Живности
Слово «животное» в Св.Писании, часто употребляемое, на самом деле в древне-еврейском подлиннике имеет под собой несколько разных слов: hayya, behema и beir. Так два последних означают четырехногих существ, причем beir – дикого зверя, а два первых – скотину. Самое первое слово передается по-гречески как zoon, т.е. живность, «тварь живая». (Behema соответствует греческому ktenos – т.е. домашнее, особенно вьючное, животное, а beir – therion, т.е. животное дикое.) Но самое первое слово вызывает некоторые недоумения. Что за животные (отличные от скотины и стад волов) на поле взывают к Богу от жажды, но пророк говорит с ними, утешая (Иоиль 1:20; 2:22)? Что это за «скот», вместе с людьми покрытый вретищем, крепко вопиющий к Богу, что должен обратиться от злого пути своего и от насилия рук своих (Иона 3:8)? У какого «скота» есть руки
..., коими он не должен был прикасаться к подошве горы Синай (Исх.19:13)? Как понять, что дом Июдин будет засеян семенем человека и семенем скота (Иер.31:27)? О каких животных говорит апостол Петр, что они пиршествуют между христиан, имея глаза, полные похоти, и должны быть уничтожены, т.к. они – сыны проклятия (2Пет.2:12-14)? И еще немало подобных примеров… Сии говорящие и двуногие скоты – недочеловеки. Само понятие сие, передаваемое, как живность – т.е. hayya zoon, имеет прямые слова из греческого и латыни, по-видимому, более позднего происхождения – hypoanthropos, subhuman.
Всё вышеизложенное для того, чтобы ввести для живых существ, явно недочеловеческого типа, термин. Се – живности. На оскверненной территории проклятой Россиянии очень много таких живностей, но весьма мало людей. Наверняка, подавляющее большинство иногда различали в облике прохожих, соседей, начальников или подчиненных нечто от того или иного животного. Но ведь человек должен походить на праотца Адама, и ни на кого более. Пусть в его характере могут быть некие особенности, присущие той или иной твари, но уж никак не внешне! Однако, мы наблюдаем именно внешнее сходство, что приводит на определенные размышления. Впадение в животное состояние – не только признак деградации, но и беснования. Следовательно, в большинстве россиян сидят демоны и управляют их поведением. Из Евангелия мы знаем, что бесы предпочитают всякое нечистое место, хотя любят поселяться в первоначально чистом, дабы его осквернить.
До большевицкой революции 1917 г. в Российской Империи процветало овцеводство. Имелась даже элитная порода – «романовская». При Советской власти всё изменилось: овцеводство, даже в самые лучшие годы СССР, сократилось донельзя, и почти полностью было вытеснено свиноводством. Утверждение, что свинья менее прихотлива и более вынослива, чем овца, не подтверждается. Следовательно, здесь мы имеем нечто вполне намеренное, даже инициатическое. По Священному Писанию овца – чистое животное, свинья – нечистое. И то, и другое животное – глуповато, но первое – безхитростное, второе – лукавое. Лично я крайне редко соприкасался с обоими животными. О свиньях же мне запомнился один сюжет лета 1989 г. Тогда мне пришлось отбыть в Абхазию по церковным делам. Утомившись, я поплелся на дикий пляж и смиренно прилег позагорать и отдохнуть от всяких мыслей. Через некоторое время я почувствовал дискомфорт и испытал определенное недоумение: кто-то нагло прижался ко мне со всех сторон своими потными телами.
«- Совсем оборзели!» - возмущенно подумал я, не открывая глаз. – «Дикий пляж, а все равно давка, как в автобусе!»
Но я ошибался: со всех сторон ко мне прижимались поросята и небольшие свинки и блаженно похрюкивали. В Абхазии сии существа, какой-то полосатой породы, бегают по улицам, как собаки. Но если ребенок беззащитен, то могут напасть и съесть. Подобное происходило не единожды, впрочем, не только в Абхазии, но и во внутренней России. Домашние свиньи отличаются от вепря, как работник офиса от бушмена. Но само русское слово свинья сохранилось от готского svinja, означавшего именно вепря, чей домашний «аналог» - только pingk. Понятно, вепри – смелые охотники, хрюшки – трусливые приживалки. Свинья – весьма грязное животное; даже свинарник стал синонимом концентрации вони и нечистот. Сие животное – всеядное, что уже наводит на кое-какие размышления. Ибо и человек – всеяден. Забудем ли и то, что во многих трансплантациях органов человека используется свинский биоматериал, по большинству своих характеристик идентичный человеческому? Сие – неслучайно. И я знаю, отчего свинина так популярна в Россиянии. Россияния – гигантский свинарник, в самом отвратительном смысле этого слова. Здесь – метафизическая грязь, кою никак и никому невозможно убрать. Здесь жители гадят и мусорят там же, где и обитают. Свинская среда обитания. Свиньи жрут всё подряд и в больших количествах. Совки – так же. У совков, при всей свинской похотливости, атрофировался даже инстинкт размножения, остался лишь один пищеварительный инстинкт. И совки, в подавляющем большинстве своем, схожи со свиньями по внешнему облику! Их женщины – жирные свиноматки, даже не родившие ни одного поросенка. Жители Россиянии не могут обойтись без свинины в своем рационе, от баранины их воротит. И я понят отчего: свинина – массовая профанская замена человечины. Для сего «египетские» организаторы СССР институировали свиноводство. В кого их пустить просили демоны у Христа? – В стадо свиней!
Как уже всем понятно, необъяснимая любовь совков к дворняжкам вполне объяснима: классовое родство, ибо безродные собаки – пролетариат городской фауны. Михаил Булгаков в «Собачьем сердце» очень точно подметил сей феномен, описав Шарикова. С кем же борется Шариков? – С кошками! Даже дворовыми, «деклассированными». В чем же дело? – По моему разумению, в совковом сознании кошка – буржуазное животное. Оно раздражает своей грациозностью, нежностью, ловкостью и чистоплотностью. Разве советский человек забудет, что и лев – «царь зверей» из породы кошачьих, т.е. контра! Но львы в Совдепии не водились, оттого борьба с более мелкими представителями кошачьего племени приобретала масштабы, сравнимые с маоистской «антиворобьинной» компанией. За последние 10 лет я замечал, что поголовье кошек во дворах весьма сильно сократилось, уступив подвалы крысам, а улицы собакам. Их специально травили лукаво сердобольные россияне. Но как совки не стараются, кошачьих им не уничтожить.
Много лет назад моим камрадам в Москве подарили странного безхвостого котенка. Через неделю он немало вырос, через две – все поняли, что это – рысенок. Рысь, даже домашняя и ручная, знает свое дело. Воистину, арийское нордическое животное. Правда, с ней возникали, ранее непредвиденные, проблемы. Например, если к ней во дворе подскакивали собаки, то рысь изящным движением когтей пускали кишки нападавшим. Было много скандалов и штрафов,- а во всем остальном, рысь – просто большая кошка, сильная и верная. Другие мои знакомые, поселившиеся в коттеджном поселке, получили в подарок чистопородного сиамского котика. Едва подросши, он определил для себя некую свою территорию в поселке, где полностью уничтожил не только котов, но и кошек, а также некоторых щенков в иных дворах. Мы недоумевали, почему такое странное поведение. Но компетентные люди объяснили: сиамские коты спариваются только с самками своей породы. Вот он – кошачий расизм. Некогда мне самому подарили странного беленького котенка (позже оказавшегося редкой араратской породы) – розовоухого, глуховатого, голубоглазого, но обладавшего невероятной способностью,- он не мяукал, а, не затыкаясь ни на минуту, бурчал и бормотал нечто нечленораздельное, почти по-человечески. Котенок оказался самкой, но ни на какую кличку не отзывался. Я прозвал ее «Живностью»; она всегда ждала меня, стучалась в дверь моей комнаты, требуя игр, и безпрестанно ворчала, желая внимания. Однажды зимой, я выпустил ее на лоджию и – забыл. Более трех часов кошка просидела на морозе, отчаянно барабаня лапами по стеклу, пока я не вспомнил. Я впустил животное в квартиру, и она ходила возле меня минут 20 вперед-назад и громко бормотала, но в ее интонациях все явно различали человеческие матерные ругательства. Возможно, такие странные способности кошек сделали их объектом особого внимания Церкви. Общеизвестно, что кошки – мистические животные, а имеющие черный окрас – склонны к демонизму. Се – правда. Кошачья аристократичность балансирует на грани беснования.
Каких только животных ныне не заводят у себя дома! Часто даже не представляют себе все последствия. Так года три назад на именины одной моей прихожанке подарили – тушканчика. О, сей рыжий зверек с пушистым кончиком хвоста тотчас выдал всем по полной программе! Едва его выпустили из коробки, как тушканчик стал скакать по всей квартире, чуть ли не по потолку, целых 3 часа кряду, доколе не устал и не забился куда-то в темный угол под шкаф. Мы уже не смеялись, как вначале, ибо почувствовали хаос пустыни. Это вам – не хомячок или бурундучок, а представитель совсем иного мiра. Местные же кролики – очень глупы и потому их участь очевидна. А вот зайчики – совсем другое. Попадаются столь громадные, просто исполинские, экземпляры, что их вправе можно было бы наречь «русскими кенгуру». Некоторая «кенгуринность» особенно заметна, когда видишь заячьи прыжки с боку – в движении. И нам известен у людей заячий архетип: трусливый заяц, загнанный в угол, в состоянии распороть брюхо охотничьим псам.
На просторах бывшей Российской Империи обитает еще один зверь, достойный во всех отношениях, а, значит, нашего описания. Тот зверь – ёж. Некогда я проживал летом в одной полупустой деревне. Идя по тропинке, я заприметил большого ежика, нагло сидящего на задних лапах прямо на моем пути и чрезвычайно дерзко смотревшего мне в глаза. Уловив некоторую необычайность ситуации, я взял животное на руки и понес в дом. Ежик не только не свернулся в клубок, но, наоборот, растянулся всем своим туловищем на руках. Дома я накормил его, но ежик, вероятно, был очень голодный, ибо ел безостановочно часа три подряд. Помолившись, я лег спать, но не тут-то было! Обожравшись, ежик залез в дальний угол под мою кровать и оттуда весьма громко рыгал, словно пьяный мужик. И так – всю ночь! Под утро он перестал издавать столь неприличные звуки, чрезвычайно возбудился и не дал мне спать своим топотанием. Ёж – ночное животное. На следующий день я обомлел, увидев, как освоился ежик на моем дворе. Он, воинственно зашипев, испугал кота и выпил его молоко. Потом выгнал из конуры пса, обожрав его и плюхнувшись от изнеможения в громадную миску. На ночь же возвратился ко мне под кровать – и опять шумел! Еще сильнее удивился я через несколько дней, когда еж вдруг исчез и мне удалось, наконец, выспаться. Он появился днем, и не один, а с громадной ежихой и целым выводком ежат. Сия ежинная семейка как человечье, так и собачье жилище и монументально поселилась под крыльцом. Наглость – одно из доминирующих качеств ежа. Но не только оно. Так, однажды, некая соседка из «новых русских», уже огородившая участок высоченным забором, выбрала проект нового дома и решила строиться. И тут выяснилось, что весь ее участок кишмя кишит кротами, ископавшими всё вдоль и поперек. Дама в недоумении обратилась за помощью к моим людям и кто-то из них посоветовал ей принести ежей, кои мгновенно изведут злодейных кротов. Сказано – сделано: по призыву богатой дуры все, кто мог, принесли ей пойманных ежей за малое вознаграждение. Конечно, никто и представить себе не мог, что произойдет. А случилось следующее: всю ночь с огороженного участка раздавались дикие, ужасные, душераздирающие вопли и крики,- как будто там кого-то пытали, резали, убивали. Наутро приехавшая дама открыла ворота,- и изнутри исторглась масса ежиков, резво устремившихся в лес. Весь ее участок был усеян трупиками ежей. Только один ежиный клан может обитать на четко очерченной территории. «Новая русская» дура склонилась над еще живым ежиком и тот, геройски блеснув глазами, вертикально прыгнул и повис на ее руке, уцепившись острыми зубами. Дама истошно завизжала. Храбрость – главнейшая черта в ежинном характере. У ежей на конечностях по пять пальцев и их лапки весьма напоминают человеческие ладони. Enigma! Окидывая мысленным взором все ежинные эпопеи, я вдруг вспомнил Старца еп.Гурия (Павлова), ночью у себя на печке шумевшего, подобно моему ежику, только без неприличных звуков. В общем, у ежей имеется нечто сходное с катакомбниками.
Но люди должны быть людьми, а не зверовидными уродами. Пусть, подстрекаемый бесами, евразийский гиппопотам борется с атлантистским крокодилом. Нам же понятно, что хамитический брахицефал гиппопотам, являющийся чуть ли не свинским родственником, не одолеет яфетического долихоцефала крокодила. Юмор, достойный пера не К.Шмита, а К.Чуковского! Кому же себя уподобим? – Птеродактилям – явного нордического типа! Перефразируя подонка Максима Горького, скажем во всеуслышание: «Над морями, над горами, над лесами, над полями гордо реет птеродактиль, зигу-молнии подобный!..» А « грязный свинтус подло прячет тело жирное в канаве!»
Люди, истребляйте всё нечистое! – Так хочет Бог!

источник-ambrose-s@lj

читать полный текст со всеми комментариями