик и вообще ссыкло. Я надеюсь, что он провел пару бессонных ночей, размышляя об этом.

Про Антона вспомнил историю. Он из православного детского дома. Естественно, был у них воспитатель-гомосек. Предложил ему обоюдный минет. Воспитатель сосал ему первым. Ну а Антоша, по его словам, отказался. Тот его чуть не убил. Хотя все могло быть вовсе и не так. Но мне хочется ему верить.

Женя — толстая некрасивая девочка, с 7 лет на панели, сейчас ей 14. Умеет делать умное лицо, заинтересованно слушать и хлопать глазками. И все для того, чтобы потом попросить сигарету и быть посланной на хуй. Гордится своими запоями и укурками.

«Имени не знаю» — спит по четыре часа в день. Затворник с черными волосами. Общается только с девками, причем красиво так, по-мужски. Полжизни в психушках, по году бывал. Все его боятся.

Ну и так далее.


Зачем все эти истории, если все самое интересное и важное в жизни у них впереди? Это мы с вами родились где-то в районе жопы, смогли оттуда уже один раз выбраться, и выбираемся теперь каждый раз из новой жопы, по мере возникновения. А они-то, можно сказать, и вовсе не рождались, ведь мамки с папками их пропили и бросили. Они в свою первую жопу только начинают заходить. Широкими шагами, с пьяными песнями и улыбками на лицах.

Я за все это время не испытывал никакой жалости. Кого жалеть и зачем? Их же нет!

источник-zlak@lj

читать полный текст со всеми комментариями