Чувство жертвы. Жажда мести
Несмотря на мою расистскую позицию, по понятиям правых я - либерал. Я не питаю никаких иллюзий по поводу так называемых скинхэдов - они везде одинаковые и одинаково ненавидят свободу личности, но когда ругают Україну - кажется, что хотят отнять что-то очень важное под предлогом практичности и пользы для дела, затащить в неволю и запереть там под надзором. Запретить иметь свои чувства. Так получилось, что я родился и вырос в России, хотя с нынешними русскими у меня нет ничего общего. Глубокая физиологическая неприязнь к тоталитарному москальскому режиму заставляет яростно ненавидеть действительность и ее участников.
Сама мысль о силе и широте России не вызывает у меня никаких положительных эмоций, потому что я не идентифицирую себя с так называемым "русским народом" она не вызывает ничего кроме страха, ненависти и депрессии, как Система у того, кто не вписывается и не хочет вписаться в нее. Не хочу быть как они, мне чужды все их ценности и представления, с кем угодно - только не с ними. Личности нет, справедливости тоже - есть коллективный разум, в котором она обязана раствориться или будет раздавлена, который считает справедливым только то, что полезно для его расширения и паразитизма на отдельных людях. Он поглощает больше и больше, стремясь к бесконечному расширению и ужесточаясь с каждой новой поглощенной душой, людей с независимым мышлением в России почти не осталось. Я радуюсь жизни, а кто-то доказывает мне что жизнь - всего лишь работа и долг перед кем-то, и больше ничего. Не хочу в это верить. Но они не спрашивают, чего я хочу. И никогда не спрашивали. Я научился хорошо стрелять из пистолета и ружья, и почти всегда попадаю в мишень. Мной руководила потребность быть сильным и способным воевать. Если надо, я буду убивать ради своей свободы и свободы других людей.
...
Сколько угодно, даже весь состав "православно-националистической" элиты. Если есть разрешение, легальная возможность - убить такого врага для меня ничего не стоит. Также как подстрелить птицу. Чувство полной беззащитности перед карательным механизмом Империи, боли и страха от беспощадности и кровожадности ее охранителей сопровождало меня большую половину времени.
Я прошу Россию только об одном - оставить в покое цивилизованный мир, не разрушать счастье нормальных людей, и убраться туда откуда она появилась.
В грязную татаро-монгольскую деревню, в бездну небытия.