|
| |||
|
|
даниэль штайн, переводчик и даниэль руфайзен,на всех языках я знаю, чего я хочу, хоть это и несбыточно я не хочу обсуждать достоинства и недостатки столь популярной книги улицкой людмилы евгеньевны, милого человека и признанного писателя, в конце концов, для меня главное в этой книге - это факт ее появления, она получила признание. люди узнали о даниэле. спасибо. большое спасибо. дай Бог всех премий и т.д. а теперь, пожалуйста, не менее публично, в печати, сети и с экрана: - никто и никогда не отлучал даниэля от церкви и не запрещал ему служить, - он умер не в 1995 и не в автокатастрофе etc. неважно, это все частности, скажут мне, - художественная литература! израиль! польша! россия! противостояние этих с теми! тех с этими! христиане! коммунисты! террористы! религиозные сионисты! полотна истории! великая судьба! важно, граждане. ...нельзя пользоваться реальными письмами, выдержками из дневника и т.д. (даже имя не поменять. назвала бы теодором, что ли), кусками жизней, в конце концов и при этом их обстругивать согласно замыслу. как-то это м-да. я бы посмотрела, как в книге об александре мене назвали бы его александром далем, сделали бы из его жены веселую девочку с трех вокзалов, предали бы его церковной анафеме, придумали бы ему беседу с горбачевым, а умер бы он, спрыгнув с самолета, терпящего крушение. а все остальные детали в точности. да еще поплакались бы что, мол, все как-то шире и собирательней, чем в жизни... думаю, что автору по крайней мере в москве легко бы не было. и еще - когда даниэль рассердился: 1996-й, на русский с немецкого перевели книгу пастора дитера корбаха о даниэле, (выдержки из этой книги органично так влились в "штайна") хайфа, страшная жара, мы сидим над переводом. я читаю по-русски вслух, даниэль построчно сверяет с немецким текстом три часа кряду. даниэль от усталости какой-то лиловый. пытаюсь сказать - неважно, мелочи, главное, что смысл передали. как это - неважно?! - возмущается даниэль. - это ж люди прочтут! они прочтут, что я сказал вот так! что вот так я думаю! что вот здесь я был, вот это сделал! нет, так дело не пойдет. лучше тогда уж вообще никаких фактов не писать, а так, придумать что-нибудь... а о книге, насколько она живая, трогательная и т.д пусть говорят не знавшие даниэля. все имеют право.
|
|||||||||||||||